fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Ноябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
29 30 31 1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 1 2

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (4 Голосов)

Бавария и Мюнхен погрузились в сумрак послевоенной смуты. Люди держались друг от друга подальше, но в то же время ждали спасения. Рурский конфликт породил противоречивые чувства; с одной стороны Баварцы чувствовали себя как никогда уязвимыми, но с другой были горды тем, что смогли противостоять агрессии соседей. Однако последовавший сразу за конфликтом кризис подорвал дух Баварии, мародёрства случались всё чаще, нищета усугублялась. Посреди всех бесчинств дружба Эмиля Мориса и Адольфа Гитлера крепла. Часовщик, в общем-то, жил не плохо для тех лет и мог многое себе позволить. Он щеголял по улицам, одетый как гангстер и как гангстер же атаковал людей. Внутри него кипели тёмные страсти, которые только ждали лишь момента, чтобы выплеснуться...

За рулём личный шофёр А. Гитлера Эмиль Морис.

Доверие и дружба.

После событий в "Хофбрайхаус", Гитлер и Морис сблизились. Гитлер, пожалуй, доверял ему даже больше, чем Рудольфу Гессу, который, в разгар ноябрьской драки, подставился под удар каменной кружкой, направленной в Гитлера. Эти ударом, напоминанием о котором до конца жизни служил шрам, Гесс заслужил себе комплементарный эпитет "доблестный Рудольф" и должность личного секретаря Гитлера. Эмиль был вечным спутником Гитлера в пивных ресторанах, они вместе посещали места развлечений, знакомились с женщинами. В результате, Морис стал личным шофёром Гитлера и его телохранителем -- таков был результат доверия и дружбы с будущим фюрером.

Эмиль Морис слева от Гитлера, 1930-е.


Когда у партии появились свои первые авто, Эмиль Морис был направлен на курсы вождения на счёт партии. Как и Гитлер, Эмиль любил автомобили. Эта страсть также сближала фюрера со своим телохранителем. Эмиль Морис любил шик и одевался как американский гангстер: чёрные плащ и пальто, скрывавшие модный костюм. Склонность Эмиля к гангстеризму проявлялась и в его частых заключениях. Ни раз он попадал за решётку за драки и антисемитскую пропаганду. Однажды даже за попытку покушения на члена правительства Веймарской республики. Во время очередного заключения, в марте 1923 года, лидерские полномочия СА были переданы руководством партии от Мориса к Герману Герингу.

Был ли это манёвр?

Между заключениями, в свободное время от обязанностей лидера штурмовиков, личного водителя и телохранителя Гитлера и частых кутежей с ним же, Эмиль продолжал заниматься часовым ремеслом. Его мастерская приносила стабильный и неплохой доход. В разорённой Веймарской республике такой стабильностью можно было похвастаться. Вырученных денег Морису хватало, чтобы хорошо себя одевать, посещать рестораны и снимать достаточно неплохую квартиру. Он жил на одной улице с Гитлер, но оратор партии, в отличие от главы штурмовиков, не располагал достаточными средствами, по причине чего ютился в достаточно неприглядной комнате. После посещений кино и театров, друзья и однопартийцы, бывало заглядывали к девушкам. Гитлер стеснялся своего жилья и, когда у него возникала потребность в уединении с дамой, Эмиль великодушно и учтиво передавал Адольфу ключи от своей квартиры.

Французы в Баварии, Рурский конфликт, 1923 г.
Однако, личная дружба не помогала Эмилю продвигаться по партийной лестнице. Он продолжал оставаться постоянно при Гитлере в лице главу штурмовиков, шофёра и телохранителя в то время, пока весьма значительные посты занимали другие. Жалование, выплачиваемое Морису было не слишком большим, гораздо выгоднее было вплотную заняться часовым ремеслом, что Эмиль и сделал летом 1923 года, после того как он вышел из тюрьмы и узнал что главой СА, его собственного детища, теперь является Геринг. Возможно это был манёвр Мориса, попытка лавирования посреди ситуации и банальное набивание себе цены.

Так избивать могут только они!

Уход Эмиля был воспринят без заметных трагедий. Однако время шло, положение правительства Веймарской республики ухудшалось, недовольство росло. Рурский конфликт привёл страну к глубочайшему кризису, а население к моральному поражению. И вот, руководство NSDAP решилось на действия. Но действия не состоялось без боксёра-любителя Эмиля. Не долго думая, Эмиль Морис согласился и вернулся в ряды партии. 8 ноября 1923 года в пивном ресторане "Бюргербрау" собрались главы правительства Баварии с целью выслушать доклад премьер-министра Баварии Густава фон Кара. Двери в пивную распахнулись и внутрь ворвался Адольф Гитлер и его сторонники. "Здание окружено нашими штурмовиками! Мы низвергаем правительство и устанавливаем национальную диктатуру!" -- таковы были заявления, сделанные Гитлером. Позади него стояли трое, вооружённые пистолетами: бравый Ульрих Граф, "доблестный" Рудольф Гесс и "мужественный" Эмиль Морис.

Мюнхен, Одеонсплатц, 9 ноября 1923 года, на следующий день после "Пивного путча".
Трио было снова в сборе. "Пивной путч", как в последствии назвали события тех дней, был самым ответственным, громким и дерзким действием NSDAP на тот момент. И разумеется, участвовать в нём собирали прежде всего самых старых, верных, проверенных и надёжных членов. Графф, Гесс и Морис были просто не заменимы тогда. Благодаря своему пристрастию к насилию и идеализму так избивать и расправляться с противниками могли только они. Глухой хруст и треск от их ударов по противникам, подобно боевому маршу, воодушевлял рядовых штурмовиков. Наследующее утро Морис возглавил отряд штурмовиков и повёл его на разгром мюнхенской газеты социал-демократической партии, затем вломился в дом одного из депутатов этой партии, перевернул всё вверх дном и закончил день, взяв под стражу несколько полицейских чинов.

Эмиль Морис наконец-то нашёл себя, дал разыграться страстям своей души и выплеснуться им наружу. Теперь он был властью на улицах Мюнхена. Эти упоение насилием и наслаждение чувством контроля за чьими-то судьбами, приведут страну к катастрофе, но Эмиль даже и подумать не мог, насколько велика будет эта катастрофа. Хуже чем было тогда, думал он, быть уже не может. Ему надо было заботиться о себе, и он это делал, абсолютно не интересуясь судьба окружающих и тем более их будущим. Гангстер, живший в его душе, брал верх. 8 ноября 1923 года, Германия прошла точку невозвращения. Её судьба во многом зависела и вершилась в Мюнхене такими человеческими чертами, как эгоизм, чувство самосохранения, переросшее в открытую агрессию, наслаждение собственными величием и безнаказанностью посреди хаоса. И Эмиль Морис сыграл одну из главных ролей в те дни, оставаясь при этом в тени фигуры Адольфа Гитлера. Однако довольно странными выглядят взаимные дружба и доверие Гитлера и Мориса. Оба они были заброшены на собрания бывшей Рабочей партии разведовательным управлением военного командования Баварии. Не была ли их дружба прикрытием следствием их агентурной деятельности?

Автор: Billy Poole

спасибо


Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.