fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Июль 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.86 (14 Голосов)

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Суд над Альфредом Розенбергом. В кадре смеющийся зал заседания. 1946 год. 

Доктор Тома стоит на трибуне и, обращаясь к суду, предъявляет один за другим документы в защиту Альфреда Розенберга. Перед адвокатом микрофон. Рядом с микрофоном специальное устройство, которое позволяет оратору на время отключаться от зала. К этому устройству адвокаты прибегают всякий раз, когда хотят сказать что–либо своему ассистенту, сидящему за столом рядом с трибуной. Ассистент доктора Тома внимательно слушал патрона и услужливо подавал ему соответствующие документы. Но вот он то ли ослышался, то ли сам Тома оговорился, и в руках адвоката оказалась книга Розенберга « Миф XX столетия». Тома механически хотел передать ее судьям, однако в самый последний момент обнаружил оплошность. Побагровев до ушей, адвокат сверкнул гневным взглядом в сторону своего ассистента, и вдруг по всему залу, во всех наушниках явственно прозвучало: 

— Болван, зачем вы мне суете это дерьмо? 

Тома забыл, оказывается, выключить микрофонное устройство. Все присутствовавшие на этом заседании разразились хохотом, настолько дружным и мощным, что даже лорд Лоуренс, неизменно подчеркивавший, что «смех в зале причиняет моральный ущерб достоинству трибунала», ничего не мог сделать. Старый опытный судья сумел сдержать лишь самого себя, да и то ненадолго. Во время перерыва он тоже хохотал так, что стены дрожали. Хохотали и подсудимые. Один лишь Розенберг был мрачнее тучи, метал громы и молнии в адрес своего незадачливого адвоката.

 

Первый немец получивший золотую медаль по легкой атлетике ― Ганс Вельке ― был убит белорусскими партизанами вблизи Хатыни. За смерть «национального героя» собственно и сожгли Хатынь и еще пару сел. 

В 1936 году в Берлине проходили Олимпийские игры. Первым олимпийским чемпионом на этих играх стал немецкий атлет ― толкатель ядра Ганс Вельке. Он не только стал чемпионом, и не только установил мировой рекорд, но и стал первым немцем, завоевавшим золотую олимпийскую медаль в легкой атлетике. 

Спустя семь лет, утром 22 марта 1943 года в далекой от Берлина оккупированной Белоруссии на перекрестке Плещеницы-Логойск-Козыри-Хатынь партизаны отряда «Мститель» обстреляли легковую машину в которой ехал командир одной из рот 118 полицейского батальона гауптман Ганс Вельке. Вместе с бывшим легкоатлетом были убиты еще несколько полицейских-украинцев.

 

Де Голь

Во время Первой Мировой де Голль был трижды ранен и один раз заочно похоронен с военными почестями. Раненным он попадает в немецкий плен. Там он знакомится с Михаилом Тухачевским. Тухачевского тоже заочно считают погибшим. Они встречаются в лагере для неисправимых беглецов в Ингольштадте. Де Голль шесть раз пытается бежать. Безуспешно. Тухачевскому удается сбежать с пятой попытки.

Второй раз их пути пересекаются в Польше. Де Голль преподавал в польском военном училище теорию тактики. В 1920 году началась советско-польская война. Со стороны Польши в ней участвовал и де Голль. Одной из советских армий командовал Тухачевский. Оба потом напишут об этой войне. Де Голля – «Битву на Висле», Тухачевский - «Поход за Вислу». И оба считают, что будущее за танками. Тухачевский будет инициатором перевода работ де Голля на русский язык.

Последний раз они встретятся в 1936 году во время поездки уже маршала Тухачевского во Францию. Встреча произойдет в ресторане «Ларю» на улице Руаяль. Там соберется 20 человек - бывших пленников крепости Ингольштадт. Через год Тухачевского обвинят в заговоре и расстреляют.
А звездный час де Голля настанет в 1940.

 

Плакат еврейской прокоммунистической организации The Workmen’s Circle/Der Arbeter Ring с призывом помощи голодающим рабочим и крестьянам в России

Союз "Арбетер Ринг" был создан в 1900-м году евреями-ремесленниками и рабочими, бежавшими в Канаду от погромов в Российской империи (немецкий - вполне разговорный язык для Онтарио тех лет и самих ашкенази). Изначально занималась помощью еврейским беженцам-рабочим. Денег дали такие же нищие ашкенази-иммигранты из Германии и Восточной Европы. После событий 1905-07 гг., в Канаду приехали ушедшие от преследования чоткие парни из "Бунда". Бундовцы ступили в организацию, подмяли под себя руководство и перевели ее на социалистические рельсы - "Арбетер Ринг" стал включаться в профсоюзную борьбу и феерить на митингах и демонстрациях. К ПМВ "Арбетер ринг" участвовал во большинстве профсоюзных объединений Канады и Восточного побережья США, где занимался, в первую очередь, защитой евреев-рабочих, но на принципах солидарности со всем рабочим классом. То есть за еврея вписывались по определению - жестко и по полной, но и в общих стачках участвовали в обязательном порядке. При обращении за помощью рабочего-нееврея тоже не отказывали. Особое влияние "Арбетер Ринг" имел в Филадельфии и Бостоне, где после серии стрелок и поножовщин умерил амбиции местной "профсоюзной мафии" и стал реальной политической силой.
С различными еврейскими филантропическими и просто общественными организациями находился в контрах. Ну какому нормально еврейскому банкиру или коммерсанту понравятся призывы к распределению прибыли по вложенному труду, союзу с трудовым сельским элементом и вообще такое

Осень 1921 года "Джойнт" объявил сбор средств по Америке в помощь пострадавшим от голода евреям. В сбор включились все еврейские организации. Но "Джойнт" тогда состоял в АРА, а с акулами капитала "Арбетер Рингу" было не по пути. Они объявили свой сбор для рабочих и крестьян через рабочие профсоюзы. Деньги сразу обещали делить так: из 2 пожертвованных долларов, один пойдет на еврея-рабочего или крестьянина, второй - на его соседа-нееврея, какой бы нации он ни был. В недельный срок Филадельфия, Бостон и Чикаго собрали 1 миллион 400 тысяч долларов. Сам "Джойнт" собрал через банкиров, фонды, меценатов и общественные организации в месяц 9 миллионов.
Правительство США наложило арест на деньги для рабочих - типа пойдут на комми и Красную армию. После переговоров с Совпра, было решено, что эти деньги перейдут "Джойнту", а "Джойнт" будет работать на тех же принципах: на одного еврея кормить и лечить одного нееврея. Кроме того, от "Арбетер Ринг" на Укарину и в Крым поехали комиссары, которые следили за классово верным распределением помощи.

С конца 1922 года "Арбетер Ринг" уже самостоятельно собирает помощь, в первую очередь сельскохозяйственным инвентарем и рабочими инструментами (откуда и плакат), и пересылает ее через организацию "Друзья Советской России" в села, где есть еврейские крестьянские хозяйства и на заводы.

 

Резня в русском посольстве в Тегеране 30 января (11 февраля) 1829 года — массовое убийство сотрудников русского посольства исламскими фанатиками. Среди погибших был и глава дипмиссии Александр Грибоедов, автор знаменитой комедии «Горе от ума». 

После заключения Туркманчайского мирного договора в апреле 1828 года Александр Грибоедов был назначен послом России в Персии. Осенью 1828 года посольство прибыло в Персию. Основной задачей Грибоедова было добиться от шаха выполнения статей мирного договора и, в частности, выплаты контрибуции по итогам русско-персидской войны. За проигрыш в войне была вынуждена расплачиваться вся страна, что значительно усилило недовольство в персидском обществе. 

20 октября 1828 года Грибоедов писал министру иностранных дел Российской империи графу К. В. Нессельроде: 

«Аббас-Мирза велел расплавить в слитки превосходные золотые канделябры и разные вещи из гарема, одна работа которых стоит столько же, сколько самый металл…» 

Начиная с января 1829 года в посольстве находили убежище армяне, просившие Грибоедова о помощи с возвращением на родину, которая к тому времени стала частью Российской империи. Несмотря на возможность опасных последствий для себя и посольства в целом, Грибоедов разрешил им укрыться в посольстве. Среди перебежавших были две армянки из гарема родственника шаха Аллахяр-хан Каджара и евнух-армянин из шахского гарема, который на свою и чужую беду слишком много знал. Укрытие Грибоедовым армян в русском посольстве послужило причиной для возбуждения недовольства исламских фанатиков, которые начали антирусскую пропаганду на базарах и в мечетях. 

Ненависть к послу в придворных сферах разжигали также и английские дипломаты, в условиях «большой игры» не желавшие усиления позиций России в Азии. 

30 января (11 февраля) 1829 года толпа тегеранцев, возглавляемая людьми Аллаяр-хана, напала на русское посольство. Зачинщиком нападения был муджшехид Месих. По показаниям персидских сановников, в тот день у посольства находилось около 100 тысяч человек. Руководители заговора быстро потеряли контроль над ними. Предвидя, какой опасности он подвергается, Грибоедов за день до нападения послал ноту шаху, заявляя, что из-за постоянных угроз он вынужден просить своё правительство об отзыве его миссии из Персии. 

Конвой миссии из 35 казаков оказал сопротивление, но силы были неравны. Грибоедов спустился ко входной двери, которую пытались оборонять казаки, и также оказал сопротивление. В схватке погиб весь конвой миссии и, как принято считать, сам Грибоедов (тело дипломата, изуродованное до неузнаваемости, вроде бы опознали по остаткам посольского мундира и старому ранению, полученному на дуэли с А. И. Якубовичем в 1818 году). Из всего русского посольства спасся лишь секретарь миссии Мальцов, сумевший спрятаться во время резни. 

Резня в тегеранском посольстве вызвала дипломатический скандал. Улаживать отношения с Россией шах послал в Санкт-Петербург своего внука Хозрев-мирзу. В его задачу входило добиться принятия извинений за убийство посла и смягчения бремени контрибуции. В числе богатых даров, преподнесённых им российскому императору Николаю I, был и знаменитый алмаз «Шах». В конечном итоге резня не послужила причиной серьёзных осложнений в отношениях между Россией и Персией, а выплата куруров была отложена на пять лет. 

Николай I — Хозрев-мирзе, приняв алмаз: «Я предаю вечному забвению злополучное тегеранское происшествие». 

Несмотря на героическую гибель Грибоедова и его хорошую репутацию, российские власти возложили ответственность за происшедшее именно на него. При этом официальная точка зрения на катастрофу в Тегеране была установлена в России задолго до того, как были получены подробные сведения о ней. 
«При сём горестном событии Его Величеству отрадна была бы уверенность, что шах персидский и наследник престола чужды гнусному и бесчеловечному умыслу и что сие происшествие должно приписать опрометчивым порывам усердия покойного Грибоедова, не соображавшего поведение свое с грубыми обычаями и понятиями черни тегеранской», — писал министр иностранных дел России Нессельроде.

 

Легенда об исчезнувшем батальоне родилась в 21 день августа 1915 года. В этот день бесследно исчез батальон 5 Норфолкского полка британской армии. Белым днем, непонятно каким образом батальон, имея в своём составе 267 человек, навсегда исчез из нашего мира, как будто его никогда не было. А произошло это во время Первой Мировой войны.

В феврале 1915 года англичане провели крупную десантную операция в Дарданеллах против турок. Задача была поставлена масштабная: захватить Стамбул и соответственно Босфорский пролив, для установления связей с российским флотом — армией. Были и другие задачи в этой операции, получившей название «Галлиполийская кампания». В целом компания длившаяся год, прошла неудачно, стоила британцам тысяч погибших солдат, а в итоге англичанам пришлось свернуть операцию, силами флота эвакуировать армию.

Вот во вовремя этой компании и исчез батальон солдат. Утром 21 августа командир батальона 5 Норфолкского полка полковник Хорэйс Бошем получил приказ от командующего Средиземноморскими экспедиционными силами генерала сэра Йена Гамильтона, предписывающий отбить опорный пункт турецкой армии на высоте 60. Для этого батальону необходимо было пересечь долину бухты Сульва и атаковать турок на этой высоте. Что интересно, нижние склоны холма были окутаны странным туманом, который не рассевался от сильного ветра, дувшего с юго-запада. Именно этот туман и скрыл наступающий батальон. Как потом стало известно, скрыл 267 человек навсегда. Высота была не взята.

Из доклада о том бое военному министру Китченеру генерала сэра Йена Гамильтона «Батальон Норфолкского полка был на правом фланге и в какой-то момент почувствовал менее сильное сопротивление противника, чем то, которое встречала остальная часть бригады. Против отступающих сил противника полковник сэр Хорэйс Бошем — храбрый, уверенный в себе офицер — повел упорный натиск, увлекая за собой лучшую часть батальона. Сражение усиливалось, а местность становилась более лесистой и изломанной. Многие бойцы были ранены или доведены до изнеможения жаждой. Они вернулись в лагерь в течение ночи. Но полковник с шестнадцатью офицерами и 250 бойцами продолжал преследование, оттесняя противника. Они углубились в лес и перестали быть видны и слышны. Никто из них не вернулся».

За наступлением батальона наблюдали солдаты I новозеландской дивизии, которые ошалели от картины, что предстала на высоте 60 перед их глазами. Двадцать два из них, спустя 50 лет подписали коллективное свидетельство, удостоверяющее в форме отчета их воспоминания.

Они утверждали: «странный туман стал как-то плотно закручиваться, пока не превратился в очень густое облако, похожее по форме на буханку хлеба. После этого облако покинуло гору и поднялось в небо. Дальше оно поплыло по совершенно чистому небу против ветра! Что касается солдат, то на склоне холма их уже не было! Ни одного!». Что можно подумать об исчезновении почти трех сотен сотен солдат и офицеров: плен или гибель?

Так и британцы посчитали, но в 1918 году побежденная Турция стала возвращать британских военнопленных. И тут выяснилось, что 21 августа 1915 года турки пленили 35 британцев. И только один из них — рядовой Браун —из Норфолкского полка. Другие солдаты, будучи в плену не видели и ничего не слышали о солдатах этого батальона. В архивах так же не были найдены сведения об обнаружении тел погибших на поле боя с турками.

Об исчезнувшем батальоне стало известно в 1967 году, после снятия грифа секретности с документов по Дарданелльской компании. Так исчез целый батальон 5 Норфолкского полка! Кстати, официальная сводка погоды по бухте Сульва на то утро подтверждает слова двадцати двух солдат новозеландцев. Склоны высоты 60, «были покрыты странным, неестественным туманом, который затем поднялся совершенно невероятным образом в небо».

 

Сказка и быль Ганса Христиана Андерсена 

Как это ни странно, но великий сказочник недолюбливал свою фамилию. «Из тех, чье имя кончается на -сен никогда ничего не выйдет путного», — говорит одна из его сказочных героинь. 

Возможно, это следует приписать тому, что Ганс Христиан Андерсен был типичный ипохондрик. Его самочувствие особенно ухудшалось, если ему отказывали в признании: «Моя душа счастлива только тогда, когда все мною восхищаются. Достаточно одного сомневающегося голоса, как я падаю духом!» 

В детстве ему не хватало признания со стороны сверстников, которые нещадно били будущего писателя и стягивали с него штаны. Маленький Андерсен окончательно ушел в себя. Его лучшими друзьями стали деревянные куклы. Он шил им платья, придумывал для них смешные и грустные истории, в которых куклы оживали. Ему почему-то не хотелось, чтобы его принцы и принцессы говорили на датском языке. Для своих героев он придумал новый язык, смесь датского, немецкого, английского и французского. 

Постоянное беспокойство, нервные срывы, желание сделать большее доставляли страдания Андерсену и впоследствии, когда он стал знаменит. Ему всюду чудились насмешки и издевательства, глумливый шепот, который, словно шлейф, тянулся за ним из самого детства. Писатель не желал никого видеть, но и оставаться подолгу в одиночестве ему было невмочь. 

Он никогда не был прилежным учеником. По дороге в школу бегло прочитывал заданное, и этого ему казалось достаточно. Поэтому Андерсен так и не научился писать грамотно. При письме он делал такое количество орфографических и грамматических ошибок, что приходилось нанимать нескольких девушек, которые переписывали все заново. 

Между тем писал Андерсен легко — у него уходило не больше двух дней на самую большую историю. Не было проблем и с поиском тем. «Сказки сами приходят ко мне, — говорил Ганс Христиан. — Их нашептывают деревья, они врываются с ветром. Они всюду, надо только заметить их…». 

Андерсен был одинок, но, кажется, не страдал от отсутствия семьи. Сам он упоминает только об одной привязанности к женщине. Это была его первая несчастная любовь, которую Андерсен долго не мог забыть. Его отношения к женщинам носили особую окраску. Они смотрели на него как на милого товарища, брата, и только. Возможно, Андерсен был слишком женствен по натуре, чтобы возбуждать к себе иные чувства. Кроме того, сказывалась и его некрасивая наружность. В молодости Андерсен, вероятно, страдал от такого отношения к себе женщин, но потом свыкся с ролью их друга и вполне довольствовался своим положением. Его взгляд на женщин отличался возвышенным, идеальным характером. 
Однажды, будучи в Париже, Андерсен отправился смотреть канкан в знаменитый Баль-мабиль. Какой-то знакомый указал ему на развеселую парижскую красавицу и спросил: 
— Что скажете вы о таком личике? 
К большой обиде красавицы Андерсен посмотрел на луну, сиявшую полным блеском, и сказал: 
— Мне больше нравится вот это старое, но вечно юное лицо. 

Тем не менее, не смотря ни на что, писатель считал себя необыкновенно счастливым человеком. Вот какими словами начинается его автобиография: 
«Моя жизнь – прекрасная, роскошная сказка. Если бы в то время, когда я вступил в свет маленьким, бедным, одиноким мальчиком, ко мне явилась всемогущая фея и сказала: „Выбирай свою цель и направление, а я буду тебя наставлять и защищать“ – моя судьба не могла бы быть счастливее, умнее и лучше. Моя жизнь скажет миру то же, что она сказала мне: есть милосердный Бог, который все приводит к лучшему». 

Андерсен пользовался большим расположением датских королей, в царствование которых протекла его жизнь, и являлся желанным гостем при дворе многих иностранных государей и принцев. Он читал им свои произведения и охотно участвовал в придворных празднествах, прогулках и увеселениях. Такое препровождение времени казалось ему роскошным сном, волшебной сказкой и доставляло какую-то детскую радость. 

За Андерсеном водилась еще одна привычка — убивать своих персонажей. Подсчитано, что из 156 сказок, написанных Андерсеном, 56 заканчиваются смертью героя. Однако, по замыслу писателя, такая концовка не должна была навевать на читателя пессимизм. Он верил в высшую гармонию жизни, побеждающую смерть. Недаром, его сказка «Ледяная дева», несмотря на свой крайне печальный конец, завершается фразой: «Бог все устраивает к лучшему для нас».


Комментарии   

# Quatro 2018-04-05 08:42
И где объяснение пропажи батальона? Или типа случая с группой Дятлова?
# nohelper2 2018-04-05 15:06

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.