fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *

luckyads

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.17 (3 Голосов)


После долгих дебатов относительно выбора места вторжения в Европу летом 1943 года союзники приняли решение начать с высадки на острове Сицилия, расположенном всего лишь в 90 милях к северу от побережья Африки, где недавно закончились бои по полному освобождению континента от войск стран Оси. Операция, получившая название Husky, не обещала быть легкой: остров обороняли 250 000 солдат и офицеров в основном итальянской и, в меньшей степени, немецкой армий. Примерно половина итальянцев входила в состав пехотных дивизий, тогда как остальные – в состав частей береговой обороны и тыловых подразделений. Первые бои развернулись на южном побережье острова в городе Гела и на подступах е нему…

Силы противоборствующих сторон
Силы, оборонявшие, южное побережье Сицилии, были относительно статичны, и предполагалось, что они сумеют задержать высаживающегося противника до той поры, пока к решительному отражению десанта не подключатся ударные силы итальянцев и немцев. Крупнейшими немецкими частями, готовыми вступить в бой на побережье, были Воздушно-десантная Танковая Дивизия HermannGöring (Fallschirm-Panzer-Div 1 HG) и 15-я Панцергренадерская Дивизия. Эти дивизии вместе располагали 150 танками, пехотой и артиллерией поддержки. В это число танков входили 17 Тигров, которые изначально предполагалось отправить в Северную Африку. Они так и остались в Сицилии после того, как силы Оси капитулировали в Тунисе двумя месяцами раньше.
Союзники выделили для вторжения в Италию две армии. Британская 8-я Армия располагала для высадки четырьмя пехотными дивизиями и отдельной бригадой для десанта на южное побережье Сицилии. Американская 7-я Армия выделила для высадки три пехотные дивизии и танковую дивизию в качестве «плавающего» резерва. Британцы и американцы также располагали воздушно-десантными частями для выброски в глубине острова.
Американцы включили в силы вторжения свои новые части коммандос – рейнджеров. Рейнджерские части были сформированы в начале 1942 года для проведения рейдов и спецопераций. Находясь под командованием подполковника Уильяма Дарби (William O. Darby), ко времени вторжения на Сицилию 1-й Батальон Рейнджеров был преобразован в трехбатальонную боевую группу (1-й, 3-й и 4-й батальоны, 2-й формировался в США). Командир группы, 32-хлетний Уильям Дарби, был выпускником Вест-Пойнта. Его любили солдаты, которые прозвали его ElDarbo. Официально Дарби командовал 1-м Батальоном, два майора командовали остальными двумя, однако Дарби считался номинальным главой все боевой группы.

Боевая Группа X/ForceX
В то время Гела/Gela был рыбацким городом с населением около 30 000 человек, расположенным непосредственно на побережье сразу же к западу от устья реки Гела. Его разделял и по сей день разделяет пополам бетонный пирс, вдающийся в море на 900 футов. Морское дно в этих местах отличается пологим наклоном, так что десантникам предстояло пройти ощутимое расстояние от своих катеров до берега вброд, находясь под огнем противника… Проблем амфибийным машинам добавляло широкое распространение отмелей в прибрежных водах.

Редкая цветная фотография – десантные катера союзников продвигаются к побережью в районе города Гела 10 июля 1943 года…
В городе находился важный перекресток дорог, подходящих к нему с севера и соединяющихся с приморским шоссе. Разведка союзников выяснила, что близ Гелы находятся орудия береговой артиллерии. Аэрофотосъемка показала наличие у берега нескольких рыбацких судов, что было интерпретировано как признак отсутствия мин на пляже.       
Для захвата этого важного населенного пункта были выделены два батальона рейнджеров: 1-й и 3-й. Они были объединены в Боевую Группу X/ForceX. Группа была усилена тремя ротами 83-го Батальона Химических Минометов (83rd ChemicalMortarBattalion), оснащенного минометами калибра 4.2 дюйма (107 мм), способными стрелять как дымовыми снарядами, так и фугасно-осколочными минами. Их называли химическими минометами по традиции, идущей от ПМВ. Высокий темп огня, поддерживаемый ими, и их хорошая переносимость делали их превосходным оружием для огневой поддержки быстро перемещающихся рейнджеров, и 83-й Батальон станет для людей Дарби неотъемлемой частью огневой поддержки, завоевав прозвище Артиллерия Рейнджеров/ArtilleryoftheRangers за ту пользу, что он принес рейнджерам в период Итальянской кампании.
Кроме того, Группа X была усилена 1-м Батальоном 39-го Инженерного Полка – боевой частью, предназначенной для расчистки минных полей, установки препятствий для противника и строительства оборонительных укреплений и готовой вступить в бой, если понадобится. Группа Х, в реальности, представляла из себя полковую боевую группу. Эта группа была подчинена 1-й Пехотной Дивизии на период вторжения. Дивизией командовал генерал Терри Эллен (TerryAllen), она состояла из 16-го, 18-го и 26-го полков, включала в себя артиллерию поддержки, бронетехнику и другие части усиления.
Плацдармы для высадки находились к востоку от Гелы.

Планы союзников по взятию Гелы
Дарби и командир 4-го Батальона рейнджеров, майор Рой Маррей (RoyMurray), разработали план захвата города путем рассечения его на две части. Длинный пирс был выбран в качестве границы между участками действия двух батальонов. 1-му Батальону Дарби предстояло высадиться к западу от пирса и взять западную половину города, тогда как солдатам Маррея – восточную. Инженерный батальон также высадится на берег и приступит к расчистке минных полей и разрушению препятствий. Минометный батальон займет огневые позицию и будет готов поддержать рейнджеров…   
Дарби разработал тактику высадки своих сил несколькими волнами. Выйдя на берег, каждая волна приступит к решению поставленных перед нею собственных задач, иногда проходя через позиции, занятые предыдущей волной. Первая волна будет представлена ротами C, D, E и F (роты каждого батальона рейнджеров были обозначены последовательно буквами от A до F). Этим ротам предстояло очистить от противника пляж и войти в город, продвинувшись до главной его улицы. Второй волне, представленной ротами A и B, предстояло пройти через позиции рот первой волны и повернуть на запад, чтобы вывести из строя орудия береговой батареи, расположенной на краю Гелы.


Карта участка высадки американцев в районе города Гела с направлениями атак немцев и итальянцев
Инженерам предстояло высаживаться в третьей волне вместе с минометчиками. Десантные катера этой волны предстояло выводить к берегу подводной лодке. 4-й Батальон мог не беспокоиться о каких-либо противостоящих ему орудиях береговой артиллерии, поэтому рейнджеры майора Маррея были разделены на две волны. Ротам A, B и C предстояло высадиться в первой волне вместе с отрядом штабных военнослужащих, во второй волне должны были идти роты D, E и F.
После разработки базового плана действий началась боевая подготовка. Поскольку два батальона рейнджеров теперь были подчинены 1-й Пехотной Дивизии, они покинули свои учебные полигоны в горах Атласа и присоединились к этой дивизии, дислоцированной в нескольких милях к западу от города Алжир. Здесь они отрабатывали десантирование на морской берег, используя в качестве целей макеты сооружений и укреплений. Те, кто планировал вторжение, сумели получить для учений те же десантные средства и те же экипажи, какие планировались для использования в реальных боевых условиях. Таким образом, солдаты и моряки получили возможность наладить боевое взаимодействие заблаговременно, что позднее помогло в преодолении множества проблем, возникших в ходе боевого десантирования…
Были осуществлены две полномасштабные высадки, в том числе, под прикрытием огня корабельной артиллерии, стреляющей боевыми снарядами. Учения прошли неплохо, за исключением одного момента: подводная лодка, которая должна была вести за собой к берегу десантные катера, не приняла в них участие. Дарби и его офицеры были обеспокоены тем, что отсутствие лодки в ходе учений создаст проблемы в ходе реальной высадки…

Начало
30 июня 1943 года основная часть сил Группы X погрузилась на корабли в гавани города Алжир и тронулась в путь. Первая остановка была в Бизерте (Тунис), в нескольких сотнях миль от Алжира. Там Группа X присоединилась к другим американским войскам, направлявшимся к берегам Сицилии. Конвой быстро приблизился к этому острову, но ночью 9 июля в ход действий вмешались силы природы. Разразился жестокий шторм, многие солдаты, непривычные к таким условиям, были поражены морской болезнью, так что штабные офицеры уже стали побаиваться того, что десант придется отложить. Однако метеорологи предсказали улучшение погодных условий на следующий день, что и произошло. Операция Husky далее развивалась в соответствии с планом.   
10 июля. Предназначенные к высадке пляжи еще не были видны в темноте, когда рейнджеры начали погрузку на десантные катера с двух британских транспортов (PrinsAlbert и PrinceCharles) и американского транспорта Dickman. Заслуживает внимания то, что на судне Dickman солдаты и моряки готовились к десанту под доносившуюся до них через громкоговорители мелодию AmericanPatrol, исполняемую оркестром Гленна Миллера. Один за другим катера отошли от транспортов и начали делать круги в ожидании подводной лодки, которая должна была повести их в сторону Гелы. Время шло, но она не появлялась… По счастью, нашелся морской офицер из третьей волны, который взял на себя инициативу и повел десантников к берегу. Он и Дарби постарались построить катера наилучшим образом.
При приближении десантных катеров к побережью оборонявшие его итальянцы включили мощные прожектора и начали ощупывать акваторию их лучами, стараясь обнаружить противника. Однако два боевых корабля американцев – крейсер Savannah и эсминец Shubrick –  быстро среагировали на это и подавили прожектора. Фрэнк Кралл (FrankKrall), моряк с эсминца Shubrick, записал в своем дневнике: «3.00. … Мы только что произвели два выстрела по прожектору. Он тут же погас.» Отсутствие освещения не помешало итальянцам открыть пулеметный и минометный огонь в сторону моря. Несколько американцев в ответ произвели выстрелы из своих базук. Когда первая волна подошла к берегу, прогремел мощный взрыв: это по приказу генерала АльфредоГуццони (AlfredoGuzzoni), командующего всеми силами обороны Сицилии, был взорван тот самый уходящий в море пирс, чтобы лишить союзников возможности использовать его. Его обломки осыпали город и прибрежные воды, по которым продвигались рейнджеры.    


Рейнджеры на десантном катере приближаются к берегу в районе города Гела. Картина лейтенанта Митчелла Джемисона (MitchellJamieson, 1915-1976), художника в составе ВМФ США.
Недалеко от берега один из катеров уткнулся в отмель под острым углом, и небольшое судно начало переворачиваться. Рейнджеры начали выпрыгивать в воду, полагая, что здесь уже достаточно мелко для того, чтобы вброд выбраться из воды. Однако в этом месте было еще довольно глубоко, и лейтенант Джозеф Загата (JosephZagata) с 16 солдатами из Роты Е утонули несмотря на то, что несколько катеров остановились рядом и сидевшие в них люди пытались оказать помощь своим товарищам…
Идущий неподалеку катер с солдатами из Роты В 39-го Инженерного Батальона получил прямое попадание артиллерийского снаряда, и его начала заливать вода. Катер ушел под воду в считанные мгновения, но в этом случае все солдаты кроме одного сумели выплыть. Один из них, не умевший плавать, был спасен медицинским офицером роты лейтенантом Элбертом Томпсоном (AlbertThompson), который вытащил его из воды…

Рейнджеры вступают в бой
Высадившись на пляжи примерно в 3.35, оба батальона рейнджеров наткнулись на минные поля и проволочные заграждения. Ранее увиденные на аэрофотоснимках рыбацкие суда оказались давно брошенными развалюхами. Рейнджеры, тем не менее, немедленно начали продвижение вперед, то ползком, то перебежками. Командир Роты D 4-го Батальона рейнджеров, лейтенант Бернард Уойчияк (BernardWojciak), ведя своих солдат вперед, наступил на мину. Взрывом ему разорвало грудь, он упал рядом со своим первым сержантом РэндалломХэррисом (RandallHarris) и умер, успев сказать: «Я свое получил, Хэрри.» Хэррис видел, как в разорванной груди офицера билось сердце … Все остальные офицеры Роты D также быстро перешли в разряд убитых и раненых. Роту пришлось вести вперед Хэррису, но и он уже вскоре подорвался на мине. Он получил ранения в ноги и в живот, но перетянул свой поясной ремень так, чтобы из живота не торчали вываливающиеся внутренности, и, невзирая на раны, добрался до линии расположения ДОТов, из которых оборонявшиеся обстреливали пляж.  Вместе со своим товарищем Ховардом Андре (HowardAndre) Хэррис заставил их замолчать ручными гранатами. Только после этого он посыпал свои раны сульфонамидом. Поражает тот факт, что Хэррис руководил действиями своих солдат еще два часа после этого, и только почувствовав, что дело сделано, сержант вернулся на пляж, чтобы найти санитаров. Хэррис выжил, был награжден Крестом за Отличие в Службе (DistinguishedServiceCross – вторая по значению боевая награда в США) и получил фронтовое (временное) офицерское звание. Его товарищ Ховард Андре позднее погиб в сражении под Анцио…         

Бой в городе
Очистив от противника пляжи, рейнджеры вступили в затяжные уличные бои за город, продвигаясь от дома к дому. Роты A и B продвигались в направлении закрепленных за ними целей: двух береговых батарей и минометной огневой точки на северо-западном краю города. Капитан Джеймс Лайл (JamesLyle) командовал обеими ротами. Своим солдатам он сказал, что лучше отстрелять все, что можно, сегодня, чтобы остаться в живых завтра. Солдаты продвигались по городу, растянувшись в цепочки по обоим краям улиц, в полной готовности прикрыть друг друга огнем от атак на головную часть колонны или атак с верхних этажей или крыш. Первый сержант Роты А заметил группу из четырех итальянцев, бегущих в направлении бункера, специально построенного для того, чтобы заблокировать улицу. Из амбразур бункера выглядывали стволы 47-мм противотанковой пушки и двух пулеметов. Не теряя времени, американцы поспешили вслед за противником и успели подбежать к бункеру в то самое мгновение, когда последний из итальянцев пытался закрыть за собой дверь бункера. Первый сержант пинком открыл дверь, выпустил длинную очередь из своего Томпсона/Thompson и забросил вглубь бункера гранату…
Местами итальянцы оказали упорное сопротивление. Их небольшая группа закрепилась в соборе близ городской площади в секторе наступления 4-го Батальона. Американцы вступили в ожесточенную перестрелку с ними прямо в наосе храма, прячась за скамейками. Последние из оборонявшихся были убиты, когда их прижали к алтарю. В секторе 1-го Батальона у американцев возникла проблема - капитан Лайл не сумел связаться минометчиками, которые высадились вслед за ним: десантники уронили радиопередатчик в воду в неразберихе, которая сопровождает любой десант…   

Собор в центре Гелы – одно из первых зданий, захваченных американцами. На снимке видны рейнджеры в джипах и рядом с ними, слева на переднем плане – итальянская противотанковая пушка.
Но рейнджеры наступали и вскоре вышли к одной из позиций полевой артиллерии итальянцев, защищенной проволочным заграждением. Рейнджеры подползли к заграждению по канаве, подорвали его и с помощью ручных гранат атаковали батарею. Сопротивление итальянцев было быстро подавлено, и три 77-мм полевые пушки стали трофеями рейнджеров. Расположенный неподалеку минометный взвод итальянцев был также быстро уничтожен с помощью ручных гранат.
Инженеры также столкнулись с сопротивлением противника. Когда роты А и В 39-го Батальона начали продвижение вглубь суши, оставив за собой пляж, они наткнулись на убийственный пулеметный огонь из пары бункеров, который прижал обе роты к земле. Прошло несколько минут, и сержант Хэролд Гилберт (HaroldGilbert) из Роты В взял инициативу на себя. Он рывком добежал до ближайшего бункера и забросил в амбразуру гранату. Прогремел взрыв, и оба пулемета замолчали! Итальянцы, оборонявшиеся во втором бункере, решили сдаться в плен, увидев случившееся с их товарищами. В целом, оказанное после этого инженерам сопротивление было незначительным, и через несколько часов Гела была в руках американцев. Они несколько раз попадали под огонь снайперов, но большинство остававшихся в руках итальянцев бункеров капитулировало без единого выстрела…
С момента высадки прошло уже несколько часов. 1-й Батальон рейнджеров разместил свой штаб близ здания школы, в котором засело большое количество итальянских солдат. Американцы оказались под пулеметным огнем, но атака на здание школы, которой руководил сам Дарби, оказалась успешной, и более 50 его защитников сдались в плен.

Гела взята
К 8 утра 10 июля американцы прочно удерживали город. Оба батальона рейнджеров вышли на окраины города и уже смыкали свои позиции с позициями, которые занимали части 1-й Пехотной Дивизии, высадившиеся у них на флангах. 39-й Батальон уже высадился на берег, и во взаимодействии с ним минометчики из 83-го Батальона окапывались и готовили огневые позиции для оказания поддержки пехоте. Стоит упомянуть то, что минометчикам пришлось нелегко при перекатывании своих загруженных оружием и боеприпасами двухколесных тележек по рыхлому песку пляжей…
Саперы обустроили временный периметр из колючей проволоки для военнопленных, но он быстро оказался недостаточно вместительным. Уже через короткий промежуток времени в нем было более 200 пленных итальянцев – слишком много для небольшого «загона». У американцев не осталось другого выхода, кроме как разрешить некоторым из пленных пребывание за пределами периметра. Итальянцы явно не проявляли желания создавать американцам проблемы или пытаться бежать. Некоторые с охотой ели американские солдатские пищевые рационы…
Хотя Гела была захвачена всего за несколько часов, и оказанное рейнджерам сопротивление было незначительным, итальянцы и немцы не собирались тратить время впустую и готовились к контрудару. К 10-11 часам утра итальянская пехота и бронетехника уже были на пути к Геле, части дивизии HermannGöring следовали за ними.

В бой вступают танки итальянцев
Передовые части итальянцев двинулись в направлении Гелы из города Нишеми/Niscemi, расположенного в 8 милях к северо-востоку. Их колонна состояла примерно из 32 танков, сопровождаемых пехотой. Танки были представлены французскими машинами Рено/Renault, захваченными во время немецкого вторжения во Францию в 1940 году и впоследствии переданными итальянцам для укрепления их сравнительно слабых бронетанковых сил. К середине 1943 года танки Рено были безнадежно устаревшими, но на этой стадии операции Husky у американцев под рукой не было танков, способных противостоять этой бронетехнике, представлявшей реальную опасность для легковооруженного десанта…
Однако попытка итальянцев нанести танковый удар была пресечена. Когда колонна бронетехники и пехоты продвигалась по дороге к Геле, отряд из 100 парашютистов 82-й Воздушно-десантной Дивизии атаковал их из здания, в котором они закрепились. Воздушный десант был сброшен в окрестности Гелы в ночь с 9 на 10 июля. Это были парашютисты 505-го Воздушно-десантного Полка общей численностью 3 400 человек, но из-за сильных ветров и навигационных ошибок десант оказался сильно рассеянным, и на намеченном участке – возвышенности Пьяно Лупо/PianоLupo – cобралось всего 200 десантников. Тем не менее, даже небольшой отряд десантников из 100 человек сумел нанести тяжелые потери пытавшимся прорваться к Геле итальянцам…
В дополнение к этому колонна танков и пехоты противника попала под огонь орудий крейсера Boise. 15 шестидюймовых орудия крейсера были эквивалентны по огневой мощи дивизиону 155-мм гаубиц. Тяжелые снаряды начали рваться рядом с итальянскими танками, осыпая осколками незащищенную броней пехоту. Танки Рено были слишком легкими, чтобы выдержать такие разрывы, и около 10 из них были выведены из строя. Тем не менее, около 20 машин продолжили продвижение в направлении Гелы. Очевидно, храбрости танкистам было не занимать, но теперь они наступали без поддержки полностью отрезанной от них пехоты. В итоге, танки наткнулись на позиции, обороняемые 16-м Полком 1-й Дивизии и понесли тяжелые потери, уцелевшие машины были вынуждены отступить на север.    

Один из итальянских танков, уничтоженных на улицах Гелы
Через короткий промежуток времени второй отряд танков численностью в 24 машины появился на Шоссе 117 со стороны аэродрома Понте Оливо/PonteOlivo. Теперь в бой вступил эсминец Shubrick, открыв огонь из своих пятидюймовых орудий. Более половины танков были выведены из строя, многие из них остались гореть на шоссе, но 10 машин продолжили продвижение в направлении Гелы. Капитан Лайл сообщил о том, что четыре машины остановились в небольшой роще, в то время как остальные въехали в город. Эти танки наступали без поддержки пехоты…   

Пехота против танков
Рейнджеры оперативно вступили в бой против танков. Они забрасывали их с крыш домов гранатами и толовыми шашками и стреляли из базук, укрываясь за каменными стенами, но группа танков пробилась к городской площади.
Дарби на своем джипе бросился обратно к пляжу и нашел там недавно доставленную на берег 37-мм противотанковую пушку и ящик с бронебойными снарядами. Дарби и его водитель Контрера/Contrera прицепили пушку к джипу и поспешили назад, где к ним присоединился капитан Шанстром/Shunstrom. Пока американцы устанавливали пушку для ведения огня, из-за угла появился танк и двинулся на них. Дарби запрыгнул в джип, выпустил по танку пару пулеметных очередей, но это не возымело на бронированную машину никакого эффекта. Итальянские танкисты произвели по американцам два пушечных выстрела, но снаряды пролетели над головами рейнджеров. Дарби зарядил пушку, Шанстром навел ее – снаряд угодил в башню танка…  

На дальнем плане американские пехотинцы ведут бой с танками, используя 37-мм пушки и базуки. Видны разрывы снарядов корабельной артиллерии.
Американцы произвели еще один выстрел, на этот раз снаряд попал в корпус танка. Машину отбросило назад примерно на три фута, но она так и не загорелась. Дарби забрался на танк и положил термитную гранату на один из люков. Граната быстро раскалила металл, и танкисты с воплями выпрыгнули из своей машины с поднятыми руками…
К охоте на танки присоединились инженеры. Лейтенант ДиБэйкер (DeeBaker) из Роты В 39-го Батальона с отделением солдат атаковал танк с помощью ружейных гранат и базук. Стреляя по колесам и гусеницам, американцы остановили танк. Уцелевшие Рено ушли из города, а четыре танка, остававшиеся, по-видимому, в резерве в небольшой роще, были обстреляны из гаубиц калибра 4.2 дюйма. Наводил огонь капитан Лайл. Один танк загорелся, трое оставшихся ушли на север.
У итальянцев еще были резервы для атак на захваченный американцами город, в том числе, - пехота. Вероятно, не зная об истинном размещении высадившихся на сицилийский берег частей противника, итальянцы приблизились к Геле с запада, маршируя в колонне, более подходящей для парадов, чем для решения боевых задач. На колонну обрушился огонь пулеметов и минометов, «атакующие» понесли тяжелые потери, уцелевшие в панике ретировались…
Тем не менее в поле зрения оборонявшихся появилась еще одна группа танков, направлявшаяся к позициям, занятым 1-м Батальоном рейнджеров. Капитан Лайл приказал изготовиться к бою своей батарее из трех трофейных пушек, расчеты которых теперь составляли американцы. Еще один рейнджер занял позицию наблюдателя на полпути между артиллерийской позицией и наступающими танками. Первый залп накрыл наблюдателя, но он уцелел и обругал по радиопередатчику своих товарищей, в результате чего расчеты подняли стволы повыше. Они повели довольно точный огонь, и танки отступили. Вместе с ними бежала группа итальянских пехотинцев, которые ранее укрывались близ здания фермы и не были замечены американцами.  

Трагедия воздушного десанта
После первого дня тяжелых боев Паттон принял решение высадить в районе Гелы воздушный десант в количестве 2 000 человек, чтобы усилить сражающуюся боевую группу американцев. Он приказал сбросить 1-й и 2-й батальон 504-го Воздушно-десантного Полка, 376-й Дивизион Воздушно-десантной Полевой Артиллерии и роту инженеров из 307-го Воздушно-десантного Инженерного Батальона в ночь с 10 на 11 июля. К тому времени немецкие самолеты атаковали позиции сил вторжения целый день. Когда транспортные самолеты появились над пляжами Гелы, из-за отсутствия внятного предупреждения о сбросе десанта американские зенитчики открыли огонь по своим. В итоге они сбили 23 и повредили 37 из 144 транспортных машин. Десант потерял около 10% своего состава убитыми и ранеными и был полностью дезорганизован. Не менее 8 машин вернулись на базу в Тунисе.

Расчистка минных полей на пляже
К 10-11 часам утра 11 июля наступило затишье в наземных боевых действиях. Дивизия HermannGöring испытывала проблемы с сосредоточением танков и пехоты для скоординированной атаки. Атаки итальянцев были разрозненными и были отбиты сравнительно легко, и немецкие старшие офицеры не хотели повторения этой ошибки. Тем временем воздушные атаки американцев и обстрелы с моря продолжались…
Лейтенант Джон Пэйсер (JohnPacer) из 39-го Инженерного Батальона получил задание присмотреть за разгрузкой десантных транспортных судов LST (LandingShip, Tank), которые доставили на берег снаряжение батальона и его машины. Когда выдвинутый в море причал Гелы был взорван, эти суда были направлены к берегу в сектор высадки 1-й Пехотной Дивизии. Пэйсер попытался отыскать свои снаряжение и технику, но массовая неразбериха превратила пляж в беспорядочную парковку машин с множеством пробок и сваленных в кучи военных материалов. В итоге лейтенант нашел одно из судов с грузом для своего батальона - LST 388, на борту которого находились полугусеничные транспортеры M2. Пока он трудился над тем, чтобы сгрузить на берег столь нужные машины, тройка Мессершмиттов/Messerschmitt появилась в небе. Две сброшенные ими бомбы угодили в LST, прогремели взрывы, в воздух полетели обломки. Пэйсер остался целым и невредимым и, в итоге, сумел выгрузить свои транспортеры на пляж, где они немедленно увязли в песке нескольких ярдах от доставившего их судна…

Пока миноискатели остаются на борту десантного судна, саперы с большими предосторожностями используют свои штыки для обнаружения мин.
Еще один офицер батальона инженеров, капитан ХэролдХэнсон (HaroldHanson) из Роты А, весь день работал на расчистке пляжа от мин. Группа танков ждала в находившемcя поблизости LST, не имея возможности покинуть судно из-за опасений наткнуться на минные поля, опасность от которых была явно недооценена теми, кто планировал десант. Миноискатели находились на одном из десантных судов, и их никак не могли найти. Хэнсон не имел другой возможности кроме того, как отдать саперам приказ искать мины с помощью штыков. Когда танковая атака итальянцев началась позднее в то же утро, Хэнсон понял, что американцам придется смириться с рисками, чтобы ввести в бой свои танки.  
Он сам со своими солдатами искал мины, старясь распознать схему их укладки. Уже вскоре закономерность была найдена, и, измерив интервалы между минами, офицер приказал солдатам проверять его шагами, чтобы находить мины на ожидаемом расстоянии друг от друга… Эта методика сработала: итальянцы укладывали свои мины по одной и той же схеме всюду и везде. Все мины были помечены и извлечены без потерь. Еще один участок пляжа, как оказалось, был свободным от мин, потому что местные жители, получившие приказ уложить их, ушли после того, как двое из них взлетели на воздух…    

Люфтваффе атакует
Пока саперы работали над расчисткой пляжей от мин и разгрузкой техники и снаряжения, рейнджеры окапывались и готовились к отражению новых контратак. Обстановка оставалась относительно спокойной, но этого нельзя было сказать про ситуацию на море. Сражение на море началось с рассветом. Эскадрилья немецких самолетов появилась в воздухе в 4.58, и летчики быстро разглядели эсминец Maddox. Этот корабль осуществлял противолодочное патрулирование в 16 милях от побережья.
Один из немецких самолетов спикировал на эсминец, и сброшенная им бомба разорвалась в кормовой части корабля по правому борту, разрушив ее и, вероятно, вызвав детонацию кормового порохового погреба. Офицер, находившийся на другом корабле, вспоминал: «Громадный [огненный] шар раскрасил небо в белый и красный цвета… за этим последовал взрыв, страшнее и оглушительнее которого мы еще не слышали.» Через две минуты Maddox ушел на дно с 211 членами экипажа. Буксир Intent позднее подобрал 74 выживших…
В оставшуюся часть светлого времени суток атаки Люфтваффе были по-прежнему сфокусированы на кораблях союзников, однако только эсминец Murphy получил незначительные повреждения. Несколько крейсеров запустили в воздух свои гидропланы для воздушной разведки и корректировки артогня. Они были атакованы немецкими истребителями и отогнаны, некоторые были сбиты, однако их летчики успели передать на корабли данные о передвижении итальянских танков и навести на них огонь корабельной артиллерии. Летчики также дали крейсерам возможность сконцентрировать огонь на береговых батареях, которые были быстро подавлены уже к полудню. Только эсминец Shubrick выпустил более 500 пятидюймовых снарядов…
Немцы также атаковали с воздуха транспорты союзников, которые с большим трудом продолжали выгружать танки на пляжи. Генерал Эллен попросил как можно быстрее вывести на берег танки и артиллерию, но этот процесс шел медленно из-за продолжающейся неразберихи.

После попаданий трех бомб с немецкого самолета Ju-88 транспорт RobertRowan взрывается со своим грузом боеприпасов близ города Гела 11 июля 1943 года
В 18.35 со стороны заходящего солнца появился еще один Me-109. Немецкий летчик выбрал в качестве цели LST 313. Его бомбы взорвались ниже палубы, на которой находились танки, и вызвали сильный пожар. Командир LST 311 подошел вплотную к горящему LST 313 и уткнул свое судно носом в его корму, дав возможность попавшим в огненную ловушку 80 солдатам и морякам перебраться на его судно. Однако 21 человек погиб…
Наступила темнота, и атаки с воздуха больше не угрожали американцам, но ситуация оставалась напряженной. До рассвета было всего несколько часов, и можно было не сомневаться в том, что танки войск Оси снова нанесут удар по плацдарму одновременно с возобновлением атак с воздуха. Прикрытие десанта истребителями союзников было неорганизованным и малоэффективным из-за проблем с координацией действий наземных войск и ВВС и отсутствия опыта в этом вопросе. Все, что могли сделать американцы, - это продолжить разгрузку танков, артиллерии и другого снаряжения, чтобы бросить технику в бой как можно быстрее. Некоторые солдаты были настолько уставшими, что улеглись спать прямо на пляжный песок, другие продолжали работать на разгрузке десантных судов.
11 июля. Наступил рассвет, и атаки с воздуха возобновились. В 6.35 десять итальянских бомбардировщиков появились над плацдармом. Они сконцентрировали свои атаки на транспортах, но последние рассеялись по акватории и избежали потерь. Авиация Оси продолжала атаки вплоть до наступления темноты…
Американцы не напрасно опасались новых танковых атак: к 6.40 утра 11 июля американскими пехотинцами из 26-го Полка 1-й Дивизии были встречены больше 10 немецких танков, которые продвигались на север в направлении аэродрома Понте Оливо. Дополнительные силы немцев наступали со стороны городков Нишеми и Бискари/Biscari, расположенных к востоку от Гелы. Было также замечено, что части дивизии Livornoнаступают на Гелу с северо-запада.
Танки, наступавшие на позиции 26-го Полка, съехали с дороги и продолжили движение по пшеничному полю, отрезая, таким образом, американских пехотинцев от пляжей. За этим наблюдал бригадный генерал Теодор «Тед» Рузвельт, заместитель командира 1-й Пехотной Дивизии (сын президента США Тедди Рузвельта, возглавлявшего страну в 1901-1909 годах – ВК). Немецкие танкисты знали свое дело и немедленно атаковали американцев. Два танка Pz. IV пересекли открытое пространство на большой скорости, стараясь отвлечь на себя огонь танков и артиллерии противника, которые могли находиться в этом секторе боев. Остальные продвигались короткими рывками от одного понижения между складками местности к другому, затрудняя, таким образом, ведение огня противоборствующей стороной.
Рузвельт связался с командным пунктом дивизии, запрашивая поддержку, прежде всего, танками. У пехотинцев было недостаточно противотанковых средств, а вражеские машины уже просочились в тыл 3-го Батальона 26-го Полка. Своих танков все еще не было, и пехотинцы постепенно стали отходить, пока им не удалось закрепиться на наспех созданной оборонительной линии уже на окраине Гелы. Рузвельт снова связался с дивизией, передав Эллену, что положение «не блестящее.» Сам бригадный генерал не дрогнул, и начал прогуливаться вдоль оборонительной линии американцев, опираясь на свой стек на виду у врага, приговаривая: «Они в меня не попадут!»

Генерал Джордж Паттон на передовой
Восточнее 2-й Батальон 16-го Полка был атакован боевой группой, включавшей в себя 40 танков. После ожесточенного боя батальон был оттеснен к населенному пункту Пиано Лупо/PianoLupo, расположенному в 7-8 милях к востоку от Гелы на приморском шоссе (Шоссе 115). К 10.10 немецкие танки появились на перекрестке дорог, соединяющих Гелу и Нишеми. Полковая рота противотанковой артиллерии, вооруженная устаревшими 37-мм пушками, потеряла две трети своих орудий. Один из старших офицеров батальона был убит в тот момент, когда лично вел огонь по врагу. К 10.30 многие пехотинцы уже поспешно отступали через артиллерийские позиции, с которых американцы вели огонь по преследующим их танкам, находившимся в одной миле. Свои танки так пока и не появились…   
Несмотря на успех своих первых атак, немцы тоже столкнулись с проблемами. Один пехотный полк в ночное время заблудился и не смог поддержать танковую атаку, начавшуюся на рассвете. Многие из наводивших страх на противника танков Тигр теряли ход на дорогах, блокируя их из-за отсутствия у немцев тягачей-эвакуаторов. Связь с итальянцами была полностью потеряна. Когда дивизия Livorno получила приказ атаковать Гелу, в дивизии HermannGöring об этом просто не знали. Неразбериха была характерна для действий обеих противоборствующих сторон…


Присутствие немецкой и итальянской авиации в воздухе во время высадки в Сицилии ощущалось постоянно. На вышерасположенном фото немецкие бомбы падают в непосредственной близости от кораблей союзников, поддерживающих высадку…
Итальянцы атаковали американцев и к северо-западу от Гелы. Их танки и пехота были всего лишь в миле от города, где в обороне были Дарби и его рейнджеры. Несмотря на интенсивный минометный огонь, который вели американцы, итальянцы теснили их.
Капитан Лайл руководил действиями своих людей, когда генерал Джордж Паттон, командующий 7-й Армией, появился на передовой. Он высадился на побережье, чтобы оценить ситуацию, и немедленно оказался в центре событий. Сделав внушение молодому рейнджеру за то, что у него не был застегнут ремешок каски, он выслушал Лайла, после чего сказал офицеру: «Уничтожьте всех этих … ублюдков!» и покинул сектор боя.
Затем Паттон столкнулся в Геле офицером связи военно-морских сил и сказал ему навести огонь корабельной артиллерии на наступающих итальянцев. Моряк не стал терять времени, и уже через несколько минут шестидюймовые снаряды орудий крейсера Boise обрушились на солдат дивизии Livorno. К этому добавились фосфорные мины, разрывы которых поднимали столбы огня, вызывая панику у итальянцев и вынуждая их отступать. Один из офицеров-рейнджеров позднее вспоминал о том, что видел свисающие с деревьев трупы итальянских пехотинцев. На этом участке боев их наступление было остановлено…

Американская бронетехника – пока рекогносцировка
Капитан Хэнсон, который разобрался со схемой минирования пляжей противником, теперь объявился в Геле с несколькими полугусеничными бронетранспортерами, которые удалось вывести с пляжа. Паттон немедленно приказал ему организовать рекогносцировку позиций итальянцев за пределами города. Хэнсон уселся в бронетранспортер, взял с собой четверых человек и тронулся в путь. Почти сразу после этого американцы натолкнулись на группу итальянцев, прятавшихся в овраге. За этим последовал бой, в котором решающую роль сыграл установленный на бронетранспортере пулемет калибра 0.50 (дюйма). Продолжив движение вперед, бронетранспортер попал под огонь, и прямое попадание снаряда противотанковой пушки вынудило американцев отступить. Хэнсон сообщил Паттону, что противник дезорганизован, но окапывается на достигнутом ранее рубеже.     
Вторая рекогносцировка была проведена силами трех полугусеничных бронетранспортеров и двух танков Шерман/Sherman. Этот механизированный отряд попытался обойти итальянцев с фланга и наткнулся на полевой госпиталь противника. Когда американцы остановились, чтобы допросить медицинский персонал, большое число итальянских солдат просто сдалось в плен, больше не желая подставлять себя под адский огонь минометов и корабельной артиллерии. Отряд вернулся, ведя за собой длинную колонну 450 оборванных итальянцев…  
Наутро на немцев и итальянцев обрушился огонь с моря. Эсминцы Shubrick и Jeffers, которые израсходовали за день до этого почти все снаряды, сменили эсминцы Glennon и Butler. Крейсера Savannah и Boise были в резерве, готовые, если понадобится, открыть огонь из своих 6-дюймовых орудий. 11 июля сражение за город Гела превратилось в военно-морское в такой же степени, что и сухопутное. В тот день ВМФ США оказал масштабную поддержку американским солдатам…

Немецкие танки вынуждены отступить
К 11 утра ситуация стала наиболее критической. Хотя итальянцы, ранее наступавшие с запада, были остановлены, немцы продолжали атаковать. Их артиллерия и танки уже могли вести обстрел пляжей, а пехота просочилась настолько глубоко, что даже военные моряки, находившиеся на берегу, не расставались со стрелковым оружием, в полной готовности вступить в бой. Паттон со своего командного пункта в городе наблюдал за тем, как горожане в панике мечутся по улицам Гелы: немцы обстреливали город из 88-миллиметровок. Он приказал военной полиции восстановить в городе порядок, при необходимости не останавливаясь перед использованием ружейных прикладов.
Местами шел ближний бой, и корабли были вынуждены прекратить огонь. Немцы несли тяжелые потери, и после того, как 14 танков сгорели или были уничтожены, они начали откатываться от Гелы. Через какое-то время корабельная артиллерия снова вступила в бой, обстрел отступающих немецких колонн продолжался еще несколько часов.     
Дальше к востоку от Гелы ситуация оставалась сложной, и командование 16-го Полка отдало приказ, запрещающий отход. Американцы могли искать укрытие от продвигающихся вперед танков, но с пехотой должны были сражаться до конца. Небольшие группы солдат были вынуждены отбивать атаки противника в полной изоляции друг от друга. Вскоре у них осталось только две противотанковые пушки, способные вести огонь, но сразу после полудня к обороняющимся пришла помощь – до сектора боя добралась батарея полковой артиллерии и немедленно вступила в бой. К артиллеристам присоединилась горстка Шерманов, за которыми последовали несколько артиллерийских дивизионов. Расчеты 155-мм гаубиц открыли огонь прямой наводкой по атакующим немецким танкам, при этом вдоль позиций прохаживался лейтенант-артиллерист с пистолетом в руке, грозивший пристрелить любого, кто попытается бежать…

Танк Pz. III приближается к участку боя…
Примерно в это время в бой в этом секторе сражения вступила корабельная артиллерия. Один из крейсеров подошел к берегу столь близко, что моряки были вынуждены вести постоянный замер глубин, чтобы предотвратить посадку корабля на грунт. Крейсера Boise и Savannah и четыре эсминца буквально растерзали немцев. Взрыватели снарядов крейсера Boise были установлены на срабатывание в воздухе над целями, что имело сильнейший уничтожающий эффект: немецкая пехота несла тяжелые потери.
Уже вскоре больше 10 немецких танков были уничтожены. Американцы даже слышали вопли и стоны танкистов, заживо горевших в своих машинах, эти страшные сцены обычно заканчивались взрывами боеприпасов, которые убивали остававшихся в живых. В 13.16 артиллерийский наблюдатель навел огонь корабельной артиллерии на группу немецких танков, пытавшихся перегруппироваться для еще одной атаки. Эсминец Butler выпустил по цели 48 снарядов. Один из Тигров получил прямое попадание в башню, хотя осталось неясным, был это снаряд корабельной или армейской артиллерии. Снаряд не сумел пробить толстую броню танка, но его командир позднее вспоминал как осколки брони разлетелись по башне…
Во второй половине дня хорошо проявили себя десантники из 505-го Полка. В районе гряды Биацца/Biazza небольшой отряд собранных наспех американцев численностью около батальона сумел остановить продвижение колонны немецкой пехоты численностью около 700 человек, усиленной танками Тигр и самоходками. Действиями отряда руководил сам командир полка – полковник Гэвин (Gavin).

Немцы отступают
Примерно в 14.00 командир дивизии HermannGöring Пауль Конрат (PaulConrath) отдал приказ на отход. Немецкие танки и пехота начали постепенное отступление под артиллерийским огнем с суши и с моря. Один из немецких офицеров на прощание сказал наблюдавшим за отходом сицилийским фермерам, вероятно, пытаясь припугнуть американцев: «Огонь с моря вынудил нас отступить, но, если союзники станут преследовать нас в глубине суши, они вступят в бой с превосходящими их силами немцев и будут разгромлены!» Но это был блеф: на самом деле разбитые немецкие войска бросили на поле боя большое количество техники и, как было отмечено в журнале боевых действий 16-го Полка американцев, «бежали с поля боя, истерически рыдая.» Немцы потеряли почти половину своей бронетехники в этом бою…
В 15.45 Люфтваффе снова атаковало корабли союзников. На этот раз целью немцев стал транспорт RobertRowan, груженный боеприпасами. Одна из бомб поразила его, начались пожары. Он горел до 17.00, после чего груз взорвался. Команда к этому времени уже успела покинуть обреченный корабль, который затонул, сев на грунт на мелководье. Он горел и ночью, служив немцам «маяком» и облегчая немецкой авиации проведение ночных атак.
Итальянцы предприняли еще одну попытку наступления на позиции американцев около 17.00 – отряд пехоты попробовал атаковать со стороны городка Бутера/Butera в северо-западном направлении. На этот раз итальянцев поддерживали несколько десятков легких танков Fiat 3000.  Они натолкнулись на позиции рейнджеров, которые без труда отбили эту последнюю атаку при поддержке огня с крейсера Savannah. Другие корабли вели огонь по скоплениям живой силы и техники противника до 20.57, пока находившиеся на берегу корректировщики не просигналили: «Прекратить огонь, стреляли превосходно!» Небольшие стычки продолжались до темноты, после чего наступила тишина…  


Грузовик с немецкими солдатами и тяжелой зениткой на буксире направляется к передовой на окраине Гелы

Заключение
Сражение за город Гела окончилось. Утром 12 июля американцы перешли в наступление, начав продвижение в направлении аэродрома Понте Оливо, городка Бутера и других целей в глубине острова. Судьба сражения не раз висела на волоске, временами немцы были близки к тому, чтобы прорваться к пляжам, но стойкость американской пехоты и артиллеристов и точный огонь корабельной артиллерии склонили чашу весов в пользу союзников.
Крейсера Savannah, Boise и 7 эсминцев выпустили по врагу в общей сложности 3 766 пяти- и шестидюймовых снарядов 10-11 июля 1943 года. В целом, это был пример превосходной координации действий сухопутных сил и флота. Командиры, которые первоначально высказывали сомнения в возможности эффективного применения корабельной артиллерии для поддержки десантов, в частности, Паттон, изменили свое мнение на противоположное. Опыт Гелы весьма пригодился союзникам позднее в ходе десантных операций под Салерно, Анцио и в Нормандии.
Потери американцев составили примерно 2 300 человек убитыми и ранеными, итальянцев – 3 350 убитыми, 5 000 ранеными, 2 000 сдавшимися в плен. Немцы потеряли 630 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести (в основном, попавшими в плен.)  

Выведенные из строя на подступах к Геле немецкие танки

Перевод и компиляция – Владимир Крупник


Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.