fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *

luckyads

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (2 Голосов)


После того, как осенью 1939 года Польша исчезла с карты мира, ее вооруженные силы не прекратили существование. В британские порты пришли три эсминца и две подводные лодки, а к маю 1940 года в Сирии и Франции нашли временное пристанище 84 500 польских солдат и офицеров. Польская пехотная бригада приняла участие в боях против вторгшихся в Норвегию нацистов весной 1940 года, а две неполные пехотные дивизии и бронекавалерийская бригада приняли участие в сражениях во Франции весной-летом 1940 года. После падения Франции на территорию Великобританию сумели эвакуироваться 24 000 поляков.  

Польские вооруженные силы на Западе
После вторжения нацистов в СССР Сталин признал возглавляемое генералом Сикорским и находившееся в Лондоне польское правительство в изгнании, и из числа находившихся на советской территории польских военнопленных был сформированы части под командованием генерала Андерса. В 1942 году бóльшая их часть покинула СССР, перешла под контроль британского командования и приступила к боевой подготовке в Иране. В августе-ноябре 1941 года польская бригада принимала участие в обороне Тобрука (Северная Африка), а в декабре 1943 года польский корпус Андерса вступил в бой на Итальянском фронте.
Поляки, оказавшиеся в Великобритании в середине 1940 года, сформировали дислоцированный в Шотландии 1-й Польский Корпус (1st PolishCoprs), в составе которого были созданы 10-й Моторизованная Кавалерийская Бригада, 16-я Бронетанковая Бригада (16th ArmoredBrigade) и Отдельная Горнострелковая Бригада (IndependentHighlandRifleBrigade). В задачи поляков входило нахождение в боевой готовности на случай немецкого вторжения. Польские части в Великобритании постоянно пополнялись добровольцами из числа эмигрантов, разбросанных по всему свету.     
К февралю 1942-го, когда угроза немецкого вторжения отпала, британское командование дало согласие на удовлетворение просьбы поляков о формировании полноценной танковой дивизии из существующих частей польского корпуса. Сикорский назначил командующим дивизией генерала Станислава Мачека. Это был опытный боевой офицер, принимавший участие в ПМВ и в Советско-Польской войне 1919-1920 гг., но не имевший настоящего опыта танковых боев. Тем не менее, он был популярен среди солдат, и среди его запомнившихся высказываний известно такое: «Польский солдат сражается за свободу других народов, но умирает только за Польшу.»  

1-я Польская Танковая Дивизия
Новая часть, получившая название 1-я Польская Танковая Дивизия (далее ТД), состояла из двух бригад, в каждую из которые входили по шесть батальонов, созданных из частей 10-й и 16-й Бригад, кроме того – батальон мотопехоты, переведенный из Отдельной Горнострелковой Бригады, разведотряд и стандартные административные части. В таком составе дивизия приступила к боевой подготовке, проходившей в восточной Англии.
Однако в том же году британцы объявили о том, что бронетанковые дивизии должны включать в себя только одну танковую бригаду, тогда как второе боевое подразделение будет представлено пехотной бригадой. В этой связи к началу 1944 года в 10-ю Бронекавалерийскую Бригаду входили три бронетанковых полка (батальонного состава): 1-й, 2-й и 24-й Уланский, а также батальон мотопехоты 10-го Драгунского Полка. Кроме того, в Дивизию вошли 3-я Стрелковая Бригада, состоявшая из батальона Подгальских Горных Стрелков и 8-го и 9-го Стрелковых Батальонов. Батальон 10-го Стрелкового Полка (10th MountedRifleRegiment) стал разведывательным подразделением дивизии. В дивизию также вошли два дивизиона полевой артиллерии, противотанковый артиллерийский дивизион и дивизион ПВО. С саперными, интендантскими и медицинскими подразделениями общая численность дивизии составила 885 офицеров и 15 210 солдат и подофицеров. Дивизия была оснащена 350 танками, 48 полевыми гаубицами и тяжелыми противотанковыми пушками, 54 зенитными пушками.
Дивизия не участвовала в высадке в Нормандию и в первых боях на континенте и высадилась во Франции к концу июля 1944 года. Полякам предстояло принять участие в операции Totalize – прорыве в направлении города Фалез с восточного фланга плацдарма союзников в Нормандии.   

Ситуация в Нормандии и планы союзников  
Казалось, план фельдмаршала Монтгомери, предполагавший, что британцы и канадцы свяжут основную часть немецкой бронетехники на восточном фланге фронта и тем самым дадут возможность американцам прорвать оборону противника на западе, срабатывает. Британцам и канадцам противостояло 14 немецких дивизий с 600 танками, тогда как американцам – 9 наспех собранных дивизий, среди которых были только две бронетанковые с не более чем 100 танками.  
Командовавший в то время 12-й Армейской Группой американцев генерал Омар Брэдли так описал сложившуюся ситуацию в своей книге A Soldier’sStory: «Если рассматривать ситуацию с точки зрения национальной гордости, то отвлекающая операция британцев была жертвенным шагом, так как пока мы обходили [западный] внешний фланг, британцам пришлось быть привязанными к одному сектору и сковывать немцев.»  

Прорыв американцев – операция Cobra, начавшийся 25 июля, оказался, как и ожидалось, весьма успешным. 1 августа американцы вошли на территорию Бретани, и командующий немецкими силами фельдмаршал Гюнтер фон Клюге сообщил в Берлин: «Левый фланг рухнул.» Через день американцы взяли город Мортен, а 3 июля Брэдли приказал генералу Паттону оставить минимум сил в Бретани и начать продвижение на восток. Город Ренн был взят 4-го, и в тот же день Монтгомери выпустил приказ, заключительное предложение которого звучало так: «Общая стратегия союзный армий заключается в том, чтобы бросить правый фланг на Париж и оттеснить противника к Сене.» Через два дня танки Паттона уже подходили к городу LeMans/Ле Ману. Теперь настала очередь британцев, канадцев и поляков начинать свой прорыв в направлении Фалеза.       

На завершающем этапе ПМВ 8 августа 1918 года стало первым днем наступления британцев к востоку от Амьена – днем, который германский главнокомандующий Эрих Людендорф позднее назвал «черным днем германской армии в истории [Первой Мировой] войны.» Накануне первого крупного наступления сил 1-й Канадской Армии, частью которой теперь были поляки, ее командующий генерал-лейтенант Хэрри Крирар (HarryCrerar) сказал своим старшим офицерам, что он хочет сделать 8 августа еще одним черным днем для немцев.
Офицером, который получил приказ добиться этого, был генерал-лейтенант Гай Симонс (GuySimonds), командующий 2-м Канадским Корпусом. Под его командой были 2-я и 3-я канадские пехотные дивизии и неопытная 4-я ТД, а также две британские части: 51-я Пехотная Дивизия (Горцев) и 33-я Танковая Бригада. Кроме того, в его распоряжении была и польская 1-я ТД.      

Симонс привнес свои идеи в предстоящее сражение. Во-первых, он запланировал ночную атаку без предваряющей наступление огневой подготовки. Во-вторых, сняв 105-мм пушки из созданных в США САУ M-7 Priest, он, таким образом, ввел в строй бронетранспортеры для пехоты с открытым верхом, которые получили прозвище Кенгуру/Kangaroo. Эти импровизированные машины дали пехоте как более высокую мобильность, так и защиту. В-третьих, он решил использовать ночные бомбардировщики Королевских ВВС на флангах сектора предполагаемого прорыва и средние и тяжелые американские бомбардировщики на стадии прорыва, с наступлением рассвета.
Этот план требовал исключительно точной навигации со стороны летчиков и превосходной ориентировки на местности со стороны пехоты. 6-го числа, ночью, была проведена пробная отработка взаимодействия родов войск. Она показал, что артиллеристы вполне могут должным образом применять для наведения авиации на цели трассирующие снаряды, кроме того, другие разнообразные технические средства были опробованы для того, чтобы облегчить задачи наземным войскам, включая радиопеленгационные лучи, искусственный лунный свет и стрельбу трассирующими снарядами из средств ПВО на флангах.    

Наступление начинается – первые проблемы
Симонс планировал смять фланги оборонительной линии противника, после чего в 23.00 7 августа в бой должны будут вступить бомбардировщики Королевских ВВС. Вслед за этим последуют захват городка Гарселль-Секвиль/Garcelles-Secqueville, высоты Крамениль/CramesnilSpur и городков СентЭньян/St. Aignan, Гомениль/Gaumesnil и Кауйе/Caillouet силами двух пехотных дивизий. После этого Симонс планировал при поддержке атакующих в дневное время тяжелых бомбардировщиков силами канадской 4-й Танковой Дивизии взять под контроль район, в котором находились городки Фонтен-ле-Пен/Fontaine-le-Pin и Потиньи/Potigny, и, силами польской 1-й ТД – важный участок фронта к востоку от дороги Кан – Фалез к югу от реки Лезон/Laison. Одновременно с этим пехотные дивизии должны будут обезопасить наступление на флангах: справа в районе городка Бретвиль-Сюр-Лез/Bretteville-sur-Laize и слева на лесистой местности к северу от городка Ковикур/Cauvicourt. В секторе предстоящего наступления оборону занимал 1-й Танковый Корпус SS под командованием оберстгруппенфюрераЗеппа Дитриха (SeppDietrich), сильно потрепанный в ходе двухмесячных боев, но все еще способный выставить против танков союзников около сотни 88-мм и 75-мм пушек.      

Схематическая карта Фалезского сражения и его основные этапы
1 020 бомбардировщиков Королевских ВВС начали бомбардировку немецких позиций точно в 23.00, как и планировалось, и, как указывает официальная история канадских ВС, ни одна бомба не упала на своих. Десять самолетов было потеряно. В 23.30 наземные войска перешли в атаку и, несмотря на существенную неразбериху, вызванную плохой видимостью в облаках пыли, поднятых гусеничной техникой и разрывами снарядов, выпущенных артиллеристами в ходе артподготовки, намеченная тактика оказалась успешной. С наступлением рассвета цели первоначального продвижения были достигнуты, и к полудню Кауйе и Гомениль были захвачены. Потери были на удивление небольшими. Все было готово к началу второй стадии наступления, в которой должны были принять участие поляки. Их первой целью был Ковикур. Однако прогноз на ухудшение погоды указывал на то, что в дневное время бомбардировщики будут иметь проблемы с идентификацией целей, и начало наступления было отложено на 13.55.     
Несмотря на существенные задержки и некоторую неразбериху – например, полякам пришлось совершать переход из района Байё ночью – боевые порядки союзников были готовы наступать в тот момент, когда 678 американских В-17 приблизились к своим целям в 12.55. Интенсивным зенитным огнем противника было сбито 9 машин, и по различным причинам 181 бомбардировщик так и не сбросил бомбы. Остальные сбросили 1 487 тонн бомб на три основные цели.  К сожалению, трагические ошибки, допущенные двумя группами, состоявшими из 12 машин каждая, привели к тому, что поляки потеряли 315 человек убитыми и ранеными, включая командира полка зенитной артиллерии подполковника Эминовича (Eminowicz).  

Наступление союзников остановлено
Поляки перешли в наступление в некоторой спешке в 13.35 со 2-м Танковым Полком на левом фланге и 24-м Уланским Полком на правом, каждый в сопровождении роты мотопехоты из 10 Драгунского Полка. Согласно донесениям польской 1-й ТД, 2-й Полк попал под интенсивный огонь с участка фронта, расположенного в двух километрах к юго-востоку от СентЭньяна в 14.25, уланы также попали по артобстрел, но цифры потерь не упоминаются.     
В 15.20, согласно донесениям поляков, 2-й Полк оказался в трудной ситуации: на левом его фланге оказались немецкие танки. В 16.10 во 2-й Канадский Корпус пришло сообщение из штаба генерала Мачека о том, что 20 танков Тигр (определенно, это были средние танки Mk IV – примечание автора), засыпали снарядами всю местность, через которую проходит участок дороги, ведущей через СентАньян. Действительно, поляки столкнулись лоб в лоб с контратакующими немецкими танками. Оберштурмбанфюрер Хюберт Майер (HubertMeyer), начальник штаба 12-й ТД SS Hitlerjugend, позднее писал, что польский 2-й Танковый Полк потерял 38 танков Шерман/Sherman из состава своих головных эскадронов, и тот факт, что на следующий день полк получил 24 танк с экипажами [на смену выведенным из строя], указывает на обоснованность заявки Майера. Что касается Уланского Полка, его танки остановились у узкой речной долины с крутым южным бортом непосредственно к юго-востоку от СентАньяна. Это природное препятствие для продвижения танков было ясно обозначено на картах, выданных частям союзных войск (оригиналы до сих пор доступны), но на него не обратили внимания те, кто планировал операцию…

В результате этой непредвиденной остановка уланы оказались не только под огнем артиллерии противника, упомянутым в боевом донесении, но и под обстрелом оказавшихся у них на фланге немецких танков. Немцы заявили о 14 уничтоженных танках противника. Еще не наступил вечер, когда поляки отступили на северо-запад от СентАньяна. Находившийся в одном из Шерманов британский наводчик (после войны – известный военный историк и писатель Кен Таут (KenTout)) был свидетелем этого боя. Позднее он писал: «Мы могли только смотреть на все это, восхищаться храбростью поляков и горевать о потерях, которые понес наш отважный союзник…»   
Канадцы добились несколько большего. Было 18.00, когда немцы уже были выбиты из небольшой деревни Гомениль, но на этом наступление остановилось. Ожидаемый грандиозный танковый прорыв не состоялся к глубокому разочарованию генерала Симонса. Тем не менее, его план на 9 августа предполагал продвижение канадцев к Пункту 195 (Point 195), расположенному к северо-западу от Потиньи, тогда как польская 10-я Танковая Бригада полковника Тадеуша Маевского (TadeuszMajewski) должна была захватить район деревни Ла Круа и затем Пункт 140, расположенный над долиной реки Лезон.  

Танки союзников под огнем
Наступление канадцев началось в 2 часа ночи, но окончилось катастрофой, когда одна из танково-пехотных групп оказалась в точке, которая являлась целью для поляков, а именно, в Пункте 140. Журнал боевых действий части так описывает произошедшее: «Мы увидели высоту и устремились к ней.» Последнее радиосообщение из оказавшейся в окружении боевой группы пришло в 8.49. В 3.00, на следующий день, всего 4 офицера с 44 пехотинцами и 5 танкистами вернулись на исходные позиции…

Поляки начали продвижение в направлении городков Суаньоль/Soignolles и Ла Круа также 9-го, но заметно позднее – в 11.00. Экипажи танков Кромвель/Cromwellразведбатальона 10-го Стрелкового Полка обнаружили, что части противника занимают городок Сен Сильвен/St. Sylvain, и 1-й и 8-й пехотные батальоны получили приказ выбить из него немцев. К 12.50 1-й Танковый Полк был на западной окраине Ковикура, а уланы 24-го Полка продвигались через лес в 1 000 метров от его юго-восточной окраины. Каждый из полков поддерживали по одной роте противотанковых самоходных орудий М-10. Уже вскоре польские танкисты попали под противотанковый огонь немцев, но к 16.00 уланы вышли к окраине Ла Круа и Пункту 111 (западная точка), а 1-й Полк, последовав за уланами, вышел к восточному флангу Пункта 111 в двух километрах к северо-западу от города Рувр/Rouvres. С этой позиции поляки открыли огонь, вероятно, не без оснований, по танкам, которые разглядели в месте расположения своей следующей цели – Пункта 140, но, как явствует из изложенного ранее, это были канадские танки…

В дополнение к этому польские танкисты понесли тяжелые потери и от огня немцев: в одном из донесений сообщалось о потере 22 Шерманов. Какими бы ни были реальные цифры потерь, полякам пришлось отойти в район Ковикура. В рапорте канадского офицера, находившегося в Пункте 140, сообщалось о том, с какой радостью они наблюдали за наступавшими поляками и какой горечью увидели, какие тяжелые потери они понесли перед тем, как отступить: «Танк за танком взрывался и окутывался дымом на глазах у разочарованного гарнизона…»   
Единственным достижением союзников в тот день стала атака 1-го Батальона польских горных стрелков на левом фланге, начавшаяся на левом фланге в 19.30 после интенсивной артиллерийской подготовки и бомбардировки противника с воздуха. Поляки взяли деревню Сен Сильвен к 22.00, а городок Сен Мартен де Буа/St. MartindesBois был взят к полуночи.  

Захват Пункта 111
На следующий день генерал Симонс планировал силами канадцев захватить высоты в районе Пункта 206 непосредственно к западу от Потиньи, а затем атаковать в направлении Фалеза. Одновременно с этим польская 1-я ТД должна будет захватить приобретший печальную известность Пункт 140 продолжить наступление с форсированием реки Лезон в направлении холмов, расположенных непосредственно к северу от Фалеза и к востоку от главного шоссе.
Однако и думать было нечего о переправе через Лезон, пока не будет зачищен от противника лесной массив Кенэ/Quesnay. Немецкие позиции в этом массиве были центральным участком всей их оборонительной линии. Мачек резко критически отнесся к приказу о зачистке лесного массива силами своей танковой дивизии. Атака же канадской пехотной дивизии на позиции немцев в этом лесном массиве провалилась, при этом канадцы потеряли 44 человека убитыми и 122 ранеными.    

Фельдмаршал Монтгомери (слева) и польский генерал-майор Мачек совещаются с группой штабных офицеров
Тем временем 3-я Пехотная Бригада 1-й Польской ТД под командованием полковника МарионаВиеронски (MarionWieronski) была готова начать наступление из района Эстре/Estrées, но неудачная попытка зачистить лесной массив Кенэ и интенсивный артиллерийский и минометный огонь немцев вынудили союзников отложить атаку. В итоге, два пехотных батальона и броневой разведбатальон 10-го Полка начали продвижение к Пункту 111. К моменту заката поляки заняли высоту, понеся при этом тяжелые потери. Немцы заявили об уничтожении 18 танков Кромвель в оборонительном бою.
11 августа фельдмаршал Монтгомери выпустил новую директиву, в которой подчеркивались трудное положение, в котором оказались немцы в Нормандии, и срочная необходимость блокирования сужающегося просвета между Фалезом и Алансоном/Alençon для окончательного окружения немецкой группировки. Он отдал приказ 1-й Канадской Армии захватить Фалез: «Это является первым приоритетом, и жизненно важно сделать это быстро. После этого Армия мощными силами бронетанковых и мобильных частей займет Аржантан/Argentan.» Тем не менее, несмотря на очевидную срочность, обозначенную в директиве, в тот самый день Симонс приказал своим пехотным дивизиям сменить танковые дивизии. Канадская пехота в ту же ночь сменила поляков в Пункте 111, и последних переместили в корпусной резерв в районе Сен Сильвен – Ковикур.      

Мачек не бы удивлен провалу операции Totalize. Позднее он сказал: «Начиная с командующего и кончая последним стрелком или уланом, мы не имели никакого опыта танковых боев… Опыт, который мы получили в сентябре 1939 года в Польше и в июне 1940 года во Франции, к тому времени устарел… Опыт невозможно приобрести за один день, для этого нужны месяцы и годы.»     
13 августа Монтгомери приказал 1-й Канадской Армии захватить ключевые позиции в районе Фалеза, чтобы ни один вражеский солдат не выбрался [из окружения] по проходящим через этот район дорогам.» Он также указал, что как только высоты к северу и югу от Фалеза будут заняты, корпус генерала Симонса должен будет атаковать в юго-восточном направлении и как можно быстрее взять Трен/Trun.  

Операция Tractable: наступление под прикрытием дымовой завесы
План операции Tractable был в большей или меньшей степени аналогичным плану операции Totalize и также подразумевал интенсивные бомбежки с воздуха. Но была между планами одна существенная разница. Эту операцию предстояло начать в дневное время под прикрытием дымовой завесы. Основной удар предполагалось нанести на участке, расположенном к востоку от шоссе Кан-Фалез силами двух крупных бронетанковых колонн численностью в одну бригаду каждая. За каждой из этих колонн будет следовать по две пехотные бригады. Дивизия Мачека имела в предстоящей операции вторичную роль: ей предстояло следовать за передовыми силами и зачищать участки, подвергшиеся атакам Королевских ВВС.

В 11.35, 14 августа, канадские артиллеристы произвели выстрелы трассирующими снарядами, обозначившими цели для 73-х средних бомбардировщиков, которые нанесли удар по немцам в долине реки Лезон. Пять минут спустя колонны канадской бронетехники начали наступление и через 12 минут после этого артиллеристы приступили к постановке дымовой завесы, предназначенной для того, чтобы скрыть от противника продвигающиеся вперед части. За этим последовала полная и неизбежная неразбериха, когда Шерманы приступили к форсированию реки Лезон – один эскадрон (рота) потерял 11 из 19 танков в поисках подходящей переправы. Воздушная атака Ланкастеров/Lancaster 417-й Бомбардировочной Группы и самолетов Галифакс/Halifax 352-й Бомбардировочной Группы началась в 14.00. Они сбросили 3 723 тонны бомб на правом фланге сектора оборонительного сектора противника, и, хотя большая часть бомб поразила намеченные цели, 77 самолетов отбомбились по своим, в результате чего канадцы потеряли 397 человек и поляки 93 человека убитыми и ранеными.     
К ночи оборона немцев на этом участке развалилась. Но даже в этих обстоятельствах, несмотря на приказ Симонса о том, что колонны бронетехники должны продолжать движение вперед и в ночное время, канадские танкисты не выполнили его, и немцы удержались на важных рубежах к северу от Фалеза.  
Как указано в журнале боевых действий 1-й Канадской Армии за 1 августа, в тот день Монтгомери отдал приказ Крирару без промедлений захватить Фалез. При этом захват Трена и соединение с американцами, наступающими с юго-запада, оставались первостепенной задачей

Медленное наступление канадцев
Канадцы возобновили наступление утром 15 августа, но, несмотря на то, что им противостояли на редкость малочисленные силы противника, им не удалось добиться многого. Два танковых батальона были отброшены с тяжелыми потерями в ходе попытки занять Высоту 159, еще 160 человек убитыми и ранеными были потеряны при занятии Пункта 168 к юго-востоку от Суланжи/Soulangy. В 18.15 город был, наконец, взят, но в результате сильной контратаки немцев канадцы были выбиты из него и к концу дня отступили к исходным позициям.   

Тем временем утром 15 августа поляки завершили зачистку подвергшихся бомбардировке силами Королевских ВВС участков, включая лесной массив Кенэ, и переместились на восточный фланг [сектора наступления] через деревни Рувр и Мезьер/Maizières. Немцы взорвали мосты через реку Див/Dives в районе городков Вандёвр/Vendeuvre и Жор/Jort. Однако еще на наступил вечер, когда разведывательный броневой батальон поляков, поддержанный ротой истребителей танков M-10 и ротой мотопехоты, форсировал реку в районе Жора и занял высоты к востоку от этой деревни.    
Однако, когда 1-й Бронетанковый Полк занял высоты к западу от Жора, танкисты приняли машины Кромвель 10-го Полка поляков за немецкие танки Mk IV и открыли по ним огонь, нанеся своим же некоторые потери. Немцы после боя на этом участке заявили об уничтожении трех и повреждении пяти польских танков… Подобные попытки форсировать реку Див к югу от деревень Жор и Вандёвр потерпели неудачу, но пехотный батальон поляков сумел ночью перейти реку вброд и захватить плацдарм, на который уже вскоре прибыли подкрепления. Плацдарм был расширен на юг вплоть до деревни Бару/Barout и восточных окраин города Морту-Кулибёф/Morteaux-Couliboeuf. Тем не менее, вместо распоряжения о продолжении наступления на юго-восток, как того требовала ситуация – Трен теперь был менее чем в 20 км, – поляки получили приказ оставаться на месте до того, пока их не сменит канадская пехота.

16 августа Симонс приказал канадцам зачистить от противника город Фалез, а 4-й Канадской и 1-й Польской танковым дивизиям форсировать реку Див и наступать на юго-восток от Дамбленвиля и Жора соответственно. Монтгомери по телефону связался с Крираром во второй половине дня и предупредил его о том, что немецкие дивизии, дислоцированные к западу от Аржантана, попытаются прорваться между Треном и Фалезом, в связи с чем жизненно важно захватить Трен и закрыть просвет в линиях союзников между позициями канадцев и американцев как можно быстрее.      

Схематическая карта Фалезского котла
К этому моменту отступление немцев приобрело массовый характер, и их войска вместе с техникой хлынули в сохраняющийся к западу от дороги Фалез – Аржантан выступ линии фронта. Эти колонны стали более чем привлекательной целью для штурмовой авиации, и вскоре вслед за ней к избиению отступающих присоединятся артиллерия и даже танки союзников. Однако, несмотря на указания Монтгомери, продвижение 1-й Канадской Армии оставалось недопустимо медленным… Атака собственно на город Фалез началась в 15.25 16-го августа, и, хотя к ночи северная часть города была зачищена от противника, окончательное взятие города произошло только в ранние часы 18-го.   

Успех поляков
У поляков дела шли лучше. В 9.30 17-го их разведывательный броневой батальон сообщил о движении крупной колонны противника к востоку от дороги Кроси – Трен и, в целом, хаотическом движении прочих колонн противника, в которых смешалось всё от танков до телег и фургонов на конной тяге, пытающихся выскочить из котла в северо-восточном направлении. Но и в этой ситуации один из польских разведывательных эскадронов, наступавших в направлении Трена, потерял от огня немцев четыре Кромвеля за одну минуту в районе Пункта 107 в двух километрах к северу от города. В итоге 10-й Стрелковый Полк поляков остановился на ночлег к северо-западу от города Лувьер/Louvières.

Тем временем боевая группа под командованием подполковника Станислава Кошуцкого (StanislawKoszutski) и состоявшая из 2-го Бронетанкового Полка, 8-го Пехотного Батальона и роты истребителей танков получила приказ захватить Высоту 259, в то время как другая боевая группа, состоящая из уланов 24-го Полка, моторизованного батальона 10-го Драгунcкого Полка с ротой истребителей танков М-10 получила приказ занять две сопредельные высоты в двух километрах к югу от городка Гран-Мениль/Grand-Mesnil. Этой группой командовал майор Владислав Згоржельски (WladyslawZgorzelski) – старший офицер подразделения драгун. Пункт 259 – крупная, густо залесенная высота с крутыми склонами, была атакована в 17.45, и к 22.45 боевая группа Кошуцкого выполнила боевую задачу. Группа Згоржельского заняла позиции севернее первой группы. Остальные части 1-й ТД выдвинулись на этот рубеж ночью.    

Вскоре после полудня 17 августа Монтгомери лично позвонил в штаб Крирара и потребовал перехода к более решительным действиям. Его слова задокументированы в журнале боевых действий 1-й Канадской Армии следующим образом: «Чрезвычайно важной является необходимость закрыть просвет между 1-й Канадской Армией и 3-й Американской Армией силами обеих танковых дивизий Канадского Корпуса. 1-я Польская Танковая Дивизия должна атаковать в обход Трена в направлении Шамбуа любой ценой и как можно быстрее.» По счастью для немцев, закрытие просвета в линиях союзников займет еще 48 часов. Когда канадцы дошли до Лувьера вечером этого дня, им пришлось остановиться на ночлег и запланировать атаку на Трен на следующий день.
К этому времени немцы превратились в цели для воздушных атак по всему Фалезскому котлу. В тот день самолеты 35-го Крыла Королевских ВВС доложили о присутствии в нем «как минимум 2 200 машин всех типов, включая несколько скоплений такой плотности, что какие-либо подсчеты были уже невозможны.» 17 августа союзная авиация осуществила 2 029 боевых вылетов…
К рассвету 18 августа большая часть немецкой 7-й Армии сумела переправиться через реку Орн/Orne, и многие ее части поддержки и снабжения были уже к востоку от долины реки Див. Однако в котле все еще находились остатки 13 германских дивизий, и отступлению немцев в направлении Вимутье/Vimoutiers еще предстояло превратиться в поток.

18 августа – союзники продвигаются вперед
Объединенный удар канадцев и поляков, состоявшийся 18 августа, был направлен параллельно реке Див к востоку от нее. Несмотря на приказ о как можно более скором выходе к позициям американцев в районе Шамбуа, максимальное расстояние продвижения наступающих составило менее 10 км. Хотя Симонс во второй половине дня приказал одной из канадских пехотных дивизий занять восточный берег реки Див вплоть до Трена, а бронетанковым дивизиям – быстро продвигаться к Шамбуа, казалось, мало что было сделано для координации действий канадцев и поляков. На уровне отдельных частей командиры мало что знали о том, что делали другие чести или просто пытались сделать в критические дни 18-20 августа. По счастью для немцев, многие из командиров среднего звена в частях союзников полагали, что сражение почти закончилось и что им осталась только зачистка. Но дела обстояли иначе, и в результате тысячи немцев выскользнули из котла, чтобы позднее снова вступить в бой…

Наибольшего продвижения вперед 18 августа достиг один из эскадронов польского разведывательного броневого батальона, который через Бурдон/Bourdon дошел до участка, расположенного непосредственно к северу от Шамбуа. Тем не менее, обнаружив, что город хорошо укреплен и что в поле зрения нет никаких других частей союзных войск, батальон получил приказ вернуться к Пункту 259. Броневая разведрота (эскадрон) канадцев также вышла к северной окраине деревни Сен-Ламбер-сюр-Див/St. Lambert-sur-Dives около 19.00, но к 20.00 два танка этой роты были подбиты, и, по счастью для немцев, было принято решение дождаться рассвета и предпринять атаку при поддержке пехотной роты. Это промедление дало немцам возможность в ночное время беспрепятственно использовать мосты через Див. Как ни удивительно, но целая канадская танковая бригада, приблизившаяся ближе к полуночи к дороге Трен – Вимутье к северу от городка Ноф/Neauphe, также остановила продвижение…  
Тем временем, согласно боевым донесениям, боевая группа Кошуцкого в 19.30 17 августа получила приказ генерала Мачека, находившегося в своем штабе в Норре/Norrey, «немедленно атаковать Шамбуа». Подполковник Кошуцкий позднее подтвердил получение этого приказа в момент атаки на Пункт 259, но тогда принял решение дождаться доставки на передовую горючего и боеприпасов, прежде чем атаковать Шамбуа. Однако на тот момент, когда он отдал приказ атаковать, нужные материалы и припасы так и не были подвезены…   

Польские танкисты продвигаются через Сен-Ламбер-сюр-Див
Местность в окрестностях городка Ож/Auge, через которую предстояло наступать группе Кошутского в тумане и ночью, была сильно расчлененной и холмистой, с узкими и извилистыми дорогами и проселками и множеством разбросанных ферм. Даже сегодня, в дневное время и с современной картой, на ней трудно ориентироваться. По словам генерала Мачека, Кошуцкий даже был вынужден привлечь местного жителя в качестве проводника для своего авангарда.  
2-й Танковый Полк покинул Пункт 259 по правильной дороге, направившись на восток с пехотинцами 8-го Батальона на броне своих Шерманов. Достигнув основной дороги Трен – Вимутье, передовые танки наткнулись на немецкую колонну машин и фургонов на конной тяге. В короткой стычке немцы понесли тяжелые потери… Шерманы затем продолжили движение на юго-восток в направлении Шамбуа, но уже вскоре после пересечения основной дороги, поднимаясь на склон крутого холма, столкнулись с техническими трудностями. В итоге, танкисты то ли по своей ошибке, то ли по ошибке проводника повернули на северо-восток и к 6 утра оказались в районе ЛеШампо/LesChampeaux в 10 км к северу от Шамбуа и довольно далеко от поставленной цели.   
Были предположения, и небезосновательные, что из-за сходства в названиях Шампо и Шамбуа проводник не понял, что от него хотят, и привел отряд не туда, куда нужно.

3 057 вылетов в день
ЛеШампо была в то время и сейчас остается крохотной деревушкой, расположенной на крутом склоне холма и состоящей из церквушки и нескольких домов. К несчастью для поляков, немцы на тот момент закрепились в более крупной деревне Остери Фару/HostellerieFaroult, расположенной в нескольких сотнях метров выше по склону и к северо-западу от основной дороги Трен – Вимутье. Эта дорога на тот момент была главным путем отступления для немцев. Неудивительно, что здесь произошло ожесточенное столкновение между немцами и поляками, у которых было на исходе горючее. Кроме того, боевая группа Кошуцкого пострадала и от атаки союзной авиации, штурмовавшей немецкие колонны на основной дороге в непосредственной близости от места событий. Оказавшиеся за оборонительной линией противника, лишенные возможности маневрировать и понесшие тяжелые потери поляки были в отчаянном положении. В боевом донесении 1-й ТД положение боевой группы описывалось как «смертельно опасное». На помощь ей был послан батальон горных стрелков. Позднее штаб Мачека сообщал о том, что половина горючего, отправленного расположение 2-го Танкового Полка, была уничтожена в ходе бомбежки после 17.00…

В тот же день Мачек принял решение заблокировать выходы из Фалезского котла, захватив Пункт 137 близ деревни Кудеар/Coudehar и пункты 262 (Северный), 252 и 262 (Южный), расположенные в районе деревни МонОрмель/MontOrmel вдоль дороги Шамбуа – Вимутье.
Боевая группа Згоржельского и 1-й Танковый Полк также получили приказ перейти в наступление 18 августа, и к 23.00 поляки перерезали дорогу Трен - Вимутье и заняли высоты по обе стороны от городка Экорше/Ecorches, закрыв просвет между находившимися в районе ЛеШампо польскими частями и канадскими позициями близ Нофа.

Согласно боевым донесениям польской дивизии, ее войска «вели ожесточенные бои против пехоты и противотанковой артиллерии противника», в то время как атаки союзной авиации не дали 1-му Танковому Полку поляков захватить Бурдон. Потери 1-й ТД 16-18 августа составили 72 человека убитыми и 119 ранеными.  
Ситуация, сложившаяся в районе города Трен, была так описана одним из артиллерийских наблюдателей: «В долине было видно движение… люди шли, передвигались на велосипедах и бежали, двигались колонны запряженных лошадьми фургонов и автомашин, и, когда взошло солнце, оно осветило еще большее количество целей… Это был рай для артиллеристов, и они воспользовались этим… Слева от нас находилось ставшее знаменитом поле, на котором произошло побоище, весь день слышался рев моторов Тайфунов (штурмовики Typhoon – ВК), клубы дыма закрыли горизонт… В нашем поле зрения был только небольшой отрезок дороги Аржантан – Трен, где-то всего ярдов в 200, и в какой-то момент времени на нем была видна вся драпающая армия в миниатюре. Сначала группа бегущих солдат, которых обгоняли велосипедисты, за которым галопом пронеслись [запряженная лошадьми] двуколка. Всех их обогнал танк Пантера, облепленный людьми и хорошо разогнавшийся километров до 30 в час, - все это стремилось убраться отсюда как можно быстрее.»
В тот день союзная авиация совершил 3 057 боевых вылетов.


Коридор Смерти
Командующий германской 7-й Армией оберстгруппенфюрер Пауль Хассер приказал осуществить окончательный прорыв из Фалезского котла в ночь с 19 на 20 августа. Этот прорыв предстояло осуществить одновременно с атакой извне силами частей 2-го Танкового Корпуса SS (2-я и 9-я танковые дивизии). Немцы получили приказ отступать по дорогам, ведущим через окрестности деревни Сен-Ламбер-сюр-Див. Основная переправа через Див в тот момент находилась на полпути между этой деревней и Шамбуа в районе деревни Муасси/Moissy. Эта дорога в скором времени получит название Коридор Смерти/CorridorofDeath.
Тем временем ловушка закрывалась, хотя и медленно. Симонс в 11 утра 19 августа выпустил несколько приказов. Одной из пехотных дивизий предстояло «закрыть [противнику] все пути к отступлению», и, в то время как канадской танковой дивизии предстояло заблокировать отрезок долины реки Див от Трена до Муасси, перед поляками была поставлена задача удерживать сектор от Муасси до Шамбуа и Пункта 262 (Юг). Хотя приказы были достаточно четкими, действия союзных частей снова оказались не столь своевременными и оперативными, как того требовала ситуация. В самом деле, не оказалось ни одной канадской или польской пехотной части, которую перебросили бы на критически важные позиции вдоль долины реки Див, и неспособность союзников сделать это стала причиной провала. Усугубило положение и то, что канадская танковая бригада, занимавшая позиции к северо-востоку от Трена, так и простояла без движения весь день. По настоянию Симонса, вразрез с пожеланиями ее командира, бригаду продержали здесь в резерве с расчетом на ее планируемый рывок к долине Сены. Только к вечеру бригада получила приказ наступать в направлении Вимутье…   

 Единственное заметное боестолкновение канадцев 19 августа началось еще до того, как их командующий отдал свои новые приказы. В 6.35 утра рота танков с неполной ротой пехоты, поддержанная четырьмя противотанковыми самоходками с 18-фунтовыми пушками, атаковала Сен-Ламбер. Через 6 часов непрерывного боя от немцев была зачищена только половина деревни, и, хотя к канадцам прибыло подкрепление в составе двух неполных пехотных рот и еще 8 противотанковых самоходок, канадцы никак не могли выбить противника из южной части деревни. Им приходилось отбивать повторные ожесточенные контратаки немцев, и за проявленное мужество командир боевой группы майор Дэвид Карри (DavidCurrie) был награжден Крестом Виктории. Тем временем рота танков продвинулась к Пункту 124, расположенному в двух километрах к востоку от Сен-Ламбера, намереваясь соединиться с поляками.

В соответствии с приказами генерала Мачека боевая группа Згоржельского захватила Пункт 137 близ городка Кудеар/Coudehard к полудню 19 августа, а уланы 24-го Полка затем начали продвижение на юг в направлении Френе. Примерно в это же время 1-й Танковый Полк поляков с 9-м Батальоном пехоты и ротой противотанковых самоходок продвинулся в направлении основной дороги Шамбуа – Вимутье, приблизившись к Шамбуа на 5 км с северо-востока.  Эта дорога была на тот момент основным путем отступления немцев из котла, и, когда передовые танки поляков вышли к ней ближе к 16.00, танкисты увидели ее запруженной машинами, конными фургонами. Среди машин было две Пантеры – одна тянула за собой другую.
В короткой и ожесточенной стычке Пантеры были подбиты, и всё, попавшее под руку полякам на этом отрезке дороги, было уничтожено. Затем, пока одна из пехотных рот и несколько противотанковых самоходок занимали ферму КудеарБуажо/CoudehardBoisjos, расположенную в 700 м к северо-западу, Шерманы и остальные пехотинцы и самоходки застряли: их продвижение было заблокировано разбитыми и сгоревшими машинами, фургонами и трупами людей и лошадей...  

Захват плацдарма Мачуга
К 10.30 утра боевая группа Кошуцкого, находившаяся в районе деревни ЛеШампо, наконец, получила необходимые материалы и боеприпасы, и вскоре после полудня тронулась в путь в направлении Высоты 262 (Север). К 17.00 группа заняла позиции к северу и к востоку от этого пункта. Но, тогда как Пункт 262 (Север) и ферма КудеарБуажо стали опорными пунктами в линии поляков, никто не взял под контроль Высоту 262 (Юг).    
Высота 262 (Север) в литературе о Фалезском сражении часто именуется МонОрмель/MontOrmel из-за названия расположенной неподалеку фермы, но поляки прозвали ее Maczuga/Мачуга (булава с шипами – ВК) из-за ее формы. С вершины этого холма они могли видеть большую часть Фалезского котла, но Высота 262 (Юг) закрывала обзор в юго-восточном направлении, а расчлененный характер рельефа, залесенность местности и живые изгороди сильно затрудняли ведение прямого огня по отступающим немцам в дневное время и делали его невозможным ночью.

Именно через этот участок незамкнутого кольца и в районе Пункта 137 к западу от фермы МонОрмель сумело выйти из окружения большое количество немцев (в особенности это относится к частям 1-й и 12-й танковых дивизий SS), прорывавшихся со стороны переправ в Сен Ламбере и Муасси. По счастью для немцев, крупные силы поляков из 1 500 пехотинцев с более чем 80 танками и примерно 20 противотанковыми самоходками застряли в районе Мачуги, удерживая ее и ее окрестности, но не более того. Тем не менее, эта позиция осталась крупным, если не крупнейшим препятствием для прорывающихся из котла немцев…  
Поскольку поляки, занявшие позиции в районе Мачуги, оказались отрезанными от своих дивизионных и бригадных командиров - штаб Мачека находился в 8 км к северо-западу в районе высоты 259, а штаб 10-й Танковой Бригады полковника Маевского в Бурдоне в 3 км к западу – старший офицер по званию, подполковник Зигмунт Шидловский (ZygmuntSzydlowski), взял на себя командование боевой группой. К оказавшимся под его началом силам не поступали материалы и боеприпасы, и, несмотря на «жесткие требования», доставленные в корпусной штаб британским Отрядом Связи №4/No. 4 LiaisonUnit, поляки были уведомлены, что сброс грузов с воздуха не состоится ранее чем 21-го августа.   

Просветы в кольце окружения
К 7 вечера 19-го августа Шерманы 24-го Полка уланов выдвинулись на расположенную в 1 500 м к северу от Шамбуа позицию, с которой планировалось заблокировать выход немцам из котла. Здесь танкисты соединились с броневым разведбатальоном 10-го Полка и двумя ротами истребителей танков М-10, которые вышли к Высоте 113, расположенной в одном километре к северу от Шамбуа. Наиболее значимое событие этого дня случилось в 19.30, когда польские драгуны 10-го Полка, продвинувшись на юг от Высоты 137, вошли в Шамбуа и вскоре после этого сомкнули позиции с американцами из 2-го Батальона 359-го Пехотного Полка. Казалось, петля окружения была затянута окончательно, но это было не так…  

На самом высоком уровне командования союзников сохранялись серьезные проблемы с координацией решений и действий. Силы союзников по-прежнему отсутствовали на пятикилометровом отрезке реки Див между Маньи/Magny и Муасси (этот отрезок реки можно было перейти вброд на некоторых участках). Переправы для транспортных средств в районе Маньи, Сен Ламбера и Муасси, хотя и находившиеся под огнем союзников с непрямых позиций, все еще действовали.   
Это неудовлетворительная ситуация в дальнейшем осложнилась тогда, когда 2-я ТД французов, которая подошла к Френе и дороге Шамбуа – Вимутье к раннему утру 19-го августа, была отведена к югу от долины реки Див с наступлением темноты. Командование этой дивизии рвалось к Парижу. Таким образом, сектора фронта к северу и северо-востоку от Шамбуа оставались незаблокированными, и кольцо окружения вокруг котла оставалось открытым.
19 августа союзная авиация осуществила 2 535 вылетов, но из-за почти полной невозможности идентифицировать наземные цели, воздушные атаки были перенесены дальше на восток к долине реки Сена.

Оборона плацдарма Мачуга
20 августа части союзников оставались малоподвижными. План польского командования по расширению занимаемого его частями сектора в районе МонОрмель путем захвата Высоты 262 (Юг) был отменен, когда по периметру польского плацдарма немцы перешли к энергичным контратакам. Вследствие этого попытки доставить осажденной боевой группе крайне необходимые материалы и боеприпасы провалились с тяжелыми потерями для союзников. Поляки, занимавшие участок Мачуга, также оказались в трудном положении. Они уже целые сутки с момента занятия участка находились под интенсивным артиллерийским и минометным обстрелом. Немцы атаковали их как изнутри котла, так и снаружи частями 2-го Танкового Корпуса SS. Основной удар немцы наносили извне – атака началась в 4 часа утра, и ее ось пришлась на местность, прилегающую с севера к дороге Вимутье – Трен.
Одновременно с этим вторая атака, в которой участвовал 21 танк, началась к югу от дороги. В одном случае 5 Шерманов 1-го Танкового Полка поляков на участке Мачуга были подбиты в течение 5 минут одной-единственной Пантерой, которая вела огонь со стороны Пункта 239 – с расстояния в 1 500 м к северу. Положение поляков ухудшалось час за часом, так как они не могли эвакуировать своих раненых и пленных немцев, при этом запасы провианта и боеприпасы были на исходе. К 17.00 немцы прорвали оборону поляков на северном фасе периметра Мачуга, но к 19.00 были отброшены, потеряв три средних танка.  

Подбитые поляками Пантеры в районе плацдарма Мачуга. 19 августа 1944 года
Около 15.30 немцы сумели пробить еще один путь из котла к востоку от дороги Вимутье – Шамбуа через деревни Сюрви/Survie и Сен-Пьер-ла-Ривьер/St. Pierre-la-Rivière. Из-за возникшей вследствие этого угрозы своим позициям поляки придали своей находившейся в Шамбуа мотопехоте танки 24-го Полка уланов.
Рано утром 21 августа польский броневой разведбатальон попытался соединиться с основными силами поляков, занимавшими плацдарм Мачуга, но попал под дружественный огонь и отошел после того, как два их Кромвеля были повреждены. Последняя атака немцев на позиции на плацдарм Мачуга имела место в 11.00 с западного направления. Она была вновь отбита, но к этому времени Шерманы почти полностью израсходовали боезапас снарядов. Многие танки были обездвижены из-за отсутствия горючего, пехотинцам испытывали недостаток боеприпасов. В 13.30 поляки услышали шум приближающихся танков и уже ждали наихудшего варианта развития событий… Однако это оказались канадские танки, идущие на помощь. Они начали продвижение вперед в 8 утра и по пути потеряли четыре машины, заявив об уничтожении четырех танков и двух самоходок противника. В журнале боевых действий канадской танковой части так описывалась встреча с поляками: «Картина на [Высоте] 262 была наимрачнейшей из всего виденного полком ранее. Поляки были лишены снабжения [всем необходимым] на протяжении трех дней. Среди них было несколько сот раненых, которых не удалось эвакуировать. Около 700 пленных лежали на земле в поле без особой охраны, дорога была забита сожженными машинами, как нашими, так и противника. Незахороненные трупы и их части были разбросаны повсюду в больших количествах… Поляки рыдали от радости, когда мы прибыли на место, и после сказанного ими можно не сомневаться в том, что они никогда не забудут этот день и ту помощь, которую мы им оказали.»
Поляки потеряли 351 человека убитыми и ранеными и 11 Шерманов в ожесточенных боях на плацдарме Мачуга.

Кольцо окружения замкнуто
К 14.00 канадские танки были на Высоте 262 (Юг) и их танки вышли к северным окраинам Шамбуа. Наконец кольцо окружения полностью замкнулось, и последнее сражение на земле Нормандии окончилось. Значительно позднее, в ноябре 1945 года, обращаясь к солдатам и офицерам 1-й ТД, Мотгомери, хотя не без преувеличений, сказал: «Бой за Шамбуа был решающим. Немцы были запечатаны в бутылку, и вы стали пробкой в этой бутылке.»
Как указывают официальные канадские источники, 1-й Канадская Армия с 1 по 23 августа потеряла 12 659 человек убитыми и ранеными, среди них 7 415 канадцев, 1 374 поляка и 3 780 британцев. В этих боях эта армия потеряла 66 танков и 10 противотанковых самоходок. Более 700 поляков были похоронены на кладбище в городке Урвиль-Ланганнери/Urville-Langannerie примерно на полпути от Кана до Фалеза.  

Заключение
1-я Польская Дивизия завершила войну в районе Вильхельмсхафена/Wilhelmshafen а северной Германии. К этому времени поляки были в боях 283 дня, всего потеряв более 5 300 человек убитыми и ранеными. Потери в танках были огромными: 265 Шерманов, 51 Кромвель и 24 Стюарта – по численности это был почти полный парк боевых машин дивизии. Среди наград дивизии числятся польские: 1 Командирский Крест (Commander’sCross), 6 Золотых Крестов (GoldCross) и 349 Серебряных Крестов (SilverCross) и британские: 21 Военный Крест (MilitaryCross), 5 медалей За Отличие в Службе (DistinguishedConductMedal) и 27 Военных Медалей (MilitaryMedal).
До сих пор остается непонятным, почему поляки не были приглашены для участия в параде Победы, состоявшемся в Лондоне в июне 1946 года. Считается, что несмотря на протесты некоторых представителей британского командования, пришедшее к власти лейбористское правительство Великобритании не было готово к тому, чтобы вызвать раздражение у Сталина.
6 сентября 1946 года коммунистическое правительство Польши лишило генерал Мачека и 75 офицеров польских вооруженных сил, участвовавших в боевых действиях на стороне западных союзников, польского гражданства. Весной 1947 года Великобритания отозвала свое признание польского правительства в изгнании, находившееся в Лондоне. Польские военнослужащие, находившиеся в подчинении британского командования, были демобилизованы, и им было предложено вернуться в Польшу. Хотя коммунистическое правительство Польши впоследствии объявило об амнистии всем тем полякам, которые воевали в составе вооруженных сил Великобритании и США, некоторые из тех, кто вернулся на родину, в частности, ряд офицеров, были репрессированы.   
Не пожелавшие возвращаться домой польские военнослужащие были официально зачислены в так называемый PolishResettlementCorps, в котором получили языковую и профессиональную подготовку. Это дало им возможность поселиться в Великобритании и в странах Британского Содружества и начать жизнь сначала.

Перевод – Владимир Крупник


Комментарии   

# kim.klimov 2021-05-05 13:39
Ну это сражение, по сути, при подавляющем преимуществе англо-американц ев в технике и особенно в воздухе, была игра в одни ворота.
# Vladimir Kroupnik 2021-05-05 14:26
Согласен, но война - это не футбол :-), когда выходят на поле в равных составах.

Фрицы полез воевать, прекрасно зная, что по совокупной экономической мощи его противник будет превосходить его в разы в живой силе и к-ве техники. мы все знаем, чем это кончилось...

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.