fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Июль 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.94 (8 Голосов)

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

1945 год. Германия. Пленные немецкие генералы у Берлинского кафедрального собора.

Итоговая разведсводка штаба 1-го Белорусского фронта о ходе капитуляции немецких войск в полосе действий фронта 

№ 140 15 мая 1945 г. 24.00 

В течение первой декады мая на правом фланге фронта разбитые соединения 9-й армии продолжали отходить в западном и северо-западном направлениях. Окруженный гарнизон Берлина после безуспешных попыток приостановить сжимание кольца окружения был вынужден капитулировать. 

Гарнизон Берлина после пятидневных упорных боев в окружении с утра 2.5 по приказу командующего гарнизоном — командира 56 тк генерала артиллерии Вейдлинга, прекратил сопротивление и начал массовую сдачу в плен. Всего за 2.5 — 3.5 на пункты сбора военнопленных принято 87 170 солдат и офицеров, в том числе 13 генералов: командующий обороной Берлина и командир 56 тк генерал артиллерии Вейдлинг, личный представитель гросс-адмирала Деница при ставке Гитлера вице-адмирал Фосс, командир 18 мд генерал-майор Раух, командир правительственной воздушной эскадры генерал-лейтенант Баур, полицай-президент Берлина генерал-лейтенант полиции Герум, начальник берлинской полиции генерал-майор полиции Хайнбург, начальник охраны имперской канцелярии генерал-майор войск СС Мунке, начальник управления правительственной охраны генерал-лейтенант полиции и группенфюрер СС Раттенгубер, начальник санслубжы берлинского гарнизона — генерал-майор медслужбы Шрейбер, начальник санслужбы берлинской полиции генерал-майор медслужбы Врубель, руководитель Красного Креста Берлина и провинции Бранденбург — генерал-лейтенант медслужбы Брекенфельд, генерал-лейтенант для поручений при командующем берлинского гарнизона Войташ, генерал-лейтенант для поручений при командующем берлинским гарнизоном Шмидте — Данквард, комендант Берлина — генерал-майор Бремер. 

До 30 000 солдат и офицеров различных частей из состава окруженного гарнизона под командованием генерал-майора Зидова, пытавшихся пробиться в западном направлении, к исходу 4.5 были уничтожены и пленены нашими войсками в районе Шпандау и западнее. 

На правом фланге фронта разбитые соединения 101 ак продолжали отходить в западном и северо-западном направлениях, оказывая сопротивление лишь в отдельных населенных пунктах. К исходу 2.5 наши передовые отряды соединились с частями 9-й американской армии в районе Вильснак (10 км юго-вост. Виттенберга) и 4.5 вышли на вост. берег р. Эльба на участке юго-вост. Виттенберг, вост. Арнебург; при этом остатки 3 мпд, боевой группы 5 лпд, боевой группы 606-й дивизии особого назначения отошли к соседу справа, а подразделения 199 пд, введенные в бой в районе сев. Ратенов, совместно с разрозненными группами различных частей, — были отброшены на западный берег р. Эльба. 

В период 4 — 7.5 на участке сев.-зап. Ратенов, зап. Бранденбург противник, прикрываясь р. Хавель, оказывал упорное сопротивление наступлению наших войск, переходя на отдельных участках в контратаки силою до батальона пехоты. В ходе этих боев восточный берег р. Эльба на участке зап. Арнебург, Нойдербен был очищен от противника. 

С 3.5 на вновь принятом нашими войсками участке южн. Бранденбург, Виттенберг части прикрытия из состава пд «Ульрих фон Гуттен», «Шарнгорст», «Теодор Кернер», «Фридрих-Людвиг Ян», сводной дивизии «Гартке» и различные части, прорвавшиеся из состава группировки, окруженной в районе юго-зап. Беесков, не оказывая сопротивления, отходили в западном направлении, оставляя на пути отхода артиллерию и тяжелые минометы. 

К исходу 7.5 войска фронта на всем протяжении вышли на вост. берег р. Эльба; в период 8 — 15.5 производилась очистка лесов и населенных пунктов от разрозненных групп противника. 

1. В ходе боев с 1 по 8.5 и в результате капитуляции гарнизона Берлина, а также при приеме сдавшихся по условиям капитуляции в период 8 — 11.5 уничтожено и пленено: 

Дивизий и боевых групп дивизий — 6 (1-я учебная апд, боевые группы 18 мд, мд «Мюнхеберг», 20 мд, 11 мд СС, 9 адд). 

Отдельных полков — 15 (пп «Мюллер», пп СС «Ангальт», 245-й уч. полк, 8 мп 4 мд СС «Полицай», 2 пп дивгруппы «Шиль», 68-й запасной полк, 1344 пп, 101-й полиц. полк, 5-й уч. авиаполк, боевые группы «Фрике»г «Винтер», «Шлессер», «Бранденбург», 901, 902 ап особого назначения, действовавшие как пехота). 

Отдельных батальонов — до 230 

Средства усиления: 

Зенитных дивизий — 3 (1, 17, 28 зен. див.); 

Бригад штурм, орудий — 2 (101-я бригада, учебная бригада штурмовых орудий); 

Танково-истребительных бригад — 2 (танко-истреб. бриг. «М», танко-истреб. бригада «фридриххалле»); Танко-истребительных полков — 1 (танко-истреб. полк «Теодор Кернер»); Артдивизионов — 11 (36 уч. ад, до десяти ад н/н); Противотанковых д-нов — 2 (40, 101 птд); Танковых б-нов — 1 (тб «Рихард»). 

2. Отошли и с 3.5 действовали перед соседом справа: 3-я морская пехотная дивизия, боевые группы 5 лпд и 606-й дивизии особого назначения. 

3. Отошли в полосу союзников: части 199 пд, пд «Ульрих фон Гуттен», «Шарнгорст», «Теодор Кернер», «Фридрих-Людвиг Ян», сводная дивизия «Гартке». 

Начальник штаба 1-го Белорусского фронта генерал-полковник Малинин 

Нач. разведотдела фронта генерал-майор Трусов 

РФ. Ф. 233. Оп. 2352. Д. 100б. Л. 383—386. Копия.

 

Джо Браун со старшим сыном

8 октября 1942 года американский бомбардировщик Дуглас А-20 «Хэвок» разбился вскоре после взлета с американской авиабазы Палм Спрингс. Единственный человек на борту – пилот Дон Браун погиб.

Дон Браун был старшим сыном «звезды» Голливуда, Джона Брауна, «человека с  резиновым лицом», у нас этот актер известен в первую очередь за отличную роль второго плана в фильме «В Джазе только девушки». Смерть сына стала для него настоящим потрясением, «Я провалился в темную пропасть, из которой не мог выбраться». После смерти сына актер хотел добровольцем вступить в армию США, но не проходил по возрасту. Тогда он вступил в некоммерческую гражданскую организацию УСО,  которая  осуществляло поддержку американских солдат по всему миру – «мы дарим солдатам дом, далеко от их дома»- и до конца войны он регулярно летал по Тихоокеанскому ТВД, давая представления для личного состава армии.

Младший сын актера, Джо Браун младший, работавший на авиазаводе, после смерти брата добровольно вступил в корпус морской пехоты США и до конца войны воевал на Тихом Океане. В интервью на похоронах Дона Брауна у актера спросили, не боится ли он потерять еще одного сына на войне, он ответил: «я воспитывал моих детей как мужчин, и рад что они выросли мужчинами». 

 

О Тоцких учениях в сентябре 1954 года

Воспоминания С. А. Зеленцова, военного инженера:
«Закончив съёмку картины взрыва, я в сопровождении дозиметриста и фотографа поехал на автомобиле по долине к эпицентру взрыва, периодически останавливаясь для съёмки местности и опытных объектов. Это было необходимо для подготовки экспресс-доклада правительству. Местность после взрыва трудно было узнать: дымилась трава, бегали опалённые перепёлки, кустарник и перелески исчезли. Меня окружали голые, дымящиеся холмы. Ориентироваться было трудно. Однако массовых пожаров не было и дороги были знакомы. Сфотографировав перевернутые и отброшенные танки, разрушенные траншеи, поврежденную технику, поражённых животных, прошли в направлении эпицентра взрыва, который выделялся группой отдельно стоящих, обугленных стволов деревьев, с которых ударом сверху были сорваны все сучья. Не доходя до зоны сильного радиоактивного заражения, пересекли дорогу, по которой перед нами прошли колонны наступающих. Было пусто и тихо, лишь пощелкивали радиометры, отмечая повышенный уровень радиации. Войска проследовали мимо эпицентра вне зоны сильного заражения. Непосредственно в зоне, примыкающей к эпицентру взрыва, земля была покрыта тонкой стекловидной коркой расплавленного песка, хрустящей и ломающейся под ногами, как тонкий ледок на весенних лужах после ночного заморозка. И на ней не было видно ничьих следов, кроме моих. Я ходил спокойно по этой корке, так как радиометр регистрировал уровень радиоактивности, не превышающий 1 Р/ч. »

Воспоминания подполковника Н. В. Даниленко, командира батальона 16 мотострелковой бригады: 
«Примерно через 3 ч после взрыва был получен сигнал атаки. Войска были в противогазах и следовали на бронетранспортерах. Я со своим батальоном проследовали на бронетранспортерах в 600 м от эпицентра взрыва на скорости 16-18 км/ч. В момент следования я увидел поразившие меня последствия атомного взрыва: сожженный от корня до верхушки лес, покореженные колонны техники, обожженных животных и т. п. Полную картину действия взрыва я увидел на следующий день, когда командиров от батальона и выше возили к эпицентру. В самом эпицентре в радиусе 300 м не осталось ни одного столетнего дуба, все сгорело, земля была пепельно-обожженная. В районе взрыва были построены многочисленные траншеи различных профилей и видов: открытые и перекрытые, побеленные известью и укрепленные и др. Открытые траншеи обуглились и деформировались с 80 до 7-8 см, укреплённые и побеленные остались почти целыми. Укреплённая, но не побеленная, — выгорела и частично деформировалась. Перекрытые траншеи завалило. Дзоты с хорошими накатниками и со стоявшими в них пулемётами были целыми, но немного обгоревшими сверху. Блиндажи сверху обгорели, внутри же остались целыми.
К эпицентру с 3 сторон были поставлены колонны техники на глубину до 5 км. Техника до 1000 м от эпицентра оказалась вдавленной в землю и оплавленной. Грузовые автомашины до 800 м от эпицентра сгорели, до 1800 м были покорёжены, а дальше — почти не повреждены. В нескольких местах от 1800 м и далее были размещены самолеты различных типов. Самолеты без чехлов сгорели, зачехлённые белыми чехлами остались целыми и стояли несколько покосившись на бок от воздействия ударной волны. От векового леса в эпицентре ничего не осталось. Чуть дальше стали появляться пеньки, потом — часть стволов, затем — деревья со сгоревшими верхушками. Создавалось впечатление лесного пожара.

Животные, находившиеся в эпицентре на поверхности земли, сгорели полностью. Те, что были в блиндажах, остались живыми (телята, овцы).
В 500 м от эпицентра на поверхности земли животные были обожжены, стояли слепые, не реагировали, выглядели страшно. На расстоянии свыше 1000 м животные выглядели лучше, двигались. После 2000 м на животных действия взрыва заметно не было.

Все деревни, которые находились в радиусе более 5-7 км от взрыва, сохранились полностью. Слабо поддались световому излучению и ударной волне. Сгорел только один дом в 5 км, который находился на краю деревни, на возвышенности. »

 

13 мая 1942 года. Второй день советского наступления в районе Харькова.

Из воспоминаний Кирилла Семёновича Москаленко, в то время, командующий 38-й армией РККА:

«На рассвете 13 мая наши войска возобновили наступление на прежних направлениях при поддержке авиации, господствовавшей в воздухе. На этот раз и 21-я армия достигла успеха на своем левом фланге. 28-й же армии на правом фланге удалось в первой половине дня лишь окружить крупный опорный пункт в деревне Терновая. Тогда командующий 28-й армией принял решение развить наступление силами двух стрелковых дивизий и двух танковых бригад на своем левом фланге, используя успех нашей армии. 

Дивизии 38-й армии продолжали наступать на своем участке. К 13 часам они продвинулись на правом фланге и в центре на 6 км. К этому времени ими были освобождены населенные пункты Михайловка 1-я, Ново-Александровка и др. Там же войска армии завязали бои за Червону Роганку, а левее вышли к дороге, ведущей от этого населенного пункта к Бол. Бабке. На этот рубеж выдвинулись также 13-я и 133-я танковые бригады.

Во второй половине дня обстановка резко изменилась. 

Противник закончил сосредоточение двух ударных групп. Одну из них составляли 3-я танковая и два полка 71-й пехотной дивизий, расположившиеся в районе Приволье; Во вторую — в районе Зарожное — вошли 23-я танковая и один полк 44-й пехотной дивизии. Этими силами враг одновременно нанес контрудар в направлении Старого Салтова. Сильный удар 370 танков с пехотой и при поддержке авиации пришелся по войскам правого фланга армии. Они вынуждены были отойти на восточный берег реки Большая Бабка, открыв левый фланг 28-й армии. 

Командующий фронтом, оценив обстановку, приказал мне занять оборону на восточном берегу реки Большая Бабка. Он поставил задачу не допустить прорыва танков врага на Старый Салтов, грозившего окружением всей северной ударной группировки и ликвидацией плацдарма за р. Северный Донец.» 

Из дневника начальника Генерального штаба сухопутных войск вермахта Франца Гальдера:

«На фронте 6-й армии сильные атаки противника южнее и северо-восточнее Харькова при поддержке нескольких сот танков. Глубокие прорывы. 23-я и 3-я танковые дивизии ведут контратаки восточнее Харькова. Южнее Харькова (в полосе 131-й пехотной дивизии) положение весьма критическое.»

 

Личность Игнаца Требича–Линкольна неординарна и таинственна из–за большого количества пробелов в его биографии и противоречивых данных разведывательных служб различных стран. 

Родившись в Венгрии в семье ортодоксальных евреев в 1879 году, он начал учиться актерскому мастерству на родине, но из–за проблем с законом и неумеренных амбиций уже в 18 лет отправился в Лондон, по одной из версий, пожив перед этим в Аргентине и Канаде. Сменив иудаизм на христианство, а фамилию Требич на Требич–Линкольн (первый из его многочисленных псевдонимов), он перебрал множество конфессий и, остановившись на англиканстве, отбыл служить каноником в графство Кент. Через несколько лет Требич принял решение сменить карьеру священнослужителя на политическое поприще. Под протекцией влиятельных промышленников он успешно прошел на выборах в Палату общин, где активно лоббировал интересы своих покровителей. Попытка начать собственный нефтяной бизнес на занятые деньги прогорела, и на участие в следующих выборах средств не нашлось. Тогда он нашел для себя новое занятие — шпионаж. 

Дебют новоиспеченного тайного агента был не из удачных — во время Второй Балканской войны Игнац был уличен в двойной игре, за что пробыл некоторое время в болгарской тюрьме. Однако это не заставило его бросить шпионскую деятельность. С началом Первой Мировой Требич предложил свои услуги британской разведке, а получив отказ, незамедлительно завербовался к немцам. Шпионить наш герой отправился в США, где для поправки финансового положения опубликовал антибританскую статью "Откровения члена британского парламента, завербованного в шпионы". Из Штатов он был экстрадирован за... банальную подделку чеков. Освободившись из британской тюрьмы, Игнац перебрался в послевоенную Веймарскую республику, где познакомился с ультраправыми Людендорфом и Гитлером. Данные американской разведки отводят Игнацу ключевую роль в Капповском путче 1920 года, после подавления которого оставаться в Европе крамольнику было опасно, и Требич–Линкольн обратил свой взор на восток. До 1926 года он занимался созданием гоминьдановской разведки в Китае, параллельно общаясь с японскими агентами. 

И снова нестандартное решение, вполне в духе Требича — полностью посвятить себя служению Будде. Всего через неделю после рукоположения в качестве монаха, его "повышают" до уровня бодхисаттвы. "Азиатский" период его жизни еще более таинственен. Достоверно известно лишь, что "просветленный" Чао Кунг (новое альтер–эго Игнаца) настоятельство в монастыре он вскоре начал совмещать с разведдеятельностью в пользу всех, кто был готов за нее платить. Гессу и Гиммлеру он обещал поднять миллионы тибетских буддистов на борьбу с англичанами, но этого так и не произошло. В 1943 году в одном из японских изданий появилось сообщение о кончине Требича в Шанхае, однако в 1947 году газета “Times of Ceylon” опровергла эту информацию. 

Помимо всего вышесказанного, некоторые исследователи разоблачают Требича–Линкольна как коминтерновского и советского шпиона, а также как члена масонской ложи, китайской триады и других тайных сообществ. Как закончилась жизнь авантюриста? Кем он был — охочим до наживы ренегатом или преданным тайным агентом Британии? Как расценивать его выходки — как самонадеянные аферы или части хорошо спланированной игры? Если и есть документы, которые позволяют точно ответить на эти вопросы, то пока они хранятся в надежном и недоступном месте.

 

12 мая 1942 года. Из дневника Вольфганга Кноблиха, военнослужащего вермахта 7-я рота, 2-й батальон. 513-го пехотного полка:

«После сегодняшнего дня я могу сказать с уверенностью, что испытал на себе все ужасы передовой. Непокрытое - это последний укрепленный пункт оборонительной линии, расположенной перед Харьковом. Если он будет захвачен, дорога на Харьков, которая ведет через открытую местность, будет очищена. Еще не наступило утро, когда нам передали с поста V, что приближаются русские танки. С рассветом мы уже имели возможность видеть восемь из них. Начиная с раннего утра, наши батареи засыпали снарядами цепь вражеских танков. Один из них был подбит и далее оставался неподвижным. Но русские отреагировали незамедлительно. Высота, на которой располагался пост V, оказалась под таким огнем, что мы не знали, куда спрятаться. Кроме того, русские бомбардировщики и штурмовики предприняли ожесточенную атаку, что добавило страха, но самое трудное было впереди.

Интенсивный артиллерийский огонь настолько расколошматил обе линии нашей обороны, что мы оказались безо всякой связи. Наши действия никак не координировались, а наша артиллерия молчала.

Затем русские танки пошли в атаку. Наша пехота начала отступать. Мы предприняли еще одну отчаянную попытку восстановить связь, тогда как наша пехота уже скопилась в тылу... Тут пришла и наша очередь отступать. Мы не самым достойным образом рванулись в более безопасное место, захватив с собой только полевые телефоны и карабины. Пули свистели прямо над нашими головами... Теперь наши артиллеристы могли видеть танки противника и открыли огонь. Какое-то время русские потратили на то, чтобы оценить ситуацию и определить, где находятся наши артиллерийские позиции. Теперь, разобрав что к чему, они обрушили тяжелые снаряды на наших артиллеристов ...

Я помог остальным подтащить боеприпасы - просто, чтобы занять себя. После многих часов ружейной и артиллерийской перестрелки у нас стали кончаться боеприпасы. Мы сделали более 800 выстрелов, и теперь вынуждены скрываться в наших дотах. Русские тоже прекратили огонь. В конце концов подъехал грузовик со снарядами, и артиллерийская дуэль возобновилась с новой силой.

Русские стреляют с дъявольской точностью. Наше первое и третье орудие превратились в металлолом после прямых попаданий. Но расчеты уцелели. Все офицеры и унтер-офицеры собрались вокруг второго орудия - единственного, которое еще могло стрелять. Мне стало не по себе, когда я увидел такое большое скопление людей, и я решил переменить свою позицию. Как только я переместился, два снаряда упали на наших. Восемь человек были убиты на месте, еще шестеро получили тяжелые ранения. Мы перевязали их раны, как могли, и начали торопливо отходить. Наши части отступали. Я помогал нести раненых, и поэтому мне пришлось выбросить даже то немногое, что собирался взять с собой. Все, что я взял с собой, уместилось в сумку, в которой я раньше носил галеты и всякую мелочь, однако, я сумел прихватить с собой плащ-палатку, карабин и патроны.

Отступая из деревни, мы приняли участие в перестрелке вместе с пехотинцами. Огонь русских артиллеристов преследовал нас, и их снаряды продолжали взрываться рядом. В дополнение к этому русские продолжали атаковать нас с воздуха и наносить нам тяжелые потери.

Время шло, было уже четыре часа утра, в небе не было ни одного немецкого самолета, ни один немецкий танк не появился, чтобы поддержать пехоту. Нам пришлось с нелегким сердцем бросить орудия. Думаю, мы поступили правильно, отступив с боем...

Наконец-то мы добрались до какой-то балки. Мы с облегчением спустились в нее, найдя укрытие от ружейного огня. За каким-то перелеском мы остановились, чтобы перевести дух. Слава богу, наступали сумерки. Это спасло нас, иначе русские перестреляли бы нас как кроликов на плоской открытой равнине, расстилающейся перед Харьковом. В нашей батарее осталось 12 человек.

Перевод и обработка - Владимир Крупник

 

Знак «Боевая шпанга подводника» (U-Boot-Frontspange) учрежден 15 мая 1944 г. По статуту существовало две степени: 2-я степень — бронзовая; 1-я степень — серебряная. Первая степень была введена дополнительно 24 ноября 1944 г. по распоряжению гроссадмирала Денница. Знаком награждались команды подводных лодок, выполнивших специальные задания командования, а также за подтвержденные факты индивидуально проявленного героизма.Исключительным правом награждения шпангой 1-й степени обладал командующий Военно-морским Флотом Германии — гроссадмирал Денниц. Правом награждения 2-й степенью обладал командир флотилии. • Пряжка представляла собой цинковый венок из дубовых листьев, увенчанный имперским орлом. В центре помещалось изображение подводной лодки, а снизу — скрещенные мечи. По краям пряжки, на уровне среднего ряда дубовых листьев, были изображены две пары желудей. Сочетание всех вышеназванных элементов должно было символизировать отвагу и воинскую доблесть экипажей германских подводных лодок.Пряжку носили на левом нагрудном кармане кителя, способ крепления знака — булавка. Размер пряжки 76 х 24 мм. Данных о количестве награжденных не сохранилось.

 

Из книги Дмитрия Шостаковича «Свидетельство» (запись Соломона Волкова) 

Сталин по нескольку дней никому не показывался. Он много слушал радио. Как-то Сталин позвонил руководству Радиокомитета и спросил, есть ли у них запись 23-го фортепианного концерта Моцарта, который слышал по радио днем раньше. «Играла Юдина» — добавил он. Сталину сказали, что, конечно, есть. На самом деле не было никакой записи — концерт передавался вживую. Но Сталину боялись сказать: «Нет», — никто не знал, какие могли быть последствия. Человеческая жизнь для него ничего не стоила. Все, что можно было, это — соглашаться, кивать, поддакивать, пресмыкаться перед сумасшедшим. 

Сталин потребовал, чтобы к нему на дачу прислали запись исполнения Моцарта Юдиной. Комитет запаниковал, но надо было что-то сделать. Позвонили Юдиной и оркестру и сделали запись той же ночью. Все дрожали от страха. За исключением Юдиной, естественно. Но она — особый случай, ей было море по колено. 

Юдина позже рассказывала мне, что дирижера пришлось отослать домой, так как он от страха ничего не соображал. Вызвали другого дирижера, который дрожал, все путал и только мешал оркестру. Наконец третий дирижер оказался в состоянии закончить запись. 

Думаю, это — уникальный случай в истории звукозаписи: я имею в виду то, что трижды за одну ночь пришлось менять дирижера. Так или иначе, запись к утру была готова. Сделали одну-единственную копию и послали ее Сталину. Да, это была рекордная запись. Рекорд по подхалимажу. 

Вскоре после этого Юдина получила конверт с двадцатью тысячами рублей. Ей сказали, что это — по специальному распоряжению Сталина. Тогда она написала ему письмо. Я знаю об этом письме от нее самой и знаю, что история покажется невероятной. Но, хотя у Юдиной было много причуд, одно я могу сказать точно: она никогда не врала. Я уверен, что это правда. Юдина написала в своем письме что-то в таком роде: «Благодарю Вас, Иосиф Виссарионович, за Вашу поддержку. Я буду молиться за Вас день и ночь и просить Господа простить Ваши огромные грехи перед народом и страной. Господь милостив, Он простит Вас. Деньги я отдала в церковь, прихожанкой которой являюсь». 

И Юдина послала это убийственное письмо Сталину. Он прочитал его и не произнес ни слова, даже бровью не повел. Естественно, приказ об аресте Юдиной уже был готов, и малейшей гримасы хватило бы, чтобы уничтожить даже ее след. Но Сталин смолчал и отложил письмо в тишине. Ожидаемого движения бровей не произошло. 

С Юдиной ничего не случилось. Говорят, когда вождя и учителя нашли на даче мертвыми, на проигрывателе стояла ее запись Моцарта. Это — последнее, что он слышал.

 

Американский ковбой Кларенс Хэйли Лонг. Эта фотография, сделанная в 1949 году, — прототип знаменитого Ковбоя Marlboro. 

На этой фотографии Кларенсу Хэйли 39 лет. Он работал и жил на ранчо в Техасе. Однажды Кларенс отправился в город пройтись по магазинам, там-то его и «словил» фотограф из LIFE. Вскоре в журнале появилась фотография типичного техасского ковбоя и его незамысловатая life-story с высказываниями типа «не считая хорошей лошади, женщины — лучшая штучка в мире». 

В том же 1949 году рекламисты Leo Burnett пребывали в идейном поиске: их крупный клиент Philip Morris, выпускавший с 1924 года дамские сигареты Marlboro, искал новый образ для бренда. Сейчас это уже легенда рекламной индустрии, но тогда Leo Burnett каким-то чудом удалось убедить Philip Morris «поменять пол» своего бренда. И лицо Кларенса Хэйли Лонга, простого техасского ковбоя, вознесло обновленный бренд на вершины табачного Олимпа.


Комментарии   

# Артемий 2018-06-30 17:59
Цитата:
Знаком награждались команды подводных лодок, выполнивших специальные задания командования,
# Zeff1978 2018-06-30 20:07
По поводу Моцарта и тп - надеюсь это очевидцами написано (читавшими письма Сталину и следившими за его бровями). )))

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.