Feldgrau.info

Пожалуйста, войдите или зарегистрируйтесь.
------------------Forma vhoda, nizje----------------
Расширенный поиск  

Новости:

Камрады давайте уважать друг друга и придерживаться правил поведения на форуме и сайте.
http://feldgrau.info/forum/index.php?topic=250.0

Автор Тема: Йоахим Шолль (Scholl)  (Прочитано 5896 раз)

0 Пользователей и 1 Гость просматривают эту тему.

W.Schellenberg

  • Гость
Йоахим Шолль (Scholl)
« : 02 Май 2012, 18:35:44 »

   

Йоахим  Шолль (Scholl)
(1914-2001)
   
Таких как он  было тысячи. Кто-то делал свое дело хуже него, немногие – лучше. Но их всех  объединяло одно – желание и сознание необходимости служения своей стране и  своему фюреру. Это статья, большую часть которой представляют дневники, об  одном простом немецком парне, имя которого Йоахим Шолль.

Йоахим Шолль  командовал танком Panzer VI Tiger под номером "232" в составе 2-ой  роты 102-го танкового батальона SS "Das Reich", хотя он не так  знаменит, как некоторые другие танковые командиры, но до момента захвата его в  плен у Кана, он успел уничтожить не менее 76 танков противника. После пленения  он был отправлен в печально известный лагерь нацистских военнопленных  "Комри" в Шотландии.

Joachim начал  свою карьеру в башне Panzer III, затем пересел на Panzer IV и, наконец, на  Panzer VI «Тигр». Лучшим и самым достоверным рассказом о его боевых буднях  будет цитирование его дневника, который он вёл на протяжении войны. Что я и  сделаю...



Первая часть дневника
(относится к периоду его службы на  Восточном фронте. Именно с этого времени он решил вести свой дневник)

Курск (операция  "Цитадель")
10 июля 1943 г.
Это мой первый  бой на Тигре. Я потратил всю ночь, читая и перечитывая инструкцию по  эксплуатации этой боевой машины. Вспоминая о прошедшем периоде обучения,  прокручивал различные ситуации в голове. Я очень нервничаю. Такого  сосредоточения сил с обеих сторон я не припомню с начала операции Барбаросса. В  любом случае, не стоит себя изводить, это свершится, и мне нужно сделать  максимум из возможного в этой битве.

10 июля 1943 г.
Ничего  особенного в моём первом бою на Тигре не произошло. Он прошёл обыденно. Нас  обстреливали в течение нескольких минут, но огонь вёлся как-то неорганизованно.  Несколько снарядов ударило в броню моего Тигра. Мне это не понравилось... Мы  продвинулись вперёд примерно на 7-8 км. Продвижение сильно замедлялось из-за  минных полей и досаждающих самолётов противника. Уша записал на свой счёт 2  победы, но я, всё же, выиграю свои 100 марок, которые мы, я, Герт и Уша,  поставили на то, кто будет иметь наибольший боевой счёт к концу войны. Завтра  будет новый день.

11-12 июля 1943 г.
Да, я одержал  свою первую победу. Ладно, это был всего лишь тягач, буксировавший  артиллерийское орудие, но это, всё равно, - уничтоженная цель. Мой наводчик,  Карл, выпустил по нему около 30-ти снарядов. Один Бог знает, где его учили  целиться..! Уша записал на свой счёт ещё три победы. Боров, он уже далеко меня  опередил. Думаю, ему попался гораздо лучший наводчик. Я слышал, что мы потеряли  сегодня 4 Тигра на минных полях. Это сделало меня очень осторожным при  продвижении вперёд. Я собираюсь немного сдать назад и подождать, пока Ульрих  внимательно исследует маршрут продвижения.

15 июля 1943 г.
Что за день! Я  думаю, мы подбили 5 танков сегодня. Я не уверен точно, так как там было столько  пыли и столько танков кругом! Было трудно даже просто обнаружить цель. В один  из моментов боя я почти приказал открыть огонь по нашему StuG. Мне показалось,  что это русский. Я знаю точно, что я уничтожил русскую САУ, так как она была  всего в 50 метрах передо мной. Куски САУ долетели даже до моего Тигра и  застучали по броне. Это какое-то сумасшествие, во время обучения нам говорили,  что мы должны уничтожать цели на больших дистанциях. Мне и в голову не  приходило, что они имели в виду ТАКИЕ дистанции. Я думаю, что мы также  уничтожили несколько противотанковых орудий противника, так как все мы, и я, и  Герт, и Карл, обстреливали их позиции фугасными снарядами.

16 июля 1943 г.
Ещё один день в  аду. Коммунисты устроили ад на поле боя. Мы уничтожили группу пехоты  противника, пытавшейся обойти наших гренадеров с фланга. Даже внутри Тигра мы  слышали, как наши гренадеры радостно кричали всякий раз, когда очередной наш  снаряд ложился прямо в середину русских. При такой поддержке мы чувствовали  себя прекрасно. Хотя, должен сказать, что наблюдать за летающими повсюду  частями тела мне удовольствия не доставляло. Нашего заряжающего, Берти, дважды  вырвало прямо в пустые ячейки хранилища снарядов. Сам будет убирать... Наступила  ещё одна ночь, пытаюсь уснуть. Не думаю, что у меня получится. Я уже не могу  нормально поспать в течение трёх дней.

19 июля 1943 г.
Это сражение  складывается не слишком удачно для нас. Прошли слухи, что русских войск здесь  гораздо больше, чем ожидалось. Я слышал, что армейские танковые батальоны  Тигров, ведущие боевые действия далеко впереди, уже несут большие потери. Это  настораживает и пугает... Нашу позицию практически захлестнули русские войска.  Мы запросили артиллерийскую и авиационную поддержку, так как наши запасы  фугасных снарядов на исходе. Перекрёстным огнём нам удалось загнать около 2000  русских в овраг. Мы уже трижды перезаряжали ленты наших пулемётов, и трижды  пополняли боезапас фугасных снарядов. Я никогда прежде не видел столько крови.  Меня мутило, Берт склонился и орал мне в ухо, пока до него не дошло, что  послужило причиной моего состояния. Я никогда не забуду этот день.

20 июля 1943 г.
Сегодня мы  получили удар противотанкового снаряда в бортовую броню. Он разорвал защитный  козырёк над траком. Мы подумали, что это конец, и что наш трак разорван. Но наш  водитель, Роберт, сказал, что Тигр всё ещё на ходу и хорошо управляется. Тем  временем Уша послал один за другим два снаряда по позиции противотанковых  орудий, и уничтожил оба. Мы всё ещё не вошли в Прохоровку. Коммунисты имеют там  очень сильную оборону. Я не думаю, что мы будем захватывать этот населённый  пункт. Мы уничтожаем штурмовые орудия (?) противника в больших количествах. Уша  сказал, что они не будут засчитываться в нашем пари. Это меня расстроило и  вызвало раздражение, так как в этом случае я отстаю от него уже на 10 побед.

21 июля 1943 г.
09.00 - Вы можете в это поверить? Наш наводящий ужас танк...  сломался. Роберт думает, что проблема в трансмиссии. Мы ждём эвакуации в  ремонтные мастерские. Надеюсь, что нам не придётся пересаживаться на Panzer III  или что-нибудь ещё в этом роде, пока мы ждём наш танк из ремонта.
10.45 - Нас буксирует в расположение ремонтных мастерских Тигр из  503-го батальона. Знакомы с его экипажем уже довольно давно. Их командир  недавно погиб, так что я оставляю их наедине со своими мыслями.
13.50 - Мы прибыли в мастерские. В очереди на ремонт стоят 8  Тигров из разных подразделений. На броне некоторых из них видно множество  отметин от снарядов, так что я подумал, что мы ещё счастливчики. Я подошёл к  Иоганну Фёну (Johann Foen). Он совсем недавно закончил обучение и женился на  китаянке, с которой познакомился во время учёбы в Берлине. Сейчас он - всего  лишь глупый 20-ти летний мальчишка. Я не собираюсь жениться до тех пор, пока  война не закончится. Ремонтники сказали, что нам придётся ждать около 3-х дней,  пока они приведут наш Тигр в порядок. Мы доложили в штаб, и попросили  небольшого отдыха. Я должен отдохнуть, у меня до сих пор стоят в глазах те  расчленённые тела в овраге.

23 июля 1943 г.
У нас кое-что  случилось. Мы ехали обратно к себе в часть. Наш путь пролегал через маленькую  деревеньку. Роберт увидел, как один из полицейских избивал русского старика. Он  выскочил из машины, и сбил полицая на землю. Подоспел напарник полицейского,  Роберта скрутили, и собрались уводить, вероятно, для предъявления обвинения. Ну  вот, прекрасно, я остался без водителя, потому что эти полицаи хотят везде и  всюду распространить своё влияние. Я подошёл ко второму полицейскому и сказал,  что если они не вернут мне Роберта, то я заберу их на передовую и покажу тот  овраг с изуродованными телами. В ответ полицейский пожал плечами и сказал, что  он видел и похуже. Откуда эти полицейские могут видеть похуже, если они даже на  передовой никогда не были? Но я не стал спорить, а Роберта освободил наш  командир.

24 июля 1943 г.
Роберт вернулся  обратно с довольно заметными отметинами на лице. Вероятно, ему досталось от  полицейских. Его отпустили без права покидать расположение своего  подразделения. Ха, куда он может пойти? Каким образом он может покинуть  расположение своего подразделения? Я написал жалобу о нанесении Роберту  физических повреждений, которые серьёзно мешают ему выполнять свои служебные  обязанности. Наш Тигр всё ещё не отремонтирован. Старший механик сказал, что  потребуется ещё два дня для ремонта. Я очень расстроен, Уша за это время ещё  больше оторвался от меня по числу побед.

25 июля 1943 г.
Наконец-то наш  Тигр отремонтирован. Механики работали всю ночь, так как поступил строжайший  специальный приказ: "Срочно вернуть все танки на фронт". Вообще, дела  идут совсем плохо. На пути назад нам поступил приказ отбуксировать в ремонт  другой повреждённый Тигр. Прекрасно, это оказался Тигр Уши! Теперь у меня есть  прекрасная возможность догнать его по результативности. Мы шутили по пути в  мастерские, временами он возмущался по поводу бардака, который творится на  фронте. Он сказал, что никто не знает, кто где находится, а русские  наваливаются как сплошная коричневая стена. По его словам, русские совершенно  не обращают внимание на свои потери. К сожалению, и наши войска изрядно  потрёпаны. Ещё он сказал, что во второй роте осталось всего три танка.

27 июля 1943 г.
Сегодня ничего  не подбил. Целый день мы вели огонь, но из-за густых облаков пыли и дыма, я  даже не знаю, что мы там подбили, и подбили ли вообще. Я чувствую себя очень  уставшим, экипаж - тоже. Роберт дважды практически засыпал на ходу. Карл  сказал, что уничтожили пару орудий, один Т-34 и много пехоты. Но я ничего из  этого подтвердить не могу.

28 июля 1943 г.
Сегодня нам  приказали отступить и перегруппироваться. Это первый раз с начала операции  Zitadelle, когда я увидел всю роту в полном сборе. Мы потеряли несколько  танков, в основном, из-за технических неисправностей, но некоторые подорвались  на минных полях. Молодой Герт был серьёзно ранен, и его отправили в Берлин. Уша  сказал, что Герту отнимут правую руку, и пари теперь остаётся лишь между нами  двумя. Я сказал, что Уша победил в этом пари, и мы заключим новое, когда Герт  вернётся. Собственно, у меня пока и не было такой большой необходимости в 100  марках. Мы возвращаемся обратно в Белгород. На своём пути мы встретили группу  пехотинцев. Они выглядели уставшими и понурыми. Я почувствовал себя виноватым,  и предложил им забраться на броню. Они устроились за башней. Роберт болтал всю  дорогу пока я и Карл не потеряли терпение и не сказали ему заткнуться. Мне, как  офицеру, не следовало бы этого делать. Я не потерял контроль над собой, но  после этого месяца боёв я уже никогда не буду таким как раньше.

Вторая часть дневника
(относится к периоду боёв  за Харьков и Бобруйск)
   
Харьков
21 августа 1943 г.
Мы отступали и  вели бои в течение двух дней. Наш Тигр получил некоторые повреждения, но ничего  серьёзного, что могло бы повлиять на его боеспособность. Карл становится  прекрасным наводчиком. Он всё ещё не очень уверенно чувствует себя с целями на  дальних дистанциях, но сегодня поразил Т-34 на дистанции 1800 метров. Я им  очень доволен. Он уничтожил сегодня 4 танка до того, как их экипажи смогли  определить, кто же по ним ведёт огонь. Сегодняшний день - наш лучший день! Я  думаю, что наше пари с Ушей так быстро не разрешится. Я сейчас имею на своём  счету 18 подтверждённых уничтоженных танков противника. Кроме того, более 50  орудий и прочей техники, и множество живой силы русских.

22 августа 1943 г.
Сегодня получили  два попадания в лобовую броню. Один из них попал в смотровой прибор нашего  водителя, Роберта. Что он при этом испытал, я не хочу даже и представлять.  Хорошо, что моё место в бою не рядом с ним. Мы чувствуем себя сейчас гораздо  увереннее, так как ни один из этих Т-34 не может пробить нашу лобовую броню.  Карл уничтожил сегодня 3 орудия, а также несколько гружёных грузовиков. К нам  уже и прозвище прилепилось: "Асы по грузовикам". А что мне делать?  Где найти хотя бы несколько нормальных танков, если их уже давно нет в поле  зрения? Не могу подобрать приличных слов к своему командиру, который послал нас  далеко вперёд в составе взвода.

23 августа 1943 г.
Стёр свою  последнюю запись в дневнике. Сегодня наш Тигр назначили лидером, так как наш  предыдущий лидер, тигр молодого Фёна, завяз в овраге. Идиот! Наш Тигр получил  сегодня уже, как минимум, 10 попаданий. И каждое попадание сопровождалось  громким звенящим металлическим звуком. Один из снарядов проделал дырку в ящике  для амуниции. Мы уничтожили два Т-34, орудие и... ещё 5 грузовиков. Делаю намёк  командиру, что не очень-то хочу быть лидирующим танком. Тот засмеялся, и  сказал, чтобы я не волновался. А я волнуюсь...
Записан

W.Schellenberg

  • Гость
Йоахим Шолль (Scholl)
« Ответ #1 : 02 Май 2012, 18:38:04 »

   
24 августа 1943 г.
Этот идиот, Фён,  загнал свой Тигр в грязь так, что орудие зарылось в землю почти на половину  своей длины. Механики успели снять с танка всё самое ценное до того, как экипаж  подорвал его. Непростительная халатность и растрата, в то время когда нам так  нужны все из имеющихся у нас Тигров. Мой Тигр снова в ремонте. Небольшие  проблемы с топливной системой. Это не должно занять много времени. Поболтал с  парнем из нового батальона, вооружённого танками Пантера. Он сказал, что их  танки не хуже Тигров, при условии, что они на ходу. Я рассмеялся и смеялся до  того момента, пока он не сказал, что уничтожил около 100 русских танков. Берти  и Уша сказали, что он "заливает", и что они слышали только о Кариусе  (Carius) и Книспеле (Knispel) из армейских батальонов, воюющих на Пантерах, и  хоть сколько-нибудь приблизившихся к такому количеству побед.

25 августа 1943 г.
Сегодня было  большое сражение. Мы потеряли несколько Panzer III. Ни одного Тигра потеряно не  было. Я снова был замыкающим во взводе. С этой позиции я не мог подбить много  танков, но зато и сам я не получил попаданий, за исключением пулемётных и  стрелковых. Когда Тигр двигался, я даже не слышал этих попаданий, но ясно видел  приближавшиеся к нам со всех сторон трассеры. После пары наших выстрелов,  обстрел прекратился. Мне кажется, что русские боятся Тигров: все, кого мы  встречаем на своём пути, разбегаются куда только можно. Лидирующие Тигры уже  уничтожили большое количество Т-34 и орудий. Уша подбил даже пару этих новых  коробчатых КВ. Он сказал, что это было просто, потому что они настолько  высокие, что видны за несколько километров.

27 августа 1943 г.
Опять  поломались, снова проблемы с трансмиссией. Двигатель тоже работает как-то  ненормально, Роберт говорит, что в карбюраторе скопилась грязь. Я не слишком  разбираюсь в этих вещах, у меня нет склонности к механике. Нас отбуксировали  обратно в сторону Харькова, в расположение ремонтной базы. Мы собрались выпить  пива сегодня ночью. Я уже не могу дождаться.

28 августа 1943 г.
Пива попить мне  не удалось... Нам сразу выдали новый Тигр и отправили обратно на передовую.  Русские предприняли массированную атаку на наши позиции. Они в течение  нескольких часов вели по нам артиллерийский огонь. Я не люблю артобстрелы, так  как не имею возможности что-то с этим поделать. Наша артиллерия открыла  ответный огонь. Я надеюсь, что они накрыли советские артпозиции. Мы ожидали в перелеске  вместе с Томасом и Паулем. Томас только недавно прибыл на фронт, а Пауль уже  подбил один КВ. Уша был прав, - КВ является лёгкой целью. Пока Пауль  перезаряжался, мы подбили и свой КВ. Также, мы уничтожили два орудия и нашу,  уже ставшую обычной, норму грузовиков...

29 августа 1943 г.
Сегодня мы были  вынуждены отступить. Такое впечатление, что русские имеют бесконечное  количество солдат и танков, и они накатываются на нас волна за волной. На поле  боя находилось не меньше нескольких сотен Т-34 и КВ. Я был очень напуган. Это  был первый раз, когда мне показалось, что мне пришёл конец. Мне не хочется быть  похороненным в России. Карл всё стрелял и стрелял, пока у нас не кончились  снаряды. После этого нам ничего не оставалось, как развернуться и отступать к позициям  нашей пехоты. Мы увидели, как группа пехотинцев направилась к нам, чтобы  прикрыть от наступающих русских. После этого эпизода, я был преисполнен  уважения и благодарности к этим людям.

30 августа 1943 г.
Мы сегодня долго  разговаривали с Ушей и Паулем о вчерашних событиях. Они считают, что нам нужно  больше Тигров. Я согласился. Пауль сказал, что эта идея хороша до тех пор, пока  у русских не появится столь же сильного танка. Я решил, что этот дневник  никогда не покинет моего нагрудного кармана. Уша получил боевой танковый  медальон, и мы все были награждены крестами за боевые заслуги. Я очень горд  этим.

Бобруйск
3 октября 1943 г.
Ещё одно большое  сражение. Мне уже надоело сидеть в обороне. Хотя в обороне и легче уничтожать  противника. Берти замаскировал наш Тигр. Сегодня сильный мороз. Я надел на себя  три пальто, и, практически, еле царапаю эти строки, так как мои пальцы совсем  не гнутся.

5 октября 1943 г.
Мы всё ещё в  засаде, и выпавший снег делает нас почти невидимыми. Мы слышали, что завтра  будет бой, так как разведчики обнаружили сосредоточение русских войск к востоку  от нас. Я не понимаю, как эти русские могут даже думать о ведении боевых  действий в такую погоду.

6 октября 1943 г.
Похоже, разведчики  были правы. Русские попытались напасть на нас сегодня утром. Наш камуфляж  сработал прекрасно. Мы выкосили их пулемётами ещё до того, как они сообразили  что происходит. Я думаю, что они посчитали, что это просто пулемётные расчёты,  потому что их Т-34 продолжали катить на нас не сбавляя скорости, пока я и Пауль  не сбросили маскировку и не выкатили свои Тигры им навстречу. Мы успели подбить  три из них, когда они, наконец, сообразили в чём дело, и начали отступать. Мы  преследовали их до конца холма, и оставили нашей пехоте. Мы всё ещё вели по ним  огонь, но они с такой скоростью откатывались на реверсе, с какой ещё несколько  минут назад наступали. Мы догнали отступающую русскую пехоту, которая не была  столь быстра, и прошлись через её порядки. На защитных кожухах гусениц уже  скопилось немало замёрзшей крови.

8 октября 1943 г.
Мы сегодня имели  преимущество. На нас сегодня наступали русские казаки. Перегрев стволов наших  пулемётов был чрезвычайный. Уша сказал, что ствол нашего курсового пулемёта был  таким же красным, как флаг коммунистов. На следующий день после возвращения, мы  поменяли стволы всех своих пулемётов. Берти недоволен, что ему постоянно  приходится выходить наружу и поправлять маскировку на морозе. Я ему доходчиво  объяснил, что он среди нас самый молодой, у него самое низкое звание, да и к  тому же, это его прямые обязанности. Мы вытолкали его наружу и, послушав пять  минут его стенания, всё-таки тоже вышли, чтобы помочь ему. Зря мы это сделали.  Я потом отогревался в течение часа.

9 октября 1943 г.
Наш Тигр сегодня  совсем замёрз. Пришлось использовать огнемёт, чтобы растопить лёд и грязь, забившие  ходовые катки. Ульрих спёр переносной обогреватель с поста связи Люфтваффе.  Думаю, что они не очень обрадовались, но обогреватель очень хорошо уместился в нашем  ящике для амуниции. Заменили стволы на пулемётах, и вместе с Паулем уничтожили  русскую артиллерийскую батарею. Это было так легко, мы просто взобрались на  вершину холма, и оттуда обстреляли её. Приятно было видеть досаждавшие нам  орудия, разлетающимися на куски. Мне особенно понравился второй взрыв, когда  сдетонировали их снаряды.
10 октября 1943 г.
Паулю и мне был  дан приказ уничтожить ещё несколько артиллерийских батарей русских. Для помощи,  из дивизии нам придали три бронетранспортёра с пехотой. Разведчик Люфтваффе  сообщил, что обнаружил в 10 км от нас на вершине холма две батареи  "Органов Сталина".
Мы легко  уничтожили ракетные установки, которые вспыхнули огненными шарами. Смеха ради,  Уша прицелился в скопление грузовиков, которые, я думаю, перевозили ракеты.  Мощный взрыв уничтожил и разметал всё, что было на месте грузовиков и рядом с  ними. Снег вокруг русских позиций растаял на большом расстоянии. Пехота с нашей  помощью завершила разгром русских.

11 октября 1943 г.
Мы совсем  замёрзли. Ночью температура упала ниже 20-ти градусов мороза. Топливо замёрзло  в двигателе, а траки полностью обледенели. К тому же, только что разразилась  метель. Я не думаю, что русские сегодня будут атаковать. Мне хочется в Африку.

12 октября 1943 г.
Мы всё ещё  заморожены. Снег такой глубокий, что представляет довольно большую проблему при  перемещении. Сегодня нас атаковали казаки, но мы отбили их атаку. Ходят слухи,  что нас перебросят под Киев. Вокруг Тигра установлены большие обогреватели в  попытке его разморозить.

16 октября 1943 г.
Ульрих  обморозился. Выглядит это отвратительно. Медики наскоро обработали его раны, но  его левая рука всё ещё не действует. Хотя и в таком состоянии он, всё ещё,  может управляться с радио и пулемётом. Наш Тигр наконец-то разморозили, и мы уничтожили  ещё одну артиллерийскую батарею, которую русские установили за фермой. Это было  легко: русские наделали столько шума моторами своих грузовиков, что даже не  услышали нашего приближения. Для их уничтожения хватило трёх снарядов и одной  пулемётной ленты. Пехота захватила с десяток пленных. Некоторые из них были  практически детьми. Это навело на мысль, что если русские стали использовать  детей, то состояние их войск не так уж хорошо.

24 октября 1943 г.
Бои в нашем  районе стихли, поэтому нас перебрасывают на помощь войскам под Киевом. Я  чувствую вину перед механиками, которым на морозе приходится менять ходовые  траки на транспортные. Я всерьёз опасался остаться без траков, если сейчас  начнётся обстрел. Я даже не хочу об этом думать.

3 ноября 1943 г.
Мы вступили в  бой по пути со станции прибытия. Русские довольно далеко продвинулись. Мы  восстановили контроль, но ситуация остаётся серьёзной. Мы атаковали ночью. Мне  нравятся местные ночи, в отличие от местных морозов. Снег делает цели легко  различимыми. Мы открыли огонь сходу прямо по скоплению русской пехоты. Я  надеюсь, что никто из них не был такими же детьми, которых мы видели среди  пленных под Бобруйском.

5 ноября 1943 г.
Очередной день  тяжёлых боёв. Мы выполняли задания в течение 14 часов без перерыва. Русские не  собираются так просто пропустить нас. Уничтожил ещё два КВ и одно орудие. Карл  достал их на большой дистанции. Он становится всё более умелым, прицеливаясь на  больших дистанциях. Кажется у нас какие-то проблемы с поворотным механизмом  башни. Я быстро обнаруживаю цели, но пока наша башня разворачивается, цель либо  уходит, либо её уже уничтожает кто-то другой из нашей роты. Роберт считает, что  это смазка замёрзла.

6 ноября 1943 г.
Сегодня мы  находимся в самой гуще боя. Русские накатываются отовсюду. Мы получили около  десяти попаданий в различные части Тигра. Я ненавижу этот металлический звук,  когда по броне бьёт снаряд. Мы хорошо повоевали. Уничтожили три Т-34 и целую  кучу орудий и грузовиков. Напоролись на толпу русских пехотинцев. Пока открыли  по ним огонь, они нас чуть не уничтожили. Кругом сплошной хаос! Принимаю  поздравления от командира и Уши, хотя сами они уничтожили сегодня больше  танков, чем я. Подумал, что заключение второго пари было не очень хорошей  идеей.

9 ноября 1943 г.
Я сегодня очень  горд. Меня наградили Железным Крестом 2-го класса за бои, проведённые мной  несколько дней назад. Уша и Пауль оба поздравили меня. Нас всех направляют на  формирование своего собственного батальона. Мы будем называться 102-ым тяжёлым  танковым батальоном SS "Das Reich". Прекрасно, с новыми Тиграми мы  должны смочь вернуться с боями к Москве.

Его Тигр был  подбит 11 ноября в ходе боёв на окраинах Киева. Экипаж покинул танк. Русская  пехота открыла огонь: Берти и Ульрих не получили ранений, Йоахим был ранен в  правую ногу, Карла ранили в плечо, а Роберт, к сожалению, сразу был убит. Они  пробрались к своим войскам, были отправлены на лечение в Берлин, и провели  рождество в госпитале. После поправки они были направлены в Италию, где  формировался новый 102-й тяжёлый танковый батальон SS "Das Reich".

   
Третья (последняя) часть  дневника
(относится к периоду  переформирования в Италии и службы во Франции до высадки союзников в Нормандии)
   
Италия
3 января 1944 г.
Я нахожусь в  том, что могу описать как жаркое пекло, где-то в Италии. До нас дошли известия,  что Африканский Корпус (DAK) сдался в плен. Я совсем этому не рад. Дела идут  совсем плохо. Боль в моей правой ноге практически прошла, чего не скажешь о  моём сердце. Наш новый водитель прибывает сегодня вместе с оставшимися частями  батальона. Так много молодых в прибывающих пополнениях. Я встревожен тем, что  если мы так уже зависим от столь юного пополнения, значит наши потери на фронте  действительно очень высоки. Надо сказать, что молодёжь из Гитлерюгенд является  прекрасными бойцами, так что не всё так плохо. Это место такое скучное.  Итальянские солдаты любят наш Тигр, многие фотографируются на его фоне. Я не  люблю фотографироваться. Это место, всё-таки, очень скучное, ближайший город в  20-ти км, но нам не позволено туда ездить. В любом случае, везде лучше, чем на  морозном Восточном фронте.

4 января 1944 г.
Сегодня  познакомился с нашим новым водителем. Его зовут Гельмут. Его направили к нам из  дивизии Totenkopf, и он старше меня. Он воевал в России, и кажется, что он  прекрасный парень, в совершенстве знающий то, как работает Тигр. Я очень  доволен, так как многим другим достались робкие зелёные юнцы. Меня приписали к  2-ой роте нашего нового батальона. Нам дали новый Тигр и присвоили ему номер  "232". Он имеет циммеритовное покрытие по всему корпусу (для борьбы с  минами) и камуфляжную раскраску. Мне он понравился. Уша прошёлся вокруг и  похвастался, что он нанёс на орудие своего Тигра кольца уничтоженных целей. Он  начал подзадоривать меня и сказал, что мне об этом беспокоится не стоит, так  как наносить нужно только кольца по числу уничтоженных танков, а я, как известно,  спец по грузовикам, а не по танкам. А я всё-таки решил тоже нанести кольца  уничтоженных целей. Всего 27 танков. Но я решил ещё нарисовать грузовик с  цифрой 100 внутри для того, чтобы позлить Ушу. Перед отправкой во Францию мы  заключили с ним ещё одно пари.
Записан

W.Schellenberg

  • Гость
Йоахим Шолль (Scholl)
« Ответ #2 : 02 Май 2012, 18:41:27 »

   
6 января 1944 г.
Мы готовы к  отправке в местечко Аржетан, во Франции. Там мы будем проводить тренировки и  обучение по отражению возможной высадки во Франции американских и английских  войск. Уша сказал, что он разговаривал с заряжающим с Panzer IV, служившим в  DAK. Тот ему сказал, что американские и английские танки очень легко  уничтожать, особенно те, что называются «Шерманы». Он сказал, что они  загораются факелами с первого же попадания. Солдаты DAK называют их  "Духовками Томми", потому что экипажи при воспламенении танка  практически никогда не успевают покинуть его. Я приготовился встретиться с ними  в будущем. Уша сказал, что американские и английские танки вообще ни в каком  месте не могут пробить броню Тигра. Похоже, мы хорошо повеселимся с ними.

10 января 1944 г.
Нас перевозят по  железной дороге во Францию. Это шикарно! Это практически то же самое, как,  будучи дома в Берлине, я ездил куда-нибудь на праздник. Это прекрасный  комфортабельный пассажирский поезд. Нас очень хорошо кормят, и у нас много времени,  чтобы выспаться. Я выиграл 150 марок в карты. Я чувствую себя прекрасно - это  первый случай после нашего первого пари, когда я у него выиграл его деньги.  Пусть даже просто в карты. Боевой дух у нашего батальона очень высок, я  чувствую себя просто прекрасно. Боль в моей ноге прошла окончательно. Мы втихую  пронесли на поезд много вина, которое закупили у одного итальянского фермера.  Сегодня ночью мы собираемся нажраться. До Франции ещё 2 дня пути.

11 января 1944 г.
Ох, моя  голова... Это итальянское вино такое лёгкое, но после двух бутылей теряешь над  собой контроль полностью. Мой вам совет, не пейте в поезде. Теперь в голове  постоянный шум и звон... Мы уже в Германии. Пейзаж изменился. Вокруг Рура везде  видны воронки и разрушения от авиабомб. Пауль сказал, что американцы нас бомбят  беспрерывно. Надо не забыть поговорить по этому поводу с офицером-связником  Люфтваффе. Имел приятный разговор с нашим новым командиром, его зовут Томас. Он  молодой, но амбициозный. Он располагается в нашем взводе. Я думаю, его Тигр  будет у меня на левом фланге. Мне кажется, что я могу ему доверять.

Франция
13 января 1944 г.
Вот мы и прибыли  во Францию. Прошло уже четыре года с тех пор, как я побывал здесь в последний  раз. За это время я пересел с маленькой коробки Panzer II на Тигр. Я бы хотел  иметь Тигр тогда, 4 года назад. Этой ночью проиграл деньги в карты. Возьмите на  заметку, никогда не играйте больше с Ушей в карты, если вы один раз уже  выиграли у него. Также, уничтожайте побольше танков, чтобы не видеть эту гадкую  ухмылку на его лице, и не заработать прозвище "Убийца грузовиков".

16 января 1944 г.
Тигр готов. Мы  отправляемся на манёвры совместно с местным пехотным полком. Это для них будет  сильным впечатлением, повоевать вместе с нашими Тиграми. Нас предупредили, что  нам следует организовать хорошую охрану танка, так как вокруг довольно много  партизан. Они называют себя движением сопротивления и бывают довольно опасны.  Мне с трудом в это верится. Я считаю, что если они так способны сопротивляться,  то почему не делали этого 4 года назад. Если бы всё было так, как нам говорили,  то мы не наслаждались бы сейчас французским вином.
17 января 1944 г.
Учения прошли  довольно неплохо. Мы бы показали себя ещё лучше, если бы Томас не выбрал  неправильного направления, и почти не завяз в грязи. Не хотел бы я сейчас  оказаться на его месте. Прошёл слух, что нас опять могут направить на Восточный  фронт. Мне это совсем не нравится. Слишком много тяжёлых воспоминаний у меня  связано с Восточным фронтом. Мы решили назвать наш новый Тигр именем  "Freda", в честь матери погибшего Роберта. Мы решили, что это имя  вполне подходит. Я скучаю по Роберту. Лучше быть поосторожнее. Я слышал, что в  первой роте есть педераст. Не хочу давать ему повода думать, что я из той же  серии, так как у меня нет любимой. Надо побыстрее завести подругу.

19 января 1944 г.
У меня День  Рождения! Этой ночью мы выпили по несколько рюмок в Аржетане , отмечая моё  30-ти летие. Мой экипаж подарил мне новый дневник с руной "Das Reich"  на обложке. Я очень доволен, у него обложка из чёрной кожи, а по размеру он как  раз помещается в моём нагрудном кармане. Уша подарил мне модель грузовика...  Боров! Он совсем обнаглел! Ещё мне подарили новые перчатки (я надеюсь это не  перед отправкой в Россию) и новый набор карандашей. В этом году День Рождения  прошёл гораздо лучше, чем в прошлом. Настроение у меня всё ещё прекрасное,  несмотря на слухи о предстоящей переброске в Россию.

21 января 1944 г.
Переехали на  Фреде на какую-то маленькую ферму. Английские истребители и бомбардировщики в  небе становятся обычным явлением. Сегодня увидели в небе Мессершмитт. Это был  первый наш самолёт, который мы увидели со дня прибытия во Францию. Я уже  начинаю забывать, как вообще Люфтваффе выглядит!

23 января 1944 г.
Ещё манёвры во  время дождя. Ненавижу это. Это означает, что Берти придётся отмывать Фреду,  когда мы вернёмся. Он до сих пор начинает стенать, если я ему приказываю делать  нечто подобное. Но теперь его стенания звучат уже гораздо тише. Мне уже  приснилось несколько кошмаров о моём пребывании на Восточном фронте. В каждом  присутствовали разорванные тела и мёртвые солдаты. Завтра поговорю об этом с  доктором.

----------------------------------------
 
23 мая 1944 г.
Сегодня мы  тренировались. Мой Тигр отремонтировали, и после 4-х недельного перерыва я с  радостью уселся на своё сиденье. Мы опять на марше. Разговоры и слухи о  вторжении союзников у Кале всё ещё сильны. Я надеюсь, что это правда, так как  ожидание и бездействие начало меня утомлять. Я уже по горло сыт тренировками с  деревянными целями. Очередное пополнение отправилось на Восточный фронт. Я их  видел. Они очень молоды, но рвутся в бой.

1 июня 1944 г.
Снова двигаемся.  Командиры считают, что следует ожидать прихода союзников уже на этой неделе. Я  так не думаю, погода ужасная. Уже в течение трёх дней, не преставая, идёт  проливной дождь, и ветер усиливается. Плюс хотя бы в том, что дождь помыл  Фреду. Берти простыл. Его посадили в карантин. Эта неделя ужасно скучна.  Последнее пополнение, на мой взгляд, слишком уж рвётся в бой. Я думаю, что их  выкосят в первых же боях. Нам сказали замазать наши кольца уничтоженных целей,  которые мы в своё время нанесли на ствол орудия. Сказали, что это в целях  маскировки. Что за чушь..! Но приказ - есть приказ, поэтому я отослал Берти  замазывать кольца краской.

4 июня 1944 г.
Сегодня мы  передвинулись ближе к Кале. Я ненавижу передислокацию по железной дороге, так  как Фреде при этом приходится менять стандартные траки на транспортные, и  снимать внешний ряд катков. Механики сложили снятые катки на заднюю часть  корпуса. Что-то мне не очень улыбается поднимать туда ещё и эти 2-х тонные  траки! Нам не терпелось уже встретиться с этими британскими и американскими  танками, про которые итальянцы говорили, что они довольно хилые. Мне не терпится  добавить к своему счёту ещё. У меня пока 27 уничтоженных танков на счету. Я не  думаю, что мне удастся догнать Вальтера или Ушу, потому что у них лучшие, чем  мой Карл, наводчики. Но я собираюсь предпринять хорошую попытку для этого.

6 июня 1944 г.
Подлые союзники  высадились в Нормандии. Это далеко от нас. Мы всё ещё ждём приказа на отправку  на фронт. Более быстрые дивизии уже там. Счастливчики... Союзники  активизировали действия своей авиации, и нам пришлось спрятать свои Тигры в  лесу. Два танка из последнего пополнения мы уже потеряли. Они были недостаточно  быстры, чтобы добраться до укрытий. Они выпили ночью слишком много вина, а  теперь заснули вечным сном. Мы все задаём себе один и тот же вопрос: почему мы  сидим здесь вместо того, чтобы направиться в Нормандию. Я уже не нахожу себе  места.

9 июня 1944 г.
Наконец-то мы на  пути в Нормандию. Эти кровожадные самолёты союзников опустошают наши порядки.  Мы потеряли ещё четыре танка. Теперь мы будем передвигаться только ночами. Наши  гренадеры уже на передовой. Мы должны прибыть туда завтра ночью, если всё  пройдёт нормально, и никто из нас не погибнет от вражеских самолётов.

10 июня 1944 г.
Наконец-то мы  прибыли на фронт. Наше первое боевое задание за последние несколько месяцев.  Карл промахнулся и упустил два танка Черчилль, идиот! Всё-таки одного подбили,  а также два небольших бронетранспортёра. Это хорошо - снова вернуться к  активным боевым действиям, а то мы уж слишком расслабились. Потеряли ещё один  танк в результате авианалёта. Наши подвозчики боеприпасов где-то застряли и не  появляются, поэтому наше продвижение идёт гораздо медленнее, чем мы на это  рассчитывали.

14 июня 1944 г.
Сидим в лесу, в  засаде. Предполагаемый проход вблизи английских войск пока не начался. Мы, хотя  бы, имеем полный боезапас. Слышал, что Уша сегодня уничтожил 6 целей. Он теперь  сильно обогнал меня. Похоже, что я потеряю свои 100 марок. Мы не стреляли уже в  течение 2-х дней. Уничтожили несколько пехотинцев пулемётным огнём.

15 июня 1944 г.
Сегодня мы  атаковали английскую колонну. Карл наконец-то поставил свои глаза на место. Мы  уничтожили 4 танка Кромвель и 6 грузовиков. Англичане вызвали авиацию, и  прилетевшие самолёты начали бомбить наш лес. Но Ульрих провёл прекрасное  маневрирование и вывез нас из-под огня. Сейчас уже стемнело. Я знаю ещё одно  хорошее место для засады. Я собираюсь отвести туда свой взвод и подготовить  засаду для завтрашнего дня. Мы присоединились к паре Panzer IV из дивизии "Hitlerjugend".  Мне нравятся эти молодые ребята, которые, несмотря на свой юный возраст, умеют  хорошо воевать. Мы собираемся использовать их как приманку, которая заманит  англичан в нашу ловушку. Наш взвод теперь состоит только из двух Тигров: нашего  и Томаса. В предыдущей засаде при авианалёте мы потеряли ещё два танка из  нового пополнения.

16 июня 1944 г.
Наш план  сработал: эти тупые союзники устремились за Panzer IV Гитлерюгенда. Один из них  мы потеряли, и его экипаж продолжал воевать как простые пехотинцы. Мы  уничтожили 3 танка Шерман. Мне кажется, что они были французскими, потому что  имели большие красно-бело-синие опознавательные знаки и французские имена.  Томас подбил ещё 4 танка, после чего остальные отвернули. Нам нужно  поторапливаться и искать новое место для засады, чтобы не попасть под бомбёжку.  Скоро нам нужно будет возвращаться на базу, чтобы пополнить боезапас и  дозаправиться.

17 июня 1944 г.
Вернулись к  штабу. Меня перевели в роту Ушы и присвоили звание гауптштурмфюрера. Я,  конечно, доволен, но не могу понять, за что я получил следующее звание. Вон, в  лейбштандарте, говорят, Виттманн, уничтожил целую колонну союзников. Везучий...  Как рассказывают, англичане просто двигались прямо по дороге. Я бы тоже хотел,  чтобы у меня были такие цели. Хотя, вокруг так много вражеских танков, что Уша  говорит, что мы вполне можем сделать то же, что и Виттманн. Англичане  выдвинулись к Кану, так что нам нужно продвигаться туда же.

19 июня 1944 г.
Под авиаударами  потеряли сегодня ещё два танка. Нас уже это достало! Со дня высадки союзников я  ещё не видел ни одного нашего самолёта в небе. Где они, чёрт возьми!? Наши  командиры написали официальную жалобу этому толстому Герингу. Он-то наверняка  спрячется от авианалётов в подземном бункере... если конечно пройдёт в дверь.

20 июня 1944 г.
Сегодня  уничтожил 8 танков. Это были Кромвели и "Духовки Томми". Англичане  совершенно не обращают внимания на свои потери. Они атаковали сегодня три раза,  каждый раз теряя всё больше и больше танков. У меня не было такой  результативности со времён службы на Восточном фронте. Мы не потеряли ни одного  Тигра. Видел один из этих новых Королевских Тигров (Tiger II). Я бы не хотел  служить на таком. Большинство личного состава нашей дивизии собралось здесь.

21 июня 1944 г.
Уничтожил ещё 6  танков. Англичане начали снова атаковать волна за волной. Чего-то не видно  союзной авиации. Может быть Геринг получил наше письмо!? Мы потеряли из-за  поломок 3 Тигра. Надеюсь, что двигатели они успели снять.
 


22 июня 1944  года Йоахим, Карл и Берти были взяты в плен канадскими войсками после того, как  самолёт союзников (они считают, что это был Thunderbolt) разорвал один из  траков их Тигра. Радист Гельмут Юргенс (Helmut Jurgens) и водитель Ульрих  Ганшейме (Ulrich Gansheime) при этой атаке погибли. Дневник Йоахима был найден  и возвращён ему после допроса. Вероятно, канадский военный корреспондент  скопировал его комментарии насчёт Геринга и использовал в своих репортажах для  канадских газет. Правда, это пока не доказано. Йоахим был отправлен в печально  известный лагерь нацистских военнопленных "Комри" в Шотландии, так  как был офицером SS. Поначалу сокамерники чуть не расправились с ним за его  нелестные комментарии в отношении Геринга, но после того как он объяснил, что  это было лишь его выплеснувшееся раздражение по поводу бездействия Люфтваффе, и  он и после этих своих заметок продолжал сражаться и уничтожать танки союзников,  отношение к нему улучшилось. Сокамерники из Люфтваффе  вообще промолчали. Он отзывался о времени,  проведённом в лагере, довольно неплохо, несмотря на то, что охранниками были  поляки, люто ненавидевшие нацистов. Он больше опасался своих собственных  соотечественников. Йоахим вышел из лагеря в 1946 году и навсегда остался в  Шотландии. Он прожил долгую жизнь и умер в феврале 2001 года, в возрасте 87 лет.

Эти дневники  прекрасно раскрывают характер их автора и его отношение к войне. Война для  Йоахима Шолля – все. Это и обычное дело, и развлечение, и работа, работа,  которая ему нравится и которую он умеет выполнять. А потоки крови, которые он  видит вокруг – неизбежный атрибут этой работы.   Когда рядом не стреляют и не гудит мотор его Тигра ему скучно. Ему не  особо важно за кого он дерется и против кого, он дерется как Портос, просто  потому что он дерется. И успех того, что он делал, вытекал из того, что его не  надо было заставлять идти в бой, стреляя в спину, надо было лишь сказать: «Там  враг», и Йоахим пошел бы и сделал бы свою работу, сделал бы ее так, как сделал  бы свою работу любой простой немец, четко, аккуратно и с высоким  профессионализмом. А что надо, чтобы немец хорошо делал свою работу? Еду и  выпивку. А этого у Йоахима было в довольствии.

Записан