fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Ноябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 1 2

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.63 (4 Голосов)

После прорыва из котла в Черкассах, где мы спасли только наши голые жизни, а все тяжелое вооружение и пулеметы было потеряно, дивизию СС "Викинг" (точнее ее боеспособные остатки) перевели в район Люблин - Хольм, чтобы там освежиться и переформироваться в танковую дивизию. [На 31 декабря 1943 дивизия насчитывала в своем составе 14 647 человек. После боев в котле 25 февраля 1944 года в районе Звенигородки приблизительно 4 тысячи человек без техники и тяжелого вооружения достигли линии, занимаемой немецкими войсками]. 

В этой ситуации 12 марта 1944-го года из штаб-квартиры Фюрера пришел приказ, о направлении боевой группы в количестве 4000 человек для усиления гарнизона Ковеля. Сообщения о том, что личный состав дивизии находится в плохом состоянии и отсутствует штатное вооружение, этот приказ не изменили. Солдат немедленно погрузили на транспорт, и они уехали. Я не вошёл в состав этой группы, потому что меня отправили в запасной батальон с приказом сформировать вспомогательную роту. Но о происходившем в Ковеле я знаю хорошо. 

В сопровождении первого офицера-ординарца 18 марта командир дивизии, группенфюрер Ваффен СС Гилле вылетел в Ковель, чтобы сменить там коменданта, обергруппенфюрера Бах-Зелевского [Erich von dem Bach-Zelewski], и принять командование. В Хольме в числе прочих были погружены оба танково-гренадерских полка СС: 9-й «Германия» и 10-й «Вестланд», в полном составе, с пулеметами, ручным оружием и боеприпасами. Они поместились всего в два эшелона и отправились в направлении Ковеля. 

Но в Ковеле напрасно ждали их прибытия. Состав с полком «Германия» попал под сильный обстрел и не смог продолжать движение. Ему пришлось сначала отвоевать линию железной дороги. Полку «Вестланд» прямо с колес также пришлось вступить в бой. Однако пробиться в Ковель им не удалось даже и на следующий день. С легким оружием победить врага они не могли.

Вокруг города уже находились четыре советских стрелковых дивизии, поддерживаемые танками. Плюс были сильные партизанские соединения, давно действовавшие в этом районе. Советы не стремились активно атаковать Ковель, а снова и снова перерезали линию железной дороги и озлобленно огрызались против попыток снять блокаду. 

Это соответствовало базовому представлению Гитлера (которое с течением войны, очевидно, еще более укрепилось) о том, что наступление врага надо останавливать обороной укрепленных пунктов, а не вести маневренную войну. Так было и зимой 1941-42-го годов, и уже тогда стало ясно, что это очень большая ошибка в управлении войсками, которая со временем имела все более тяжкие последствия. После отставки Манштейна о маневренной войне больше не могло идти и речи. Ей на смену пришло удержание позиций с ослиным упорством. 

Тогда появилась ужасная идея «укрепленных мест», которые должны были использоваться для того, чтобы остановить продвижение Красной Армии. Согласно приказу Гитлера от 8 марта 1944 года их гарнизоны должны давать себя окружить для того, чтобы затем собрать большие силы, и создать условия для успешного контрнаступления. 

Таким образом, верховное командование назначило город Ковель «укрепленным местом», а главнокомандующий группы армий «Юг» генерал-фельдмаршал Манштейн 16 марта 1944 года назначил генерал-лейтенанта Ваффен СС Гилле его комендантом. 

Город Ковель находится на севере Волыни и окружен болотами. Он был, и до сих пор, вероятно, является важным транспортным пунктом, и поэтому имел значительное военное и оперативное значение. Ситуацию с обороной города новый комендант никак не мог назвать надежной. Численность гарнизона составляла 4000 человек. Кроме четырех саперных рот, легкого артиллерийского дивизиона, одного легкого зенитного дивизиона, кавалерийского полка СС, укомплектованного балканскими добровольцами «фольксдойч», для обороны «укрепленного места» имелись только полицейские и охранные подразделения, которые обычно применялись исключительно против партизан. Кроме того было еще 250 человек из тыловых частей, которые до сих пор очень уютно служили в тыловых ротах обеспечения, полевой комендатуре и на железной дороге. И вдруг эти люди неожиданно для себя стали боевыми солдатами. 

Без промедления и очень энергично Гилле принял меры для улучшения обороны. Все части получили свои боевые задачи. Были построены полевые укрепления и заграждения. Пути снабжения ставились под защиту. Командиром предназначенных для деблокирования Ковеля сил дивизии «Викинг» стал командир 5-го артиллерийского полка СС Рихтер. В эту дивизионную боевую группу вошли артиллеристы, зенитчики и саперы, у которых еще не было ни автомобилей, ни полевых кухонь, ни раций. Их эшелон не смог пройти дальше Лубомля. Они могли пойти в бой только в качестве пехоты, потому что все вооружение соответствующего рода войск, которое у них должно было быть, на данный момент полностью отсутствовало. Поэтому им поручили охранять линию железной дороги, идущую на Ковель. Ее снова и снова взрывали партизаны, и атаковала советская штурмовая авиация. 

Для усиления наших войск также поступил только что сформированный 3-й танковый батальон полка «Германия», и на тот момент это была наша единственная боеспособная часть. Штаб дивизии располагался в Люблине и оттуда руководил персоналом, снабжением, оружием, машинами, оборудованием, и железнодорожными перевозками. Это требовало напряжения всех сил. 

Атаками в сходящемся направлении, Советы обжали кольцо окружения и прижали обороняющихся к окраинам города. Им удались первые прорывы линии обороны. 

19 марта 42-й армейский корпус из Хольма начал операцию по деблокированию «укрепленного места». Деблокирующие силы дошли до важного населенного пункта Мазеево, находящегося примерно в 25 километрах западнее Ковеля. Это позволило выгрузить только что подъехавшую 131-ю пехотную дивизию прямо на вокзале в Мазеево. Руководство острием клина направленного вдоль железной дороги принял на себя ее командир, генерал Вебер. 

Тем временем положение в окруженном городе все более ухудшалось. Потери росли. Однако ускорить операцию по деблокированию города оказалось невозможным, потому что ускорить подвоз людей и ресурсов не удавалось. Линия железной дороги из Хольма в Ковель снова и снова взрывалась и переставала работать. Вторая линия снабжения, размытая проселочная дорога, оказалась забита стоящим транспортом, и была полностью парализована.

Наконец в атаку на восток пошел 434-й гренадерский полк под командованием полковника Набера, и после тяжелого боя занял Старые Кошары. Его поддержал 3-й батальон «Германии», усиленный батареей 190-й бригады штурмовых орудий.Батальон располагал бронетранспортерами, но, к сожалению, не прошел на них никакого обучения и тренировок. Кроме того, возможности передвижения в лесах и болотах оказались весьма ограниченными. В таких условиях это боевое средство не нашло своего применения. 

Наступление остановилось. Не хватало поддержки тяжелым вооружением, которое мы смогли применять очень ограниченно. Наши собственные силы были слишком слабы. На глубоких открытых флангах узкого наступающего клина 131-й пехотной дивизии Советы проводили интенсивные контратаки. С севера их отбивали остатки 1-го и 2-го батальонов полка «Германия» под командованием штурмбанфюрера Дорра. С юга прикрытие обеспечивал полк «Вестланд» оберштурмбанфюрера Масселя вместе с 5-м зенитным дивизионом СС штурмбанфюрера Штойге. Но у них тоже было только ручное оружие. Под усиливающимся давлением врага могло случиться так, что наступающие на Ковель вдоль линии железной дороги деблокирующие силы, в свою очередь, тоже будут окружены. 

Состояние местности вокруг города не позволяло проводить танковые операции. Но поддержка пехоты бронированными машинами сыграла определенную роль. Кроме того, недавно сформированный 2-й батальон 5-го танкового полка СС существенно увеличил пробивную силу деблокирующих частей. Его только что в большой спешке перебросили в Хольм из Франции. 

Первой в бой вступила 8-я рота. 27 марта она дошла до Мазеево и была подчинена 131-й пехотной дивизии. Для новой попытки прорыва вдоль линии железной дороги из Хольма в Ковель 29 марта у Старых Кошар были собраны: справа - 3-й батальон "Германии", в центре - 8-я рота 5-го танкового полка СС под командованием оберштурмфюрера Николусси-Леск и слева - батальон 434-го гренадерского полка под командованием капитана Больма. Оба пехотных батальона были усилены штурмовыми орудиями. 

В полдень началось наступление, первой целью которого являлась деревня Черкасы. Уже через два с половиной часа танковая рота прорвала позиции противника перед этим населенным пунктом. Во время сильной метели гренадеры заняли деревню. Только пушек калибра 7,62 сантиметра в ней было уничтожено 11 штук. Это говорит о том, какими силами защищались Советы. 

Приказ об остановке наступления не дошел до танковой роты. Она уже втянулась в Черкасы и занимала там оборону. Николусси-Леск решил развить успех и продвигаться дальше. Около 4 часов утра следующего дня он с 9 оставшимися танками собственными силами атаковал русских. Его поддержал гренадерский батальон капитана Больма. После того как несколько вражеских танков были подбиты, удалось прорвать последние заграждения Советов. 

В 8:15 храбрый командир 8-й роты 5-го танкового полка СС с 7 танками вошел в город и сообщил об этом его коменданту. Защитники Ковеля получили долгожданное и решающее подкрепление. Однако блокада «укрепленного места» с этим прорывом не закончилась. Напротив, кольцо окружения еще более уплотнилось. 

Для охраны наших подбитых во время атаки и не способных двигаться танков была назначена 11-я рота 3-го батальона танково-гренадерского полка «Германия». Под защитой темноты она дошла вдоль насыпи железной дороги до вокзала в Черкасах. Там экипажи двух подорвавшихся на минах «Пантер» вместе с 12 храбрыми пехотинцами держали оборону против интенсивно атакующих русских. 

Этот, теперь усиленный, пункт обороны продержался еще два дня. Когда закончились боеприпасы, борьба стала бессмысленной. Командир роты, хауптштурмфюрер Треукер, получил приказ прорываться в Ковель. Но вместо этого он в ночь с 1-го на 2-е апреля попытался прорваться на запад. При этом 11-я танково-гренадерская рота полка «Германия» была полностью уничтожена. Среди множества погибших числился и ее командир. 

С 27 марта 42-й армейский корпус, включая 5-ю танковую дивизию СС «Викинг», 131-ю пехотную дивизию, части 19-й венгерской легкой дивизии и группу Гилле, был подчинен 2-й армии. Это означало, что деблокирующие удары будут продолжены с новыми силами, которых не было в 4-й танковой армии. Так, к этой операции был подключен 56-й танковый корпус под командованием генерала пехоты Хоссбаха, продвигавшийся от Бреста к Ковелю. Первоначальной его целью являлось нанесение Советам мощного удара и восстановление связи с северным крылом группы армий «Юг». В свете произошедших событий его главной задачей стало снятие блокады Ковеля. Его попыткам перехода через Припять враг оказал достойное сопротивление. Обе наступавшие на левом фланге дивизии остановились. Поэтому командование 56-го танкового корпуса перестало верить в то, что Хоссбах сможет вовремя прийти на помощь защитникам Ковеля.

Положение в городе тем временем осложнилось до такой степени, что группа армий «Центр», по согласованию с Верховным командованием, приказало гарнизону города очистить «укрепленное место» и пробиваться на запад. Гилле ожидал, что деблокирующие силы, после успеха прорвавшейся танковой роты, тем же путем пробьют кольцо советской блокады. Этот факт стал известным благодаря расшифровкам его радиопереговоров. Но из-за интенсивных атак врага с юга и севера на открытые фланги узкого деблокирующего клина, 42-й армейский корпус уже был не в состоянии это сделать. Кроме того, деревня Черкасы, захваченная 29 марта, была потеряна. Контратакой батальона егерей-лыжников ее снова вернули. Для этого потребовалась поддержка 7-й роты 5-го танкового полка СС. После этого боя в роте осталось только 2 боеготовые «Пантеры»; 6 «Пантер» застряли в болоте. 

Учащались прорывы оборонительного кольца Ковеля, которые уже нельзя было ликвидировать контратаками, потому что силы для этого отсутствовали. Кольцо окружения все время сжималось. Противотанковых орудий не хватало, а прорвавшиеся танки противника приходилось уничтожать в ближнем бою. Это делали солдаты, не знавшие больших боев и до этого ни разу не видевшие танки противника. Согласно отчету от 31 марта, от имевшихся первоначально 4000 человек оставалось уже 1130. По этим цифрам можно получить представление о жесткости боев и о положении раненых в окружении. 

Гарнизон города снабжался только по воздуху. Эту задачу образцово и с готовностью к самопожертвованию выполняли эскадрильи Люфтваффе. С отвагой и большим умением, невзирая на сильный зенитный огонь, самолеты сбрасывали контейнеры снабжения. Также приземлялись грузовые планеры. Легко понять, что большие потребности в снабжении во время интенсивных боев не удовлетворялись подобным образом. Все чаще и чаще поступали сигналы о нехватке артиллерийских и танковых снарядов. 

Приказом на прорыв в Ковель командование 2-й армии предусматривало наступление с центром тяжести на правом фланге 56-го танкового корпуса, острием которого должна была стать 4-я танковая дивизия. Из-за непроходимых дорог и деятельности бандитов ее перевод к месту наступления потребовал больше времени, чем планировалось. Потому начало наступления отложили на один день. 42-й армейский корпус должен был выступить в прежнем направлении на восток, одновременно обеспечивая свой южный фланг. Он получил подкрепление в виде двух батальонов лыжных егерей, "штурмового батальона" командования 2-й армии, легкого артиллерийского дивизиона и дивизиона тяжелых противотанковых орудий. 

После того, как 3 апреля все приготовления к решающему удару были закончены, силы 2-й армии стояли в полной боевой готовности. Окруженная группа Гилле уже находилась в критическом состоянии. 

В этот день командование 8-го армейского корпуса заменило командование 42-го армейского корпуса и приняло его участок обороны. Это решение было принято еще 31 марта, и в связи с этим может сложиться впечатление, что действия в Ковеле командованием оценивались как недостаточно энергичные. В этой связи надо упомянуть о совете начальника штаба группы армий «Центр» командующему 2-й армией. Он предложил назначить командующего запланированным наступлением следующей завуалированной формулировкой - "по возможности, одного из командиров полков 5-й танковой дивизии СС «Викинг»". 

Атака «штук» помогла силам 131-й пехотной дивизии занять господствующую лесную местность юго-восточнее и восточнее Кошар. Но разбить врага и занять его позиции не получилось. Танковые гренадеры 2-го батальона полка «Вестланд» и 3-го батальона полка «Германия» должны были довольствоваться лишь занятием важных высот. Русские уверенно оборонялись на этих заблаговременно обустроенных позициях, насыщенных противотанковой артиллерией. С ними ничего не удавалось сделать. Даже танки и штурмовые орудия оказались бессильны. 

А вот 4-я танковая дивизия под командованием генерала фон Заукена медленно, но верно продвигалась вперед. Преодолевая упорное сопротивление русских, она через деревню Мощеная (это примерно в 7,5 километрах северо-западнее Ковеля) продвигалась к деревне Дубовое. В начале наступления ее поддерживал 2-й батальон 5-го танкового полка СС с 6-й и 7-й ротами. Вместе с дивизией на критическом правом фланге наступала боевая группа полка "Германия" под командование штурмбанфюрера Дорра. У железной дороги от Ковеля на Брест-Литовск 4-я танковая дивизия снова наткнулась на упорное сопротивление вражеских сил на оборудованных полевых позициях с сильной противотанковой обороной. Наступающая с севера 5-я танковая дивизия также достигла своей цели. 

В ночные часы 5 апреля операция по деблокаде окруженной "группы Гилле" продолжилась. Боевая группа Дорра под прикрытием темноты без соприкосновения с врагом дошла до северо-западной окраины Ковеля. 12-й танково-гренадерский полк 4-й танковой дивизии на рассвете атаковал Дубовое и взял его при поддержке 7-й роты 5-го танкового полка СС. При этом сильная противотанковая оборона и артиллерия противника были подавлены. Атакующая группа затем повернула на юг для последнего удара на Ковель. В это же время из деревни Мощеная выступила 6-я рота 5-го танкового полка СС. Она продвинулась в юго-восточном направлении, перерезала дорогу на Дубовое, уничтожила одну вражескую батарею и дошла до северо-восточной окраины Ковеля, где заняла позицию фронтом на восток и на север. Так она прикрывала и поддерживала прорвавшую советское кольцо окружения атакующую группу 4-й танковой дивизии. А ее спину в то время прикрывала 5-я танковая дивизия. 

Во второй половине дня основная цель была достигнута: блокаду «укрепленного места» удалось прорвать. На следующий день об этом сообщала сводка Вермахта: «Окруженный с 17-го марта гарнизон города Ковель под командованием группенфюрера СС и генерал-лейтенанта Ваффен СС Гилле с беспримерной храбростью выдержал многонедельный штурм намного превосходящих вражеских сил. Соединения армии и Ваффен СС под командованием генерал-полковника Вайсса и генералов пехоты Хоссбаха и Маттенклотта после многодневных тяжелых наступательных боев в болотах Припяти, в необычайно тяжелых условиях местности, прорвали вражеское кольцо вокруг Ковеля и освободили из окружения своих товарищей». 

По оценке 56-го танкового корпуса, на их фланге им противостояли 7 советских дивизий. В большей степени успех был обеспечен усилиями Люфтваффе, которые действовали действительно эффективно. Не в последнюю очередь ими явились бомбовые удары пикирующих бомбардировщиков 1-й воздушной дивизии, которые очищали дорогу ведущей тяжелые бои атакующей группе. Значительный вклад в успешное ведение боев в Ковеле внесли незаменимые помощники коменданта подполковник Раймпель (выполнявший обязанности офицера генерального штаба) и хауптштурмфюрер Кауфманн (офицер-ординарец дивизии «Викинг»). 

Сразу после открытия дороги из осажденного города начался вывоз раненых и подвоз снабжения. Во время блокады тяжелейшую задачу снабжения выполнял 55-й воздушный полк, сделавший около 250 вылетов.

Дивизия "Викинг", на бумаге уже считавшаяся «танковой дивизией», оказалась единственным соединением, которое в марте 1944 года в момент наибольшей опасности могло быть брошено в бой против продвинувшихся между группами армий "Юг" и "Центр" Советов. После тяжелых боев в котле под Черкассами и прорыва с непереносимыми человеческими жертвами и утратой всего вооружения, немедленное участие в боях ей было попросту не по силам. На солдат очень давило впечатление от полного, абсолютного поражения и переживания полного бессилия и беспомощности во время прорыва. Вместо страстно желаемого и заслуженного отпуска на родине они снова должны были идти в бой с врагом в тяжелейших условиях. По имеющемуся вооружению дивизия сначала уступала даже бандам партизан. Без организованного управления и снабжения, без своего командира и его штаба, дивизия «Викинг» вынуждена была отдать свои соединения под чужое руководство. Поэтому ее части в боях по деблокированию Ковеля не добились больших успехов, - не считая 2-го батальона 5-го танкового полка СС, который внес существенный вклад в успех всей операции. Однако солдаты дивизии «Викинг» проявили солдатскую доблесть и стали опорой для своих товарищей даже в самых тяжелых ситуациях и в величайшей опасности. 

Сразу после боев в Ковеле дивизия «Викинг» вместе с 56-м танковым корпусом, «группой Гилле» и 8-м армейским корпусом получили задание установить новую линию фронта вдоль реки Турья и включить ее в оборонительный фронт 2-й армии. Усилия «группы Гилле» были направлены на то, что создать условия для надежной обороны ключевых транспортных узлов. Подошли подкрепления, в числе которых были 1-й дивизион 5-го артиллерийского полка СС и 5-й саперный батальон СС. В резерве находился 2-й "пантерный" батальон 5-го танкового полка СС. Части дивизии использовались также для поддержки ведущей бои к северу от Ковеля 4-й танковой дивизии (где проявила себя 6-я рота), а также для поддержки наступающего на юге 8-го армейского корпуса. 

Период таяния снега не позволял проводить большие операции. В грязи застревали даже гусеничные машины. Существенное улучшение ситуации в Ковеле произошло 17 апреля. Рассекающей ночной атакой, полк «Германия» взял господствующие высоты юго-западнее города, при этом особенно отличился штурмбанфюрер Хаск, командир 3-го батальона. Одна рота вошла в город. С помощью двух "пантерных" рот ей удалось выбить врага с его юго-западной окраины. Спустя 10 дней одна танковая боевая группа, под руководством штаба 5-го танкового полка СС, в составе 2-го батальона и частей усиления поддерживала наступление 8-го армейского корпуса на участке фронта у реки Турья. Несмотря на непроходимую местность, танкам «Викинга» удалось привести эту «операцию Ильзе» к успеху. Об этом было даже упомянуто в сводке Вермахта. При этом были уничтожены те части врага, которые из района западнее Ковеля упорным сопротивлением так долго отражали все попытки деблокирующего наступления с запада вдоль линии железной дороги из Хольма. 

В мае бои за Ковель для дивизии «Викинг» закончились. Ее части были выведены с фронта. В следующие недели нам предстояло выполнить совсем другую задачу: завершить переформирование в танковую дивизию и стать готовыми к выполнению боевых задач в новом качестве. Для этого мы получили большое пополнение людьми, приняли новую технику и вооружение, прошли обучение и провели учения. Их значение для ведения операций 5-я танковая дивизия СС «Викинг» должна была подтвердить очень скоро, уже летом 1944 года, после катастрофического развала группы армий «Центр», и этим оправдать дорогостоящее перевооружение.

соц. сети


Комментарии   

+1 # Рой Костин 2018-11-05 09:28
Суровые реалии войны.

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.