fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.92 (6 Голосов)

Я хотел снимать «Прошлогодний снег», а мне говорили, что надо снимать что-то про пионеров, собирающих металлолом. Я сопротивлялся и орал.
Скандал длился четыре дня. А на пятый я пришёл и сказал:
– Хорошо. Я хочу снимать мультфильм про Ленина.
Тут они напряглись:
– Это что ещё за мультфильм?
– Ну как, – говорю, – Ленин был очень весёлый человек. Сделаю смешное кино про Ленина – все обхохочутся.
Они поняли, что положат на стол партбилеты за такое кино. Спросили:
– A можно не про Ленина?
– Я известный режиссёр, хочу про Ленина.
Две недели ходил и требовал – хочу про Ленина! Ещё потом придумал, что фильм будет по рассказу Зощенко про Ленина.
И добился, чего хотел: делай что хочешь, только не про Ленина!
И я сделал «Прошлогодний снег».
Александр Татарский

В 1895 году в одной из венских газет появилась краткая заметка о том, что крымские крестьяне нашли золотую тиару невероятной красоты. Они бежали из России, опасаясь, что правительство конфискует их находку. Экспертами выступили крупнейшие венские археологи и искусствоведы, которые подтвердили подлинность предмета.
Золотая тиара, согласно надписи, принадлежавшая скифскому царю Сайтаферну (III в. до н. э.), была приобретена Лувром 1 апреля 1896 года за огромную по тем временам сумму в 200 000 франков (около 50 000 рублей). Тиару с помпой выставили в зале античного искусства.
Как выяснилось позже, тиара была изготовлена в Одессе одесским ювелиром Израилем Рухомовским в 1895 году. Его называли «величайшим ювелиром всех времён и народов». Рухомовский получил за 8 месяцев работы над ней гонорар в 1800 рублей.
Рухомовский направил в Парижж телеграму, которая была опубликована газетой Le Figaro: «Гравер Израиль Рахумовский, живущий на Успенской ул., в доме 36 , категорически заявил, что он сделал тиару, заказанную ему в 1895 г одним жителем г. Керчи и попавшую впоследствии в Лувр. Рахумовский готов ехать в Париж, если на поездку ему будет выдано 1200 фр».
Вскоре Рухомовский, которому оплатило расходы французское консульство в Одессе, приехал в Париж и доказал там свое авторство и заявил, что он готов сделать и еще одну такую же тиару. К ответственности ювелир не был привлечён, так как не продавал эту тиару в Лувр и, более того, 26 мая его наградили золотой медалью III степени «Салона декоративных искусств». Рухомовский эмигрировал во Францию в 1909 году вместе со своей семьей, где благополучно пережил ужасы русской революции.
Тиара по-прежнему хранится в Лувре в отделе декоративных искусств. В 1954 году тиара была включена в «зал подделок» в Лувре вместе с восемью Джокондами.

 

13 декабря 1939 года, у берегов японского острова Хоккайдо пароход «Индигирка», совершавший очередной рейс из бухты Нагаева во Владивосток, потерпел крушение. Всего на борту корабля находилось 1173 человека, из них погибли 745 человек.
ИСТОРИЯ СУДНА
Пароход был построен в 1919 году на верфи порта Манитовок в штате Висконсин как «Лейк Галва». Он служил под именами «Рипон», «Малсах» и «Коммерческий квакер» в период с 1920 по 1938 год. В 1938 году его приобрели у Америки, и в августе после почти месячного перехода по морю пароход впервые пришвартовался в бухте Нагаева. За всю навигацию 1939 года перед трагедией «Индигирка» перевезла из Магадана во Владивосток и обратно всего 16392 тонны грузов и 580 пассажиров.
ТРАГЕДИЯ
13 декабря 1939 года принадлежащий Дальстрою грузовой пароход «Индигирка» шел из Нагаева во Владивосток, и у него на борту было свыше тысячи пассажиров, хотя «Индигирка» являлась исключительно грузовым судном, максимальное количество пассажиров, способных с относительным комфортом разместиться на его палубе, – 12 человек, не считая команды. Согласно материалам уголовного дела на борту было 835 отбывших свой срок заключенных, 50 этапируемых на пересмотр дел, десять конвоиров, остальные – вольные дальстроевцы-отпускники и полностью отработавшие срок найма, а также члены их семей.
В начале ноября 1939 года «Индигирка» подошла к устью реки Армань, где приняла на борт рабочих «Дальрыбопродукта» вместе с семьями, трудившихся на путине. По пути во Владивосток пароход остановился в бухте Нагаева, и там на борт под конвоем проследовала длинная колонна заключенных: примерно восемьсот человек, которых разместили в носовом трюме, где обычно перевозили уголь. Рабочие же с женами были на открытой палубе.
Большинство из заключенных везли на волю, часть – на пересмотр дела или на работу. К слову, в последний рейс «Индигирки» ее «пассажиром» должен был стать зэк С. П. Королев – будущий конструктор ракет, но из-за задержки с документами опоздал на роковой рейс.
В день катастрофы шел густой снег, палуба покрылась сплошным льдом, был 9-балльный шторм. Женщины с детьми находились на палубе под навесом. Примерно в четыре утра штурман «Индигирки» посадил судно на подводные камни Тоддо в проливе Лаперуза. От удара несколько десятков пассажиров сразу же оказались за бортом в ледяной воде. Винт заклинило в рулевой раме. За десять минут вода в трюмах поднялась на полтора метра. Только в последний момент механики успели стравить пар, предотвращая взрыв котлов. На палубе царила паника. Люди метались с борта на борт, давя друг друга и скатываясь по все больше наклоняющейся палубе в воду. По рассказу одного из спасшихся пассажиров, капитан отдал команду одному из охранников срочно выводить бывших зэков из трюма, но тот начал палить из винтовки по пытавшимся вылезти из трюма людям. Через несколько минут, так и не очнувшись от своего кошмара, этот охранник застрелился. По показаниям капитана корабля, ситуация была другой: зэки резали охрану (несколько человек были убиты), в свою очередь огонь по взбунтовавшимся осужденным открыли и стрелки НКВД (по разным данным было застрелено около 20 человек). Пока на борту была паника, восемь членов команды и два пассажира самовольно спустили шлюпку с правого борта и, перерезав фалины, исчезли в темноте. Из десяти похитивших шлюпку до берега добрались только пятеро...


13 ноября в полдень к завалившейся на правый борт «Индигирке» подошел японский пароход «Карафуто-Мару» и еще два японских судна поменьше. Они сняли оставшихся в живых пассажиров и матросов. Однако в трюмах еще оставались люди (около двухсот человек), которые просто не могли выбраться наверх – люки были залиты водой. Только 16 декабря, через три дня после трагедии, японцы смогли разрезать борта судна, извлечь еще чудом оставшихся в живых бывших зэков. Остальные умерли от переохлаждения, либо погибли, пытаясь поднырнуть под затопленные люки, либо просто покончили с собой, перерезав себе вены...
Как утверждали некоторые выжившие, все спасенные дети (их точное количество неизвестно) впоследствии умерли.
Всех спасенных японцы высадили на остров Хоккайдо, до которого было около полутора километров, а затем перевезли в порт Отару, где поселили в отдельно стоящем доме. Советский консул Тихонов сказал спасенным уничтожить паспорта. Многие так и поступили, но некоторые спрятали документы. Вскоре в японский порт прибыл пароход «Ильич», чтобы забрать пострадавших. Как только «Ильич» прошел остров Аскольд, ему навстречу направился ледокол «Казак Поярков». С него на борт «Ильича» пересели сотрудники НКВД и полсотни солдат охраны. Всех спасенных загнали в трюм и выставили часовых. Еще по пути конвоиры начали избивать зэков, которые, по их мнению, «дали слабину» в общении с японцами. Двух заключенных, якобы участвовавших в убийстве чекистов на «Индигирке», расстреляли и выбросили трупы за борт.
В дальнейшем большинство тех, кто уничтожил документы, по полгода не могли вернуться домой.


ПОЗЖЕ
В 1940 году был суд по делу гибели «Индигирки», 740 человек пассажиров и четырех членов экипажа. За преступную халатность, повлекшую массовую гибель людей, судили четырех должностных лиц – капитана судна Н. Л. Лапшина (он был расстрелян как саботажник и японский шпион), двух его помощников, В. Л. Песковского и Т. М. Крищенко (они получили от 5 до 8 лет лагерей). Кроме того, 4 года из отмеренных 10 лет отсидел и начальник зэковского конвоя П. И. Копичинский. Копичинский потом даже продолжил служить в системе ГУЛАГа.
В СССР правда об этой трагедии стала достоянием широкой гласности лишь примерно полвека спустя. Скорее всего, потому, что ЧП произошло вскоре после во­оруженного конфликта советских и японских войск у реки Халхин-Гол, и соответствующие органы посчитали недопустимым сообщать о милосердии и человечности, проявленных «врагом». Сегодня документы магаданского и иных архивов НКВД большей частью рассекречены.
Олег Матвеев в статье “Неизвестная трагедия в проливе Лаперуза” пишет:
“Решать судьбу затонувшей “Индигирки” на пароходе “Свердловск” в Японию отправилась специальная правительственная комиссия в составе 7 человек, которая прибыла в порт Отару 5 января 1940 года. С помощью водолазов ЭПРОН судно было тщательно обследовано, а из трюмов извлечены остававшиеся там трупы пассажиров. Причем за все услуги, оказанные японской стороной советской комиссии в виде транспорта, водолазного оборудования и другого снаряжения, японцы взимали достаточно высокую плату наличными. По результатам работы комиссии, с учетом полученных “Индигиркой” повреждений, было признано экономически нецелесообразным ее подъем и восстановление. А в самом начале февраля все тот же “Свердловск” доставил во Владивосток свой страшный груз — урны с прахом 396 погибших. Еще примерно столько же тел обнаружить так и не удалось.”
Сотрудники музея МГУ им. адм. Г.И.Невельского и профессор Болотов В.П. также уверены, что «Индигирка-Рипон» все еще покоится у берегов Хоккайдо.
Надо отметить, что в спасении пассажиров «Индигирки» принимали участие не только японские спасатели, но и простые рыбаки поселка Саруфуцу, у берегов которого судно потерпело бедствие. 19 декбрая 1939 года Дзин Гэндзо, Сато Коитиро и другие спасли несколько пассажиров. Обвязав головы жгутом из полотенца (хатимаки) и в одних набедренных повязках (фундоси), они добирались до «Индигирки» на лодках по ледяному и бурному морю. Они разбили иллюминатор парохода и, проникнув через него, спасли трех человек. Их выхаживали у Хосой Дзинъсиро, который являлся председателем рыбопромышленного кооператива.

 

Осенью 1948 года на советском теплоходе «Победа», следовавшем спецрейсом из США в Одессу, произошёл пожар. Погибли 42 человека, среди них – китайский маршал Фэн Юйсян и его дочь. «Несчастный случай» – констатировали советские газеты.
После окончания Великой Отечественной войны в состав торгового флота СССР вошёл ряд немецких судов, восстановленных на верфях Германии. Среди них был и лайнер «Иберия», получивший в советском флоте название «Победа». Это был крупный теплоход, рассчитанный на перевозку 340 пассажиров и 4000 тонн грузов. Во время восстановительного ремонта его вместимость довели до 600 пассажиро-мест.


НЕМЕЦКОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ
Судно было построено по заказу немецкой судоходной компании на верфи «Schichau Werft» в городе Данциг (польск. Гданьск) в 1928 году для эксплуатации на линии Европа - Центральная Америка - Вест-Индия. В первый рейс вышло 29 декабря 1928 года.
После полугодичного ремонта и переоборудования в Гамбурге на верфи «Blohm & Voss» лайнер «Магдалена» вышел с завода однотрубным теплоходом с новым названием «Иберия» (нем. «Iberia»).
В военное время «Иберия» служила плавбазой ВМФ Германии в Киле. Первоначально после войны 9 июня 1945 года её получил британский флот. 18 февраля 1946 г. не пострадавшая в военных действиях «Иберия» по репарации была передана СССР в Черноморское морское пароходство. Здесь лайнер получил новое наименование - «Победа».
Для начала - конкретные факты. 31 июля 1948 года «Победа», обслуживавшая международную линию Одесса-Нью-Йорк, отправилась от берегов Америки в обратный рейс. На борту - более 323 пассажира и несколько десятков членов экипажа, 277 тонн груза. Плавание длилось целый месяц, и в самом конце его произошло ЧП.

БЕЗ СИГНАЛА SOS
1 сентября радиостанция Черноморского пароходства получила с теплохода донесение: «Победа» прошла Новороссийск и к 14 часам 2 сентября предполагает прибыть в Одессу. Больше судно на связь не вышло. Однако сначала это никого не насторожило. Лишь утром 2 сентября в Черноморском пароходстве запросили суда и порты на пути следования лайнера, но оказалось, что никто из них связи с «Победой» не имел и сигналов SOS в эфире не слышал. Командование Черноморским флотом выслало поисковые самолёты, и в 21 час один из лётчиков сообщил, что обнаружил обгоревший теплоход в 70 милях к юго-востоку от Ялты; возле него находились пять шлюпок с людьми.
5 сентября в газете «Красная звезда» на последней странице появилось скупое сообщение ТАСС: «В начале августа из Нью-Йорка вышел теплоход «Победа», следуя в Одессу... В пути на теплоходе возник пожар ввиду неосторожного обращения с киноплёнками, которые загорелись. Имеются жертвы. Среди погибших маршал Фэн Юйсян и его дочь. Теплоход доставлен в Одессу. Ведётся расследование».

Расследование в закрытом режиме продолжалось несколько месяцев. Как выяснило следствие, 1 сентября около 13 часов лайнер миновал Новороссийский порт. В это время исполняющий обязанности судового киномеханика радиотехник Коваленко решил подготовить к сдаче на культбазу партию кинофильмов, взятых в рейс, и попросил матроса Скрипникова перемотать киноленты после просмотра. Фильмы хранились в небольшой кладовой в центральной части судна. Часть была упакована в жестяные коробки, а часть, предназначенная к перемотке, лежала на столе в открытом виде. В этой же кладовой хранилось около 2 тысяч патефонных пластинок. Примерно в 15 часов при перемотке на ручном станке лента заискрила и вспыхнула. От неё загорелись рядом лежащие мотки. Через несколько секунд пламя охватило кладовую, вспыхнула одежда на матросе.

Скрипников выскочил из кладовой, захлопнул дверь и с криками о помощи кинулся бежать по коридору. Раскалённым воздухом в кладовой выбило дверь, и вырвавшийся огненный смерч охватил ковровые дорожки и фанерные переборки кают. Пламя, вытягиваемое по коридору мощной струёй воздуха, дошло до трапа, ведущего в вестибюль вышележащей палубы, и оттуда по двум вертикальным шахтам лестницы достигло верхнего мостика, воспламеняя всё на своём пути. В считанные минуты огонь охватил центральную часть судна, в том числе штурманскую, рулевую и радиорубку, каюты капитана и штурманов. Пожар начал распространяться по жилым помещениям на нос и корму, на шлюпочную палубу, приблизился к трюмам и машинному отделению.
Вахтенный радист Веденеев, застигнутый огнём, выскочил из рубки через иллюминатор, не успев передать ни сигнал бедствия, ни сообщение о том, что вынужден покинуть вахту. Капитан приказал дать сигнал SOS по запасной рации, однако она уже сгорела в штурманской рубке. Общесудовую пожарную тревогу объявили лишь через несколько минут судовым колоколом.

В принципе лайнер был обеспечен спасательными средствами (около десятка больших шлюпок, спасательные пояса и круги), но противопожарных средств на судне было явно недостаточно. Установленный в машинном отделении насос подачей до 70 куб.м/ч способен был помочь лишь при локальном возгорании, потушить крупный пожар ему было не под силу. Тушением занимались несколько самостоятельных, случайно образовавшихся групп в разных частях судна.
В ночь на 3 сентября, когда к судну подошли спасатели, основной пожар был уже потушен. Теплоход повели на буксире, но затем выяснилось, что он может идти самостоятельно. 5 сентября «Победа» пришла в Одессу, спасённые пассажиры прибыли на турбоходе «Вячеслав Молотов».
При пожаре погибли два члена экипажа (матрос Скрипников и буфетчица Гуньян, на которой вспыхнула обновка – нейлоновое платье) и 40 пассажиров, среди которых были китайский маршал Фэн Юйсян и его дочь. В момент возгорания Фэн с женой и сыном смотрели кинофильм, а дочь принимала ванну в своей каюте. Когда огонь распространился по судну, маршал – человек уже пожилой, грузный, но отважный – помогал тушить пожар и пытался сам пробраться к дочери в каюту. Но, видимо, надышался угарного газа и дыма, потерял сознание и погиб. Дочь маршала тоже погибла, её нашли лежащей в ванне.


ПАССАЖИР НОМЕР ОДИН
В начале 1949 года состоялся закрытый суд над виновниками случившегося. Ими были объявлены нештатный киномеханик Коваленко, помогавший ему матрос Скрипников, капитан теплохода Пахолок и два его помощника, а также радист, не передавший сигнал SOS, и диспетчер пароходства. Капитан судна Николай Пахолок и киномеханик Коваленко были приговорены к 15 годам лишения свободы, помполит Першуков – к десяти, радист Веденеев – к восьми. Работники береговых служб, косвенно виновные в трагедии, получили более мягкие приговоры. А строже всех был наказан старпом Александр Набокин, отвечавший за пожарную безопасность: он был приговорён к 25 годам лишения свободы – тогдашней высшей мере. В его каюте к тому же нашли контрабанду – спрятанные в огнетушителях отрезы дефицитного панбархата.

Не отвергая версию вспышки киноленты от её трения на станке для перемотки, суд пришел к выводу, что наиболее вероятной причиной возгорания плёнки было курение матроса Скрипникова в кладовой. Но рассматривалась и возможность диверсии. Уже выйдя из Нью-Йорка, капитан судна получил радиограмму из Черноморского пароходства, в которой ему предписывалось зайти в Александрию, чтобы принять армян-репатриантов для переправки в Батуми. 22 августа на судно взошли 2020 репатриантов, которых высадили в Батуми в последних числах августа. Следствие предполагало, что в Александрии при посадке столь большого числа пассажиров на судно проникли диверсанты, которые организовали пожар. Тем более что в Батуми на теплоходе в разных местах были обнаружены кусочки какого-то вещества, похожего на руду. По свидетельству очевидцев, при пробном поджоге они горели голубым пламенем с высокой температурой. Вскоре после рокового рейса "Победы" армянская репатриация была прекращена.

О пребывании на "Победе" рассказывают очевидцы:
Тяжело приходилось морякам и на стоянках в портах. Забирать армян «Победа» начинала из Марселя. Потом шла в Египет, в Александрию. Потом в ливанский порт Бейрут. Потом в сирийский порт Латакию. Оттуда в Грецию, в Пирей. Привозил теплоход своих пассажиров в Батуми, откуда по железной дороге их доставляли в Ереван.
Каждая армянская семья везла много багажа. У многих были редкие для СССР в те времена легковые машины. И все это нужно было погрузить, разместить и закрепить на случай штормовых погод.
Принимая на борт пассажиров с их багажом, матросы сбивались с ног, старший помощник капитана ломал голову, куда поставить автомобили, а пассажирский помощник отбивался от армянских мам, упрашивавших дать их детям такую каюту, «чтобы не качало».
Репатрианты ехали в неизвестность. Одни с радостью от предстоящей встречи с исторической родиной Арменией, другие - в смятении. Был случай, когда муж молодой армянки, француз, при прохождении Босфора прыгнул за борт и поплыл к берегу.
Автор этих строк, завершавший учёбу в Каспийском высшем военно-морском училище, летом 1948 года проходил практику на кораблях в Одессе и Севастополе. Через несколько месяцев, получив звание флотского мичмана, я опять был направлен на Черноморский флот. Там я попал в Севастополь, и мне довелось увидеть «Победу». Она стояла на внешнем рейде и дожидалась освобождения места у причальной стенки судоремонтного завода.
На заводе у меня было немало знакомых, общавшихся с экипажем судна. Из разговоров с ними мне удалось выяснить кое-какие подробности ЧП. Пожар, по словам моих собеседников, возник после прохода Ялты. В средней части судна под капитанским мостиком загорелись ящики груза, взятого на борт. Во время рейса их не раз переставляли с места на место. Некоторые свидетели впоследствии утверждали, что ящики с неизвестным грузом горели, как бенгальские огни.
Перед выходом из Нью-Йорка жена одного из советских дипломатов, уезжавших из США, не захотела возвращаться на родину, и американцы взяли её под свою опеку. Однако её багаж был погружен на «Победу» и находился в средней части судна, где начался пожар. Кроме того, перед выходом из Нью-Йорка местные власти затеяли дезинфекцию судна. Экипаж двое суток проживал в гостиницах, пока американцы наводили на «Победе» порядок, несмотря на протесты капитана. В результате, по разным показаниям, многие предметы – мебель, ковры, шторы и даже поверхности палуб, переборок кают и других помещений, пропитанные «дезинфицирующим» составом, – горели особенно активно. Всё это в итоге осталось без внимания следствия.
Но самое интригующее обстоятельство связано с китайским маршалом. Он ехал в СССР с важной миссией. Считалось, что он может занять один из ключевых постов в правительстве нового Китая.

Это был человек с большой биографией. Фэн Юйсян начал военную службу во время Синьхайской революции 1911–1913 годов и вскоре выдвинулся на командные должности. В октябре 1924 года, уже будучи генералом, Фэн со своими войсками захватил Пекин, произведя государственный переворот, а в 1926 году вступил в партию Гоминьдан. Летом 1927 года он поддержал лидера Гоминьдана Чан Кайши, разорвавшего отношения с китайской компартией. Однако в годы войны с Японией (1937–1945) Фэн был сторонником сотрудничества с коммунистами.
В 1948 году завершался разгром армии Гоминьдана войсками коммунистической Народно-освободительной армии Китая. На повестке дня стоял вопрос о создании общенационального правительства. Некогда всесильный Фэн уже миновал зенит политической славы. Но он только что совершил очередной политический поворот, полностью перейдя на сторону компартии.
Известно, что Сталин не очень доверял Мао, называя его «редиской»: снаружи красным, а внутри белым. Известно также, что, оказывая определённую военно-техническую помощь китайским коммунистам, Москва отдавала приоритет легитимному на тот момент гоминьдановскому правительству Чан Кайши. Возможно, размышляя над судьбами Китая, Сталин разрабатывал несколько вариантов с привлечением «запасных» фигур. Одной из них мог быть маршал Фэн Юйсян. Его возвращение в Китай было, скорее всего, невыгодно Мао. Таинственная гибель Фэна на советском теплоходе, возможно, нарушила стратегические планы Сталина. И, что совершенно очевидно, расчистила путь Мао к верховной единоличной власти.

Большинство жертв тогда похоронили в Одессе. На одном из кладбищ появился мемориальный комплекс с надписью: «Морякам и пассажирам т/х «Победа», трагически погибшим 1 сентября 1948 года». Ну а гробы с телами Фэн Юйсяна и его дочери были отправлены самолетом в Москву, где их кремировали в соответствии с пожеланием вдовы маршала. Позднее прах полководца похоронили с воинскими почестями в Китае.
Самое интересное: корабль, чья история омрачена столь трагической тайной, хорошо знаком едва ли не каждому взрослому жителю. Дело в том, что во время съемок знаменитой комедии Леонида Гайдая «Бриллиантовая рука» в роли круизного лайнера «Михаил Светлов», на борту которого разворачиваются многие события фильма, снялись сразу два черноморских теплохода — «Победа» и «Россия». Сцену, в которой герой Андрея Миронова исполняет песню про остров невезения, снимали на верхней палубе «Победы» — там, где за 20 лет до этого разбушевался пожар, погубивший десятки жизней…
«Победа» продолжала работать в составе Черноморского пароходства на внутренних и зарубежных линиях. В середине 1950-х годов она числилась среди лучших судов пароходства. В 1962 г., во время карибского кризиса, судно использовали для перевозки советских войск на Кубу, в конце 1970-х годов оно было списано из состава флота и утилизировано на берегу Гадани-бич в городе Читтагонг (Бангладеш).

 

Еще один объект нарисовался: Фриденталь под Заксенхаузеном. С 1943 года тут была штаб-квартира Скорцени. Отсюда руководили подготовкой диверсионных операций. В 1945 году небольшой замок был разбомблен, а затем разобран на стройматериалы.

 

Есть такой анекдот от Армянского Радио:
"— Правда ли, что шахматист Петросян выиграл в лотерею тысячу рублей?
— Правда, только не шахматист Петросян, а футболист «Арарата» Акопян, и не тысячу, а десять тысяч, и не рублей, а долларов, и не в лотерею, а в карты, и не выиграл, а проиграл."
Так вот, сегодня мы будем низводить и курощать очередной фейк.
Фотография, которую я разместил, обычно подписывают так:
"66-и сантиметровая броня японского линкора "Ямато" после попадания снаряда с американского линкора типа "Айова" калибра 406 мм".
И некоторые даже имеют наглость утверждать, что именно это попадание было одной из причин гибели японского суперлинкора.
Как говорил Коровьев, "Это опять-таки случай так называемого вранья!".
Итак, с толщиной брони - правда, хотя мерить в сантиметрах - удел немцев, для всех прочих есть миллиметры и дюймы (а для всего остального - MasterCard).
Действительно, это 26" броневая плита. Вот только именно к линкору "Ямато" она имеет очень косвенное отношение. Напомню, что монструозный корабль погиб под бомбами и торпедами палубной авиации, и никакие линкоры, да ещё пробивающие броню насквозь, в той битве не замечены.
Так что же это за плита?
Дело в том, что кораблей типа "Ямато" было даже не два (второй - "Мусаси"), а три!
И третьего звали "Синано". Но реалии были таковы, что Императорскому флоту авианосцы были нужнее, чем линкоры.
Соответственно, третьего корабля как линкора - не было, но вот броня - была!
В данном случае - "лобовая" плита орудийной башни, самая толстая.
Что касается линкора типа "Айова" и его 406-мм орудий, то ситуация схожа - да, калибр орудия, проделавшего отверстие, тот же, да и тип орудия - тот же, и на этом общность с "Айовами" заканчивается.
Так кто же "сделал дырку - потом не запломбируешь", по меткому выражению  Попандопуло?
А это сделал снаряд Mark 8 Mod 6 под это самое 406-мм/50 орудие Mark 7. В теории он должен был пробивать броню линкоров типа "Ямато", но в бою их так и не повстречал. И уже после войны янки испытали снаряд, в том числе, и на лобовой башенной броне от "Синано". Итог виден на фото - таки пробил.
А сама дырявая плита хранится ныне в US Navy Museum.

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.