fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *

luckyads

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (2 Голосов)

После вторжения в Бирму вскоре после атаки на Пёрл-Харбор японская армия заняла и обширные территории на западе Китая, перерезав к маю 1942 года имевшую важнейшее стратегическое значение для союзников так называемую Бирманскую Дорогу/BurmaRoad – шоссе протяженностью 717 миль. Оно было построено в 1937-1938 годах через горы и связало столицу китайской провинции Юннань город Куньмин с Бирмой. Из-за невозможности использовать ее западные союзники Китая были вынуждены доставлять грузы для армии Чан Кайши самолетами по сложному и опасному маршруту, пролегающему над Гималаями. Союзные летчики дали название Горб/Hump этому географическому барьеру, достигающему высоты 14 000–16 000 футов (4 300–4 900 метров). Всего за годы использования воздушного моста Бирма-Китай союзники потеряют 594 самолета, еще 81 самолет будет отнесен к категории пропавших без вести…
Войска Чан Кайши, принимавшие участие в боях на ранней стадии Бирманской кампании, были оттеснены японцами вглубь китайской территории за реку Салуин. Американский генерал Джозеф Стилвелл (JosephStilwell), прозванный за свой тяжелый характер и язвительность Уксусным Джо/VinegarJoe, командующий американскими силами в Китайско-Бирманско-Индийском секторе (China-Burma-India - CBI) Азиатско-Тихоокеанского ТВД и начальник штаба союзников в вооруженных силах китайских националистов, после тяжелых поражений, которые японцы нанесли британцам и чанкайшистам в Бирме в 1942 году, был вынужден отбыть в Индию. Сам он вспоминал: «Мы бежали в Индию, и это был дьявольски унизительно…» Тем не менее, прибыв в Индию, Стилвелл незамедлительно приступил к обучению китайских частей, с которыми он намеревался отбить у противника Северную Бирму и открыть сухопутную дорогу в Китай.   
Тем временем, уже летом 1942 года, Чан Кайши и его штабисты пришли к выводу о необходимости подготовки 30 дивизий в провинции Юннань для того, чтобы в будущем вторгнуться в Бирму с востока. Они рассчитывали, что собранная ими войсковая группировка, получившая наименование Y (Y-Force по терминологии союзников), сможет соединиться с силами Стилвелла, наступающими с бирманской стороны. Китайское командование надеялось на то, что, оттеснив японцев от Бирманской Дороги, оно сможет получить адекватный объем грузов от союзников, чтобы активизировать боевые действия в Восточном Китае и вытеснить оттуда противника.    


Генерал ХэИнцинь (HoYing-chin), военный министр в правительстве Чан Кайши
Создание Группировки Y
Китайцы приступили к формированию Группировки Y в начале 1943 года. Стилвелл в устной форме отдал приказ о создании Американского Оперативного Штаба Группировки Y (American Y-ForceOperationsStaff - Y-FOS) под руководством полковника (позднее бригадного генерала) Фрэнка Дорна (FrankDorn) для оказания помощи китайцам. Дорн был выпускником военной академии в Вест-Пойнте, ранее служил помощником Стилвелла и занимал ключевые позиции в секторе CBI с начала 1942 года, уйдя в Индию вместе со своим командующим…

18 июня 1943 года формальный письменный приказ подтвердил создание Y-FOS. Группировка Y должна была оставаться полностью под командованием китайцев, но американские офицеры Дорна оставляли за собой несколько важных функций. Им предстояло помогать в обучении и снабжении китайских войск, обмениваться с союзником разведывательными данными, обеспечивать взаимодействие наземных войск с авиацией и сообщать Стилвеллу о нуждах находящихся на передовой войск в ходе предстоящего наступления.   

Первоначально в распоряжении Дорна была всего лишь горстка офицеров, но к январю 1944 года Y-FOS вырос в численности до 654 офицеров и 1 629 нижних чинов. Важно отметить, что в подчинение Y-FOS вошли американские передвижные и полевые госпиталя, чтобы предоставить китайцам медицинскую поддержку на современном уровне. Китайским частям на уровнях от армий до полков были приданы американские советники. Западные союзники надеялись, что китайцы будут готовы развернуть свои силы в провинции Юннань к октябрю 1943 года. Все необходимые грузы для новой группировки к этому времени были доставлены им по воздуху через Горб.  

Однако китайцы медлили. В конце концов, в середине апреля 1944 года, после того, как союзники пригрозили Чан Кайши приостановкой поставок грузов по Ленд-Лизу Группировке Y, военный министр китайского националистического правительства генерал ХэИнцинь (HoYing-chin), формально утвердил план атаки через долину реки Салуин силами 12 дивизий, получившими название Китайские Экспедиционные Силы – КЭС/ChineseExpeditionaryForce - CEF под командованием генерала ВэйЛихуана (WèiLìhuáng). Генерал Хэ попросил у Дорна его личного уверения в том, что американцы перебросят 50 000 китайцев через реку Салуин и что эти силы получат авиационную и артиллерийскую поддержку. Более того, он хотел, чтобы американцы разделили с генералом Вэем командные обязанности, относящиеся к снабжению войск продовольствием и боеприпасами. Дорн с готовностью согласился с этими требованиями…

Правобережье реки Салуин – характер местности и дорожная сеть
Генерал Вэй, получивший прозвище Вэй, Одержавший Сто Побед, шесть лет воевал в других районах Китая, но Дорн считал его неопытным командиром для того типа военных действий, который намечался к западу от реки Салуин. Его первый эшелон из 12 дивизий был разделен между 20-й Армейской Группой, которой предстояло воевать на севере этого сектора, и 11-й Армейской Группой, которой предстояло воевать на юге. Дивизии генерала Вэя, в реальности, были сильно недоукомплектованы, и их средняя численность не превышала 6 000 человек. Таким образом, общая численность этих войск не превышала 72 000 активных штыков. К этому числу со временем добавятся еще три дивизии из состава 8-й Армии, влившейся в КЭС в мае 1944 года.  
Генералу Вэю противостояли всего 11 000 солдат и офицеров 56-й Дивизии японцев, удерживавшей фронт протяженностью в 100 миль с севера на юг, то есть, китайский командующий располагал более чем шестикратным численным превосходством над врагом. Однако японцы были сильным оппонентом: у них было два года, чтобы хорошо укрепить с присущей им основательностью свои оборонительные позиции. Кроме того, местность на правобережье реки Салуин была труднопроходимой, отличалась горным, резко расчлененным рельефом, а сама река, хотя её русло обычно не превышало в ширину 150 ярдов, несла очень холодные воды с большой скоростью течения. Китайцы называли ее Сердитой Рекой. В то время как дно ее долины находится на высоте около 3 000 футов, уже непосредственно к западу от нее вершины гор Каоли-кунь/Kaoli-kung достигают в высоту 12 000 футов. Бирманская Дорога, вытягивающаяся с юго-запада на северо-восток, разделяла территорию на две половины. Два важнейших в стратегическом отношении перевала через горы в этой местности – Мамиен (? – ВК)/Mamien и, южнее, Татангцзу (? – ВК)/Tatangtzu – находятся на высотах около 10 000 футов.      

  В этом высотном поясе китайцам предстояло столкнуться со снегами, льдами и туманами. На отрезке длиной 170 миль, протягивавшемся от города Хпимав/Hpimaw на севере Бирмы до города Кунлонг (? – ВК)/Kunlong на юге, находились 17 действующих паромных переправ. Три моста через реку Салуин были разрушены самими китайцами во время их отступления в 1942 году.
На севере Бирмы были известны пять основных троп через горы Каоли-кунь, ведущие от реки Салуин к реке Швели/Shweli, протекающей в 15 милях западнее Салуина. К югу от Бирманской Дороги были известны четыре тропы, ведущие от реки Салуин к самой дороге, и еще несколько вторичных троп. Автомобильная дорога проходила от Кунлонга, находившегося в долине реки Салуин, до города Хсенви/Hsenwi, находившегося на Бирманской Дороге в 45 милях западнее. Окруженный стенами китайский город Тенгчунг/Tengchung (также Tengchong), расположенный севернее Бирманской Дороги, был важнейшим транспортным узлом, и одна из троп протяженностью 124 мили вела из него через горы к бирманскому городу Мьитчина/Myitkyin. Дорога длиной 40 миль вела из Тенгчунга на юг к городу Лунглинг/Lungling (также Longling), расположенному на Бирманской Дороге.

Американский штабной рапорт о характере предстоящих в 1944 году операций гласил: «Сильная контрастность рельефа Салуинского района [боевых] операций делает его малонаселенным. Здесь находятся всего два значимых города: Тенгчунг и Лунглинг. Множество деревень и крохотных поселений находятся близ рек и их притоков, а также близ троп… В этой местности расстояния между деревнями и оборонительными пунктами малы. В этой связи расстояния в несколько миль имеют значение. В горной местности большие войсковые группы не имеют возможности маневрировать, и операции должны проводиться частями со сравнительно небольшой численностью. Батальоны в этих горах эквивалентны дивизиям на открытой местности.»    

Планы китайского командования
Оперативный план генерала Вэя был относительно простым. Зная о том, что японцы хорошо укрепились в районе Бирманской Дороги и имеют возможность без проблем перебрасывать вдоль нее подкрепления, китайцы решили атаковать врага на флангах. После переправы через Салуин войска генерала Вэя должны были начать продвижение на запад, обходя японцев с юга и севера. После завершения окружения китайцы намеревались продолжить наступление вдоль Бирманской Дороги. Ожидалось, что с потерей Тенгчунга и Лунглинга японцы будут вынуждены отступить в Бирму. Американские инженерные части после этого смогут приступить к строительству дороги, соединяющей недавно проложенную через север Бирмы Дорогу Ледо/LedoRoad и Бирманскую Дорогу. Союзники рассчитывали, что после завершения этого строительства откроется сухопутная дорога из Бирмы до Куньмина.    
Генерал Вэй отрядил для боевых действий к северу от Бирманской Дороги 20-ю Армейскую Группу. Предполагалось, что изначально она перебросит через реку Салуин три боевые группы полкового состава в трех различных пунктах. Каждая из них будет быстро усилена, и эти силы начнут продвижение к горным перевалам, чтобы слиться в районе Тенгчунга. 11-я Армейская Группа должна была начать наступление вдоль Бирманской Дороги и к югу от нее.   
Частям 71-й и 2-й китайских армий предстояло переправиться через Салуин в двух пунктах близ города Пингдасян/Pingdaxiang (в текстах встречается название Пингка/Pingka – ВК) и взять его атаками по сходящимся направлениям. Другие части должны были обойти Пингдасян и двинуться на северо-запад в направлении городов Лунглинг и Мангши/Mangshi (также Mangshih), расположенных на Бирманской Дороге. Захват населенных пунктов вдоль Бирманской Дороги должен был поставить под угрозу оборонительные позиции японской 56-й Дивизии, отрезая ее дислоцированные восточнее части…

Предполагалось, что, когда Лунглинг и Мангши будут атакованы, 11-я Армейская Группа переправится через Салуин, используя паромы. Далее китайцы рассчитывали бросить в наступление свои резервы вдоль Бирманской Дороги, если эти операции ранней стадии наступления окажутся успешными. Официальные историки армии США так прокомментировали эти планы: «План был хорошо, но было уже поздновато, и это создавало огромные препятствия.» И в самом деле, вечером 10 мая, через неделю после переправы через реку первых частей, начался сезон муссонных дождей.
27 апреля 1944 года Чан Кайши по телефону передал генералу Вэю, находившемуся со своим штабом в Баошане/Вaoshan, последние корректировки к плану боевых действий и указал дату начала наступления. Чан Кайши передал своим старшим офицерам следующие слова: «Ничего, кроме успеха!» Позднее Дорн проинформировал Стилвелла о том, что сильно надеется на то, что [Вэй достигнет] Мьичины до того, как это сделает 5-я армия китайцев, наступающая из Индии…

Генерал Вэй инспектирует артиллерийские позиции на Салуинском фронте

Наступление начинается
Китайское командование с беспокойством ожидало переправы через Салуин, понимая, насколько уязвимыми окажутся их войска в ходе этой операции, но японское командование решило не оказывать сопротивления на этой стадии наступления противника, предпочитая встретить противника на своей основной линии обороны в 10 милях к западу от реки, на высотах вдоль осевой части хребта Каоли-кунь, в секторе операций 20-й Армейской Группы китайцев.
Части китайской 39-й Дивизии переправились через Салуин в нескольких милях севернее разрушенного моста Hweijen в ночь с 10 на 11 мая и начали продвигаться на юг вдоль реки по направлению к мосту и тропе, ведущей на запад к Тенгчунгу.
К северу от места переправы 39-й Дивизии части 36-й и 116-й дивизий переправились через Салуин по паромной переправе Mengka 11-12 мая и начали марш к перевалу Татангцзу. Севернее части 198-й Дивизии 54-й армии переправились через Салуин близ населенного пункта Хайпо/Haipo вечером 11 мая на надувных лодках и плотах, сделанных из бамбука и пустых бочек из-под горючего, намереваясь продвинуться к перевалу Мамьен.  

228-й Полк 76-й Дивизии китайцев приблизился к городу Пингдасян с юга на расстояние 11 миль, тогда как части 88-й Дивизии переправились через Салуин в 7 милях к северо-востоку от города. Сколь-нибудь значительных стычек с японцами пока не произошло, и только один человек утонул во время переправы.  
198-я Дивизия китайцев начала марш на запад в направлении перевала Мамьен, вступив в бой с первым заслоном из состава 2-го Батальона 148-го Полка японцев во второй половине дня 12 мая. Основные силы дивизии были готовы атаковать перевал к 15 мая, в то время как другие части обошли перевал и начали продвигаться по горным тропам в направлении реки Швели. 17 мая китайские партизаны атаковали перевал Хпимав, расположенный далеко к северу от перевала Мамьен (на современных картах в районе этого горного прохода располагается город Quishizhen – ВК), а части 198-й Дивизии повернули на север, чтобы поддержать партизан. К этой же дате китайские части, обошедшие Мамьен, вышли к реке Швели и вступили в бой с японцами, неожиданно атаковав противника и, продвинувшись вниз по долине на юг, заняли населенный пункт Чиатоу(?-ВК)/Chiatou и, 24 мая, - и Киатоу (?-ВК)/Kiatou.
Встревоженные японцы контратаковали в долине реки Швели и отбили оба городка, после чего завязались продолжавшиеся до середины июня упорные бои, в ходе которых Чиатоу трижды переходил из рук в руки, а Киатоу – дважды. В итоге японцы были оттеснены на запад от реки Швели и на юг от Киатоу.  

В горном проходе Мамьен китайцы натолкнулись на упорное сопротивление противника. 2-й Батальон 148-го Полка японцев отступил к укрепленному пункту обороны в деревне Чайкунгтанг/Chaikungtang, где к нему присоединились два батальона 113-го Полка, спешно переброшенные командованием на усиление 56-й Дивизии. Японцы успешно блокировали горный проход до 13 июня. В докладах американских штабистов говорилось о том, что «сопротивление японцев было настолько фанатичным, что даже после того, как китайцы окружили один из ДОТов и ворвались в него, японцы атаковали их с примкнутыми штыками, и их пришлось уничтожить всех до единого.» В дополнение к этому, было обнаружено свидетельство каннибализма. 1-й лейтенант Ричард Шумейкер (Richard D. Shoemaker), один из офицеров связи Y-FOS, прикомандированный к 54-й Армии, писал: “Мы увидели тело мертвого джапа. На голове, кистях рук и ступнях все еще была плоть без признаков разложения… С остальных частей тела плоть была срезана, на костях уже ничего не оставалось…» Некоторые из тел, обнаруженных Шумейкером, лежали рядом с кухней.   

Массированная атака китайской пехоты на позиции японцев под интенсивным огнем

Бои на перевалах Татангцзу и Хунгмушу/Hungmushu
На перевале Татангцзу южнее Мамьена 36-я Дивизия (54-й Армии) китайцев также столкнулась с серьезными трудностями. К вечеру 12 мая дивизия окружила японцев на восточном краю горного прохода, однако противник предпринял успешную контратаку в ту же ночь и отбросил китайцев назад к Салуину. Боевой дух личного состава 36-й Дивизии был подорван, и пройдет несколько недель, пока она не перегруппируется и не придет в себя…  
53-я Армия продолжила атаки вдоль этого горного прохода силами 116-й Дивизии и 130-й Дивизии, подошедших к этому участку боев с севера и юга соответственно. Американский наблюдатель писал: «Было потеряно несколько дней и войска понесли тяжелые потери… в самоубийственных атаках на вражеские ДОТы. Было отчетливо видно отсутствие командной работы в применении оружия и использовании вспомогательного огня и укрытий… Бóльшая часть потерь была связана с попытками продвинуться или, скорее, вскарабкаться вверх [по склонам] сквозь полосы перекрестного пулеметного огня. Эти атаки были восхитительны с точки зрения демонстрации исключительной храбрости, но это было тошнотворной тратой [живого ресурса].»     
Ожесточенные бои за горный проход Татангцзу продолжались до 24 мая. Только 18 мая деревня Татангцзу трижды переходила из рук в руки. Китайцы бросили в бой резервы, и, в итоге, японцы, обеспокоенные атаками противника севернее этого перевала, отступили, прорвавшись через кольцо окружения на запад. Китайцы начали марш на запад, в направлении реки Швели, и также на северо-запад, к городу Ватьен/Watien, также расположенном в долине этой реки. К началу июня китайцы увязли в упорных боях непосредственно к западу от горного прохода Татангцзу и в долине реки Швели. Японцы удерживали Ватьен до 20 июня, но вскоре после этого отступили к Тенгчунгу, расположенному в 25 милях южнее.  

Американские советники: слева - полковник Джон Стодтер (John B. Stodter), с биноклем – бригадный генерал Фрэнк Дорн, начальник оперативного штаба Y-Force (OperationsStaff), наблюдают за действиями китайских войск, которые атакуют противника в районе Тенгчунга. Май 1944 года.

В районе моста Hweijen, южнее горного прохода Татангцзу, 39-я Дивизия китайцев первоначально добилась существенного успеха, оттеснив 1-й Батальон 113-го Полка японцев от реки и вступив в деревню Хунгмушу к 17 мая. Однако дальше атакующих ждал перевал, ведущий к Тенгчунгу, который находился всего в 23 милях западнее. На этом рубеже японцы контратаковали китайцев, выбили противника из деревни Хунгмушу и оттеснили их к реке Салуин. К концу мая китайцы перешли к обороне в семи милях севернее Хунгмушу и вели бои на этом рубеже еще две недели. Затем японцы решили отвести свой 1-й батальон 113-го Полка и перебросить его на север, что позволило китайцам занять перевал к середине июня. Однако после этого 39-я Дивизия получила приказ повернуть на юг вдоль долины реки Салуин, чтобы поддержать 28-ю Дивизию 71-й Армии, атакующую расположенный на Бирманской Дороге значительно южнее японский оборонительный узел Сунгшан/Sungshan.  
На южной половине фронта 11-я Армейская Группа первоначально без особых проблем продвигалась к городу Пингдасян. 1-й Батальон 146-го Полка японцев был отброшен частями 76-й Дивизии (2-й Армии) китайцев к высотам, господствующим над городом. 88-я Дивизия (2-й армии) китайцев, наступающая с севера, по пути выбила японцев, закрепившихся в нескольких деревнях. 14 мая японцы атаковали тыловые части 88-й Дивизии, вынудив ее остановить продвижение и вступить в бои восточнее города Пингдасян.  

Китайские войска переходят вброд ручей на пути к реке Салуин

Одновременно с этим части 76-й Дивизии китайцев 15 мая на короткий срок заняли Пингдасян, но были быстро выбиты из него японцами, которые будут удерживать этот город до конца сентября.
88-я Дивизия присоединилась к другим дивизиям 71-й Армии, наступавшим в направлении Лунглинга, тогда как основные силы 76-й Дивизии получили приказ обойти Пингдасян, оставив в тылу свой 226-й Полк. Этот полк образовал вокруг города полукольцо протяженностью 24 мили и приступил к его осаде.    

Части 2-й Армии китайцев переправляются через Салуин на надувных лодках. 11 мая 1944 года
Остальные части 76-й Дивизии и части 9-й Дивизии продолжили марш на запад в направлении города Мангших, расположенного на Бирманской Дороге южнее Лунглинга. 9 июня части 9-й Дивизии китайцев перерезали Бирманскую Дорогу в четырех милях южнее Мангши. Однако, как сообщал один из источников, «2-я Армия приостановила свои [наступательные] операции и стала жаловаться на то, что ее дискриминируют в плане снабжения. Расследовавшие ситуацию американцы из Y-FOS, установили, что между штабами 11-й Армейской Группы и 2-й Армейской Группы существует давняя вражда.» Американцы не добились успеха в разрешении конфликта, и китайцы, в итоге, отступили от Бирманской Дороги.

Лунглинг остается под контролем японцев
В конце мая командующий КЭС генерал Вэй принял решение бросить основные силы 71-й Армии на Лунглинг. Исключением стала 28-я Дивизия, которая получила приказ взять Сунгшанг, – хорошо укрепленный узел японцев, расположенный на Бирманской Дороге в нескольких милях к западу от реки Салуин. Вэй намеревался использовать трудности, которые испытывала 56-я Дивизия японцев. Эта дивизия была вынуждена осуществлять мобильные операции на протяженном участке, перебрасывая силы вдоль линии фронта, чтобы отражать атаки противника в различных пунктах обороны. Стилвелл и Дорн благосклонно отнеслись к решению Вэя бросить в наступление все четыре подчиненные ему армии, в то время как 8-я Армия китайцев находилась в процессе переброски от границы с Индокитаем на усиление КЭС.      
Тем временем японцы начали на востоке Китая крупное наступление, угрожавшее безопасности аэродромов 14-й Авиационной Группы американцев (14th AirForce), и теперь еще больше, чем ранее, как писал один из наблюдателей, «Стилвелл был полон желания сомкнуть свои силы и силы Вэя, чтобы затем перебросить китайские войска из Индии и дивизии Вэя на восток Китая, чтобы отразить наступление японцев.»  
К 5 июня 71-я Армия китайцев перебросила еще 20 000 активных штыков через Салуин. В сунгшанском секторе 28-я Дивизия взяла деревню Ламенг/Lameng, отбросив японцев собственно к Сунгшану, представлявшему собой настоящую горную крепость. Обороняя ее силами всего лишь 1000-ного гарнизона, японцы смогут продержаться там до середины сентября…

87-я и 88-я Дивизии китайцев продвигались к Лунглингу, выйдя к окраине города к 7-8 июня. Этот город был ключевым звеном обороны японцев на Салуинском фронте. Его падение могло лишить японцев возможности удерживать Тенгчунг и обусловить крах их обороны по всей линии фронта. Однако японцы быстро перегруппировались, и к 16 июня 87-я Дивизия китайцев была отброшена от Лунглинга.    
Генерал-майор СунгСилянь (SungHsi-lien), командующий 11-й Армейской Группой, приказал 88-й Дивизии отступить вместе в 87-й Дивизией к линии, проходящей в пяти милях к северо-востоку, востоку и юго-востоку от города. Американский военный наблюдатель писал: «Так была потеряна превосходная возможность. Попытка генерала Вэя развить свой первоначальный успех [на этом участке] путем переброски подкреплений была сведена на нет отходом [Сунга] еще до того, как 1 500 японцев пошли в контратаку… Персонал Y-FOS рассматривал решение китайцев отступить от Лунглинга непростительным… 11-я Армейская Группа так и не прислала подкрепления для того, чтобы отразить первоначальные контратаки японцев. Из 21 батальона, которыми 11-я Армейская Группа располагала близ Лунглинга 14 июня, только один принял участие в боях.»
Японцы будут удерживать Лунглинг вплоть до начала ноября. В ходе операции, имеющей второстепенное значения для всего наступления на Салуинском фронте, китайские войска, развернутые на его крайнем юге, 17 мая атаковали японские войска к востоку от города Кунлонг и к концу мая нейтрализовали какие-либо угрозы контратак противника на этом участке.   

Генерал Дорн критикует китайских командиров
Генерал Дорн, начальник штаба Y-FOS, имел представление о ходе наступления и был в состоянии оценить достижения китайцев. Его комментарии были жесткими. С самого начала он критически относился к действиям китайского командования и к генералу Вэю, в том числе: «Скажем, [командир] 33-й Дивизии… Это не его война, он приберегает свою дивизию для следующей войны… Вэй не станет отдавать … приказы об обходе очагов сопротивления, как его призываем к этому начальник штаба КЭС Сяо (Hsiao) и я, потому что командующие армиями и дивизиями «возражают» против оставления противника у себя в тылу… И все та же старая история, связанная с отсутствием дисциплины, некомпетентностью командиров и слабаками наверху…»     
Дорн свел вместе свои собственные записи и комментарии других наблюдателей. Для отрезка времени между 10 и 15 мая он зафиксировал «оправданные снятия с должностей», в том числе, - снятие командующего КЭС генерала Вэя за «слабохарактерность в отдаче приказов», генерал-майора Хо Квейчанга (HuoKwei-chang) – командующего 20-й Армейской Группой – «за провалы и отказ действовать с [должной] решительностью», командира 33-й Дивизии – «за провалы, отказ принимать какие-либо приказы и заявление об своем отказе осуществлять [какие-то] действия», командира 36-й Дивизии – «за полную некомпетентность и тупость.»

Китайские войска с оружием и грузами переправляются через Салуин по временному мосту Huitong в июле 1944 года
Между 15 и 20 мая Дорн написал: «Молодые офицеры и призванные в армию [солдаты] всех китайских частей повсеместно заслуживают похвалы за свой настрой и храбрость.» Однако он же едко отмечал:
36-я Дивизия должна была переправиться первой в своем секторе. В ночь переправы в долине реки Салуин [китайцы] разожгли множество костров, полностью проигнорировав вопросы маскировки и безопасности. Если бы противник подготовился к обороне переправы даже небольшими силами, эта часть понесла бы исключительно тяжелые потери…
Первая же батарея 53-й Армии после переправы встала на позицию и незамедлительно выпустила 242 снаряда без каких-либо наблюдений и корректировки. Если вражеские укрепления и пострадали, то только по случайности. Американские офицеры связи, прикомандированные к этой части, попытались уговорить командира батареи прекратить огонь, пока не будет организован наблюдательный пункт, но он отказался. Так впустую были израсходованы 6 000 фунтов боеприпасов – груз для 100 носильщиков…
Контратаки каждую ночь приносят врагу успех. Никто не заботится о безопасности, никаких действий по развитию успеха [китайцами] не предпринимается. Войска несут тяжелые потери при захвате [вражеской] позиции. Их усилия растрачиваются безо всякой пользы, жизни [солдат] пускаются на ветер, потому что командиры не имеют понятия о том, как закрепляться на достигнутых рубежах. Отсутствует последовательность в боевых усилиях, нет постоянного давления на противника…

Китайский солдат рядом боевым товарищем, раненым осколком мины
Генерал Хунг (Hung), командир 39-й Дивизии, проинформировал прикомандированного американского офицера связи, что, когда он [командир] переправится через реку, ему придется переодеться в гражданскую одежду, чтобы быть в безопасности, и что американский офицер не может сопровождать его, поскольку его униформа привлечет внимание японцев.

20-25 мая Дорн писал:
В планах крупного наступления очевиден его крайне низкий темп. Высшее командование отказывается отдавать 71-й Армии приказы на энергичное продвижение в район Лунглинга. Их план состоит из серии коротких атак на каждую из укрепленных позиций джапов, тогда как быстрый фланговый обход помог бы избежать ожесточенных боев на пути непосредственно к Лунглингу. В результате потери будут в пять раз выше, чем необходимо, но зато этот план «безопаснее [в плане секретности]», «карты будут ближе к орденам», так что «так будет лучше…»     

 Наиболее резкие комментарии Дорн приберег лично для командующего КЭС:
ВэйЛихуан – это трус, и к настоящему моменту он никак не проявил себя как командующий. Уничтожение нескольких деревень с сочувствующим коммунистам населением не является основанием для вывода о том, что он может командовать армией, не говоря уже о военных операциях.
Недавно Вэй предложил нам использовать B-24 … в районе Татангцзу, поскольку они смогут спикировать и сбросить 1 000-фунтовые бомбы. Невозможность сделать это очевидна любому, но не Вэю… Слабость по линии командования на всех уровнях. Одна-единственная американская дивизия была бы в Тенгчунге восемь дней назад… Из шести командиров дивизий, двух командующих армиями и одного командующего армейской группой, участвовавших в операции к настоящему времени, только один дивизионный командир действовал удовлетворительно, один такой же и один командующий армией – более-менее [удовлетворительно]. Все остальные провалились.  

В июне Дорн снова и снова выражал недовольство действиями китайцев в лунглингском секторе боев. Он писал:
Китайцы должны были взять Лунглинг до наступления этой даты [9 июня]. Его обороняет слабый гарнизон джапов. 71-я Армия прибыла в этот сектор 5 июня и затем потратила два дня на «выдвижение к стартовому рубежу для атаки» -  обычный китайский менуэт (sic! – minuet) на шахматной доске военных действий – и это вместо того, чтобы с ходу атаковать… Тем временем джапы получили два дня на подготовку к отражению атаки, которая началась 7 июня. Это – обычная процедура у китайцев, и каждый раз она заканчивается потерями, во много раз превосходящими необходимые. Китайские командиры играют в шахматы – они не сражаются… Начальник штаба КЭС СяоИсю (Hsiao I-hsu) сказал мне: «Нас не враг удерживает, а наши собственные люди, которые не могут преодолеть свои собственные страхи.» Когда я возразил ему, сказав, что сами по себе войска во многих случаях продемонстрировали свою способность сражаться, он ответил: “Я имел ввиду наших лидеров и командиров.»

Командующий 11-й Армейской Группой Сунг [20 июня] настаивал на том, что он не может удержать Лунглинг, потому что у него нет артиллерийских боеприпасов и поддержки с воздуха, хотя он располагал пятикратным превосходством над джапами в живой силе, если доверять его рапортам о японцах… Сунг покинул свой штаб немедленно после того, как им был передан план отвода войск, и не выходил на связь более 24 часов, оставив своего начальника штаба [без права на командные действия]…  У Сунга были проблемы со снабжением, но они были несопоставимы с теми, которые испытывала 20-я Армейская Группа на севере, где было невозможно вести [вьючных] животных по тропам, где более 150 носильщиков упали с обрывов и где более 50 животных постигла та же участь, где из-за непрерывного дождя и мокрого снега более 300 солдат умерли от переохлаждения.

Один из китайских конвоев с грузами для сражающихся войск. Судя по всему, американский офицер обсуждает что-то с китайцами через переводчика
Нет никакого оправдания поведению Сунга, в особенности, имевшему место 16 июня, тогда, когда конвой из 1500 [вьючных] животных с грузом в 100 тонн, добрался до его расположения… Вэй приказал Сунгу атаковать немедленно и восстановить свои позиция на подступах к Лунглингу. Это было 17 июня. Он проигнорировал приказ и заставил свои войска перейти к пассивной обороне…  

Сяо сообщил мне, что одним из мотивов для него было сохранение 71-й Армией с минимумом потерь и что он преднамеренно придерживал войска. Ни один из рапортов Сунга не может быть принят, так как он лгал слишком много раз. Сяо сказал мне не доверять ничему из того, что говорили Сунг или [командующий 71-й Армией] ЧунгПин. Сяо также заявлял, что в КЭС не имеют понятия о том, что может или не может сделать Сунг из-за его постоянных отказов принимать приказы или подчиняться им. Они [командование] больше всего боятся тог, что он возьмет и отведет все свои войска без предупреждения. Его вопиющие отказы равнозначны измене или трусости и задержат достижение целей кампании, по меньшей мере, на месяц, даже если он, в конце концов, вступит в бой.  
На подступах к оборонительному узлу Сунгшан китайцы также топтались на месте, и в начале июля Дорн обрушился с критикой на командующего 71-й армией. «Генерал ЧунгПин, назначенный руководить операциями под Сунгшаном, продолжает разрозненные фронтальные атаки на японские ДОТы и сильно укрепленные позиции, несет тяжелые потери и не добился ничего.» ЧунгПин сообщил в штаб КЭС, что после многочисленных атак на Сунгшан у него больше нет никаких представлений о том, как осуществить его захват, но ему нужно большее количество войск…

Схематическая карта продвижения китайских войск в ходе Салуинской кампании
Дорн вспоминал:
Чунг сообщил, что он вновь собирается атаковать, используя части [Удостоенной Почета - Honorable] 1-й Дивизии, посланной для его усиления. Начальник штаба КЭС сказал ему не возобновлять атаки, пока ему не пришлют новый план, и что он должен использовать только заново обученные войска. Чунг ответил, что будет атаковать, чтобы не потерять лицо, хотя не ждет ощутимых результатов. После получения четырех приказов, включая личный приказ генерала Вэя, Чунг, наконец, согласился отложить атаки.   

На следующий день Чунг бросил один из батальонов 1-й Дивизии в атаку на один из менее важных укрепленных пунктов, который был взят ценою потери 60 человек убитыми. Однако, поскольку этот участок хорошо просматривался с укрепленных позиций, расположенных на [прилегающей] высоте, Чунг приказал своим войскам оставить захваченный пункт обороны противника. Это является типичным для всех действий китайцев – атаковать те пункты, которые послабее, захватить их ценой тяжелых потерь, а потом, поскольку джапы удерживают более сильную позицию, отдать приказ на отход...
Переговорив с Чунгом, я и полковник Селлс (Sells) согласились на том, что Чунг полностью побит. У него нет своих идей в отношении того, как решать свои проблемы, но и никаких чужих идей он не воспримет. Он настаивает на том, что Сунгшан необходимо взять, но не видит ничего, кроме повторного применения своих бессмысленных методов. Он попросил меня и генерала Вэя не ждать много на его участке фронта и обратиться с запросом к генералу Вэю на предмет того, какой план отступления предусмотрен в том случае, если он (Чунг) не сможет взять Сунгшан.

Были и положительные тенденции: в ходе кампании китайцы становились более восприимчивыми к советам и рекомендациям американцев, но отказывались принимать предложения Дорна о замене командиров, занимающих ключевые должности. Непрекращающееся раздражение Дорна действиями китайцев нашло прямое отражение в письме, которое он написал начальнику Генерального Штаба Китайской Армии ХэИнциню 5 июля 1945 года.  
В этом письме он обрушился с резкой критикой на генералов Сунга и Чунга:
… Начиная с середины июня с большим трудом удавалось удерживать генерала Сунга от отхода. Он присылал полные преувеличений рапорта о численности противника в секторе Лунглинг-Мангших, которые оказались неверными для последних трех недель исходя из того, что японцы ни разу не переходили в нечто большее, чем нерешительные локальные контратаки на этом участке…

Он ни разу не бросил в бой часть, располагавшую достаточными силами для выполнения возложенной на нее миссии, но продолжал расходовать безо всякого смысла войска в разрозненных атаках с ограниченными целями. Это же относится и к генералу ЧунгПину… Я знаю, что в целом к моим обязанностям не относится отправка вам рапортов подобного рода, но я чувствую, что в данном случае, если я поступлю по-другому, это будет означать мое пренебрежительное отношение к тому уровню доверия, которое вы и генерал Стилвелл оказывали мне в прошлом.    
Я отдаю себе отчет в том, как много трудностей, связано с удалением занимающих высокие должности командиров, но докладываю вам, что убежден без каких-либо вопросов и сомнений в том, что пока генерал Сунг остается командующим 11-й Армейской Группой, кампания, нацеленная на установление сухопутного пути между Индией и Китаем будет оставаться под смертельной угрозой провала.
Несмотря на столь низкую оценку их деятельности, Сунг и Чунг остались на своих постах. В меморандуме Стилвеллу, написанному в сентябре, Дорн пересмотрел свое первоначальное суждение о генерал-майоре Хо Квейчанге, отметив, что тот «становится лучше в смысле расширения знаний. Это происходит медленно, но постоянно, он знает, как воспринимать приказы и как выполнять их. Никакого блеска, но он прислушивается к рекомендациям. На него можно положиться, но все будет идти медленно и без вдохновения.» Следует отметить, что к тому времени 20-я Армейская Группа генерала Хо взяла Тенгчунг после двухмесячной кровопролитной осады…     

Проблемы с авиационной и артиллерийской поддержкой
Неудовлетворенность Дорна действиями китайского командования временами была сопоставима с его оценкой действий американской авиации, поддерживающей КЭС. На ранней стадии кампании он писал: «Поддержка с воздуха была хорошей в том смысле, что было сделано много вылетов – больше, чем обычно требуется для тактической поддержки. Однако полковник Кеннеди, командир 69-го [Объединенного] Крыла (69th [Composite] Wing), - это теоретик, который не только не имеет никакого понятия о местных условиях и требованиях, но, по-видимому, и не заинтересован в том, чтобы изучить хоть что-то в этом плане.»    

После наступления сезона муссонных дождей, проблемы усугубились. В начале июня Дорн так комментировал ситуацию:
Положение со сбросом грузов с воздуха становится угрожающим. Китайцы снова и снова сообщают либо о хорошей погоде, либо о переменной облачности на протяжении большей части дня, а 69-е Крыло сообщает о нелетной погоде и о том, что боевые вылеты не могут быть осуществлены вообще или о том, что [летчикам] пришлось повернуть назад, а самолеты с грузами для сброса не смогли выйти к целям… Мы неоднократно призывали полковника Кеннеди доставить грузы войскам, которые, в случае неудачи миссии по взятию Лунглинга, провалят всю кампанию.     
Китайцы видят погодные условия только над головой и больше ничему не верят. Большинство американцев, находящихся в китайских войсках, полагают, что грузы могут быть сброшены, а если этого не произойдет, все усилия американцев окажутся под угрозой срыва. Лично я считаю, что используются не все возможности, связанные с временными улучшениями погоды. Кеннеди – это теоретик, который не может или не хочет принимать во внимание то, что в чем-то отличается от его собственных идей, которые не были выработаны за счет боевого опыта, поскольку такого опыта у него крайне мало.  
Его собственные люди не скрывают своего отношения [к Кеннеди] и открыто говорят, что какие-то операции, если они не были отработаны во время маневров над Луизианой, согласно полковнику Кеннеди, вообще не могут быть осуществлены. Отношение к нам китайцев в последние несколько дней значительно ухудшилось из-за нашей неспособности помочь им.  

Другие американские авиационные части, привлеченные к поддержке наступления, включали в себя 51-ю Истребительную Группу, 27-й Транспортную Эскадрилью и 19-ю Эскадрилью Связи, базировавшиеся в Юннани. 10-я Авиационная Группа, базировавшаяся в Индии, также участвовала в операциях.
Что касается использования огневой мощи, то в боевых условиях китайцы слишком часто предпочитали забывать о том, чему их учили американцы. В официальной истории ВС США можно прочитать следующее:
Наблюдатели Y-FOS, прикомандированные к 20-й Армейской Группе, докладывали о том, что китайские полковые командиры не могли напрямую обратиться за поддержкой к подчиненной им артиллерии, а были вынуждены направлять свои запросы в дивизионные штабы.
Когда же артиллерийская поддержка предоставлялась, она была почти бесполезной. Цели не брали в вилку, а интервалы между выстрелами иной раз простирались до пяти минут. Артиллерийские наблюдатели иной раз находились в паре миль от линии фронта. Китайские артиллеристы пренебрегали укрытиями и маскировкой, притягивая к себе контрбатарейный огонь японцев. Горно-вьючная артиллерия не перемещалась в организованном порядке, а просто выбредала на огневые позиции. Огневые позиции занимали в дневное время, при этом отдельные расчеты выходили к ним с интервалами до получаса. Китайцы пренебрегали техобслуживанием своих пушек, которые быстро ржавели под дождями.
Американцам казалось, что китайцы относились к должной заботе об оружии поддержки пехоты с таким же равнодушием. Китайские минометные расчеты отвергли то, чему их учили американцы… У американцев волосы вставали дыбом, когда они видели, как китайские пехотинцы подвешивают ручные гранаты за кольца к своим ремням… Ночью по японскому патрулю мог открыть огонь целый китайский полк. Боеприпасы пускались на ветер снова и снова, и уже вскоре оружие выходило из строя из-за постоянного использования и отсутствия ухода за ним.    

Взятие японских оборонительных узлов
К началу июля, после двух месяцев боев, наступление китайцев увязло вокруг японских узлов обороны в окрестностях Тенгчунга, Лунглинга, Сунгшана и Пингдасяна. 56-я Дивизия японцев, получая в ограниченном количестве подкрепления, уверенно удерживала свои позиции несмотря на большое численное превосходство китайцев.
У японцев практически не было поддержки с воздуха, но их мастерское использование ДОТов и ДЗОТов заслуживало высочайшей оценки. В районе Тенгчунга, например, в дополнение к каменной стене высотой 35 футов, окружающей город, японцы оборудовали сотни оборонительных огневых точек. В этих условиях долгое время прямолинейная наступательная тактика китайцев, лишенная изобретательности и всегда чреватая тяжелыми потерями, не приносила им успеха. В довершение всего 24 июня китайский транспортный самолет, на борту которого находились коды, шифры и информация о боевом порядке войск на пути из Чунцина в Баошань по ошибке приземлился в Тенгчунге и был захвачен японцами…   
И вот наконец, уже в июле, китайцы предприняли хорошо скоординированную атаку на высоту Лайфенгшань/Laifengshan – хорошо укрепленный холм непосредственно югу от Тенгчунга. Китайцы следовали разработанному американцами плану: после основательной разведки они атаковали большой массой пехоты вместо разрозненных наскоков. Как было написано в американском рапорте, «захватив эту высоту, войска продолжили наступление вместо традиционной паузы для перегруппировки и мародерства.» Впервые за всю кампанию китайцы применили огнеметы. Японцы потеряли в этих боях около 600 человек убитыми и ранеными. Китайцы приблизились к стенам города на полмили, но до падения города оставалось еще несколько недель.

Китайский солдат использует огнемет против японского ДОТа в ходе боев за Тенгчунг. В данном случае огонь воспламенил боеприпасы в ДОТе, после чего взрыв уничтожил занимавших его японцев
Бои по всему фронту продолжались, и численный перевес китайцев вместе с постоянной поддержкой с воздуха, осуществляемой американцами, обескровил японцев и истощил их силы. Сунгшан пал 7 сентября после того, как саперы взорвали 6 000 фунтов динамита в тоннелях, прорытых до вершины горы.  

Китайские войска продвигаются по улицам Тенгчунга, который японцы удерживали два года.
Тенгчунг был взят 14 сентября, Пингдасян – 23-го. Лунглинг держался дольше, но, в итоге, был взят 3 ноября. С захватом Лунглинга китайцы получили возможность наступать по Бирманской Дороге в направлении расположенного на бирманской границе города Вантинг/Wanting (также известен под названиями Wandingzhen и Wanding), который был взят 20 января 1945 года. Это стало заключительным аккордом Салуинской кампании. Союзники полностью сомкнули Дорогу Ледо и Бирманскую Дорогу, и первый за почти три года конвой из грузовиков прибыл в Куньмин/Kunming 4 февраля 1945 года…  
1944 год стал успешным для союзников во всех секторах этого огромного фронта. В марте-июне британцы остановили наступление противника на юго-востоке Бирмы и в Импхальском и Кохимском сражениях отразили попытки японцев прорваться в Индию, нанеся им тяжелые потери. Одновременно с наступлением китайцев на востоке союзники изгнали японцев из Северной Бирмы силами американской бригады, получившей прозвище Мародеры Меррилла/Merril’sMarauders, и китайских войск. 10 декабря китайцы и американцы сомкнули фронт с наступавшими с запада союзниками, в успехе которых сыграли значительную роль части британские части глубокого проникновения, получившие прозвище Чиндиты/Chindits.

Основные транспортные пути между Бирмой и Китаем в 1944-45 годах

Потери сторон
За более чем восемь месяцев боев китайцы потеряли более 40 000 человек убитыми и ранеными. Американский медицинский персонал сыграл большую роль в спасении большого количества раненых и возвращении многих из них в строй. Японцы потеряли около 15 000 человек убитыми.  
Салуинская кампания не была триумфальной победой китайцев. То, что по мнению американцев можно было сделать за два месяца, прояви китайские генералы больший уровень инициативы, решительности и компетентности, заняло восемь. Планы Стилвелла по быстрой переброске высвободившихся после быстрой победы китайских войск на восток страны остались на бумаге.

Китайские и бирманские рабочие на восстанавливают Бирманскую Дорогу. 1944 год

Перевод и дополнения – Владимир Крупник


Комментарии   

+1 # seaman47 2021-01-29 16:42
Военные советники как пришельцы из будущего на космическом корабле к аборигенам спустились.
И не только к китайским))

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.