fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Октябрь 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
25 26 27 28 29 30 1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30 31 1 2 3 4 5

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (1 Голос)

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Михаил Александрович Шолохов восхищался чекистом С.А Болотовым. Подписав первый том "Тихого Дона" словами: "Степану Архиповичу Болотову чья красочная жизнь, ждет своего отоброзителя с любовью и признательностью М.А.Шолохов."

       Степан Архипович Болотов - уроженец д.Тупики Острожской волости Оханского уезда, из простых военных писарей стал председателем Оханской ЧК, затем возглавлял ОГПУ-НКВД в Перми, Новороссийске, Чите, он дослужился до звания комкора.
      Чекист Болотов и 1937 год пережил, но жизнь до этого преподнесла "сюрпризы". В 1929 году особым совещанием ВЧК (внесудебное решение) был приговорен к 10 годам тюрьмы.
      Но в 1932 году благодаря стараниям соратников был освобожден. За восстановление в чекистских правах Болотова С.А. в 1934 году ходатайствовали: Матвей Берман и Деребас. Достаточно крупные фигуры в ОГПУ на тот момент.
С 1932 года по 1934 год была работа в "Вишер.лаге.", "Даль.лаге", строительство трассы "Волочаевск - Комсомольск". В   1934 году восставлен в Чекистских правах.
     В общем, жизнь была бурная, достойная настоящего "Старого Чекиста", но оборвалась нелепо - заслуженные чекист Болотов С.А. застрелился в 1947 году.

Болотов с Шолоховым.

После Гражданской войны Болотов так вспоминал начало своей службы в ЧК:

      "Я явился к комиссару Временного правительства Кузнецову с несколькими красногвардейцами, которых оставил в коридоре. В кабинете комиссара сидели земцы: Пономарев И.Ф., Пепеляева и Улитин, которых мой приход привел в смешливое настроение. Они смеялись во все горло, спрашивая меня: - Не за властью ли?
       Кузнецов начал было фразу, что через мой труп вы только сможете получить власть, но не успел договорить ее до конца, как по моему знаку вошли в кабинет вооруженные красногвардейцы, один вид которых заставил присутствующих застыть на месте.
        Я предъявил мандат Совета и предложил немедленно сдать дела, после чего оставить помещение навсегда. - Что же касается вашего трупа, добавил я, то он меня менее всего интересует, а неподчинение приказу Совета повлечет для Вас немедленное отправление Вас в тюрьму, не к офицеру Прокурорскому, а к нашему брату - рабочему Коробейникову. Вся передача дел после этих слов заняла не более 10 минут."

Болотов. 1918 г.

"Наши враги решили действовать. Эсерка Грахова выехала в Острожку, где ее знали как учительницу по внешкольному образованию и где у нее было много знакомых среди местных крестьян.
       Ей удалось завербовать богатея купца Ахмата Захаровича Ситтикова и кулака - крестьянина из деревни Ольховки Петра Прокофьевича Носова, которые для выполнения задуманного плана выбрали самых отчаянных пьяниц - сельчан - Андрея Кожевникова, Филиппа Потанина и др., которым и поручено было выкрасть винтовки из кладовой волостного совета.
       Изрядно выпив за счет заговорщиков кумышки, указанные мужички пришли в волисполком в неурочное время и, застав только одного сторожа, предложили ему начать борьбу, очень хорошо зная его страсть бороться.
      Сторож Герасим Петрович вступил с ними в единоборство, во время которого мужички вытащили у него ключи от несгораемой кладовой, где хранились винтовки, открыли кладовую, взяли оружие и совершенно пьяные, под руководством такого же пьяного Филиппа Потанина, стали производить аресты большевистски настроенных крестьян, а также представителей Советской власти.
      Волостной военком Маринкин был арестован, избит до такой степени, что был неузнаваем и брошен в бессознательном состоянии в каменный подвал бывшего волостного правления и заперт на замок.
      Увидев, что дело восстания налаживается, Грахова завербовала для повстанцев проживавшего в Острожке раненого прапорщика (из псаломщиков) Ивана Степановича Житникова, который оказался опытным руководителем военного дела и взял на себя ответственность за боевые действия повстанцев, число которых достигало около 3000 человек.

Удостоверение Болотова на "Маузер".

Был немедленно выслан отряд в 20 человек под командой Вожакова, но в Острожку он прорваться не смог ввиду сильного превосходства численностью врага.
      Одновременно с высылкой отряда очерцев на Острожку мы поставили в известность о происходящих событиях Губернский совет, который выслал в помощь нам карательный отряд под командой Михаила Поликарповича Зайцева и комиссара отряда анархиста - коммуниста Смирнова. Отряд состоял из 100 человек, был хорошо вооружен винтовками и двумя пулеметами. Вместе с карательным отрядом выехал в Острожку и я.
      Приехав в Острожку, красногвардейцы убили крестьянина д. Липовки Федора Бурдина, избивавшего Маринкина. Затем нами были арестованы главари П.П. Носов. А.З. Ситтиков и отец Носова П.И. Носов, принимавший участие в избиении Маринкина, все они были расстреляны у моста на реке Очере.
      Арестовали и отправили в тюрьму крестьянина дер. Казаночки Александра Григорьевича Пирожкова, в доме которого нашли и избили повстанцы Маринкина.
      От священника Всеволода Пьянкова было потребовано из толпы обьяснение - почему он служил пасхальную службу, когда на его глазах избивались его же ближние.
      Священник никаких обьяснений дать не мог, чем воспользовался комиссар карательного отряда Смирнов в своей обширной речи на митинге у волостного Совета, давший яркую характеристику "черного воронья".
      На пути в Оханск карательный отряд встретил у р.Камы возвращавшегося с крестьянского съезда Нытвенского делегата Каменева - одного из активных земских прислужников, которого узнали красногвардейцы, уроженцы Нытвы и расстреляли на месте.
     Для ликвидации же Дубровского восстания был послан Губернским Советом отряд красногвардейцев - железнодорожников под командой Соловьева, который расстрелял 8 человек зачинщиков, в том числе двух депутатов, вернувшихся с крестьянского съезда Пьянкова и Чазова."

Фотография чекистов Болотова и Раева (Каминского) в Новороссийске.

(Справка: Руководитель восстания Грахова Агриппина Семеновна, 1888 г.рождения, уроженка д.Лариха Дубровской волости Оханского уезда, эсерка, преподователь Пермского пединститута за контрреволюционную агитацию была приговорена особым совещанием при НКВД СССР 2 ноября 1936 г. к 5 годам лагерей. Тогда ей припомнили и Острожское восстание.
       Вместе с ней были подвергнуты репрессиям ее сестра Грахова Евдокия Семеновна, 1882 г.рождения, домохозяйка (ссылка на 5 лет в Казахстан).
       Заколодкина Апполинария Даниловна, 1887 г.рождения, уроженка г.Ижевска, также участвовавшая в Острожском восстании (5 лет лагерей) и Салтыкова Зинаида Николаевна, 1885 г.рождения, уроженка Очерского завода (г.Очер), корректор издательства "Звезда" (ссылка в Казахстан на 5 лет) но 1937 г. был еще впереди.)

Коллеги Болотова по Черноморскому ОГПУ.

"1-е Мая 1918 г. Впервые встречал советский Оханск международный рабочий праздник 1-е Мая, и на его долю выпала счастливая случайность, доставшаяся немногим русским городам, - видеть этот день, этот праздник не только советским, но и интернациональным в полном смысле этого слова.
       В нашем первомайском шествии в ясный солнечный день по утопавшим в молодой зелени улицам Оханска стройными колоннами двигались военнопленные: немцы и австрийцы, подвижные черные и смуглые усатые мадьяры и жизнерадостные певцы-итальянцы.
       Славно пел интернациональный хор красивые первомайские песни на своем певучем гортанном языке, реяли в воздухе революционные красные знамена с непонятными нам иностранными словами наряду с нашими лозунгами: "Мир всему миру", "Мир хижинам-война дворцам", "Владыкой мира будет труд" и т.д.
      Присутствие военнопленных вливало свежую бодрящую струю в каждого из нас. Оторванный от далекой, знойной, сказочно-красивой по природе родины с ее культурной жизнью, каждый итальянец, каждый венгр не чувствовал себя более одиноким в этом захолустном маленьком городке холодного неприветливого Урала.
      Они чувствовали, что это не Рождество и не Пасха, праздники, которые они скромно встречали в невзрачных бараках своего лагеря. Нет, в этот праздник новой молодой весны они знали, что их понимает и им сочувствует и радуется с ними одной радостью каждый сознательный оханский рабочий, каждый солдат в серой шинели, во все горло поющий "Мы наш, мы новый мир построим."

Пленные австро-венгерские солдаты и жители одной из русских деревень.

Горячо говорили ораторы перед Пленбежем и на русском, и на немецком, на мадьярском языках, а на них, ехидно улыбаясь, посматривали немецкие и австрийские офицерики да высшие солдатские чины, не принимавшие участия в пролетарском празднике.
       Они насмешливо помахивали в воздухе стэками, стараясь изобразить тот неласковый прием, который встретит каждый из таких иностранных манифестантов у себя на родине. Это поддразнивание не прошло незамеченным военнопленными и вызвало у них сильное проявление гнева.
      Правда, они не набросились сразу на обидчиков с кулаками, не расстроив своих колонн, а пошли с нами к зданию Совета, но, остановившись для митинга перед зданием Совета, они решили все-таки проучить своих соотечественников-дворянчиков.
       Наверное, дело бы дошло до кровавой расправы, если бы не вмешался своевременно член исполкома Лев Дмитриевич Тарасов, приват-доцент Пермского университета, пригласивший на митинг противников первомайского праздника-военнопленных офицеров и на немецком языке произносивший двухчасовую речь.
      Талантливый горячий оратор, товарищ Тарасов сумел убедить обе враждебно настроенные стороны и заставить их примириться. После чего офицеры приняли участие в манифестации и митинге."

Австро-венгерские военнопленные на строительстве Мурманской железной дороги.

"Первой работой ЧеКа была конфискация трех возов мяса, перевозимого тайно мясниками - спекулянтами через перевоз в Пермь, которое было сдано продорганам, а на владельцев был наложен штраф в размере 3000 рублей.
        Дней через пять, после моего приезда в Оханск я получил от Частинского волостного военного комиссара телеграмму о восстании в Шлыках и об убийстве Лузина, братьев Луневых, двух нытвенских рабочих, двух венгерцев и председателя сельского исполкома.
       Волостной комиссар сообщал, что Частым угрожает опасность и просил помощи нашей , ЧеКа предстояло первое боевое крещение. Военком Анисимов дал мне 26 человек венгерцев под командой П.Заякина, и с первым пароходом мы выехали в Частые.
      У пристани нас встретили Частинские коммунары. У них было 25 винтовок. Затем был собран отряд верховых разведчиков в 10 человек, вооруженных саблями и револьверами, и, имея в общем 50 человек пехоты, мы двинулись к Шлыкам.
      В Частых царила до нашего приезда страшная паника. Циркулировал слух о том, что в 6 верстах от Частых стоит толпа, вооруженная охотничьими ружьями, винтовками и дрекольями, и число их достигает 700 человек.
      Как выяснилось, восстание началось в Шлыках убийством Лузина А.В. и двух красногвардейцев и окончилось в деревне Глотовой, где были убиты братья Луневы, председатель исполкома Лузин же и два венгерца.
     После этого повстанцы решили идти на Частые, но одна из ближайших к Частым деревня не согласилась идти с бандитами, которые после решительного отказа жителей этой деревни решили вернуться домой, отдохнуть, а затем со свежими силами двинуться на Частые, разоружить Частинских коммунистов и объявить войну Оханскому Совету. Но наш приезд нарушил их планы.

Болотов на Кавказе с коллегами.

Ликвидация кулацкого восстания началась нами с первой деревни от Частых, состоявшей в заговоре, а именно с Глотовой. Приехав ночью в деревню Глотову, мы накрыли собрание среди ночи.
       Общественные собрания, на которых председательствовали уже не председатели исполкомов, а восстановленные сельские старосты. На этих собраниях составлялись общественные приговоры о том, что никакого участия крестьяне этой деревни в избиениях советских работников не принимали. Но несмотря на эти приговоры на скотском кладбище были найдены зарытые изрубленные трупы братьев Луневых и двух красноармейцев.
        Ночному Общественному Собранию под председательством старосты было предложено тотчас же вырыть трупы, обмыть их и отправить в Частые. Старосту отправили в подвал в Частые, куда потом было посажено еще 12 человек, а участников избиения расстреливали на месте после выловления их из гумен, лесов и т.д.
       Увидев растерзанные трупы Луневых и красноармейцев, отряд заволновался и потребовал наказания зачинщиков. В результате за ночь было расстреляно человек 29-30.
       Покончив с повстанцами, я с отрядом вернулся в Оханск и привез с собой трупы погибших товарищей. Наш пароход был встречен у пристани громадной толпой народа, мадьярам - красногвардейцам были поднесены цветы, а на другой день были устроены грандиозные похороны, и на могиле первых жертв контрреволюции был воздвигнут памятник. После Шлыковского восстания отношение к красноармейцам со стороны горожан изменилось в лучшую сторону.

В день выступления нашего отряда в Шлыки скрылся из Оханска председатель исполкома Федотов, чувствуя за собой вину за головотяпскую агитацию в Частинской волости и предстал перед судом Ревтрибунала лишь после отступления Колчака в 1919 году.
       В день похорон председателя сельского исполкома Лузина проходивших в Частых, по требованию собравшейся толпы были расстреляны Частинским Советом 12 человек, сидевших в подвале участников убийства Лузина.
       Выехавшей из губернии следственной комиссией с представителем Пермского отдела юстиции т. Гилевым был собран весь материал по делу восстания и ликвидации его, действия карательного отряда были признаны правильными, военным же трибуналом 3-й армии, где рассматривалось это дело, было приговорено дополнительно к расстрелу несколько человек - зачинщиков Шлыковского восстания."

"Сначала были взяты на учет все неблагонадежные элементы: чины полиции, охранки, принимавшие в 1905 году участие в подавлении рабочего движения, затем офицерская корпорация, состоявшая из демобилизованных офицеров, обретавшихся в Оханске без определенных занятий и упорно не желавшая идти на службу в Красную Армию.
        Кроме того, в списки неблагонадежных попали кадеты, член Учредительного собрания Подлипский, полковники Осипов и Топоров, начальник тюрьмы, участник расправ в 1905 г. в Николаевском Централе Прокурорский, всего около 50 человек.
       По приезду из Екатеринбурга для проведения красного террора члена Уральского Областного Комитета с полномочиями Уральской ЧК т. Ровинского, вся взятая на учет публика была арестована. Проведено было следствие в течении 5 дней, после чего по постановлению ЧК, санкционированному Советом, все 50 человек были приговорены к расстрелу.
       Большую помощь в деле проведения красного террора оказал матрос Омельченко, приехавший из Петрограда с мандатом за подписью т.Троцкого с аттестацией, рекомендующей его как боевого начальника разведки в красноармейских частях, расположенных на Украине, блестяще выполнявшего все задания.
       В помощь Омельченко был дан отряд матросов в 25 человек, которые своим появлением в Оханске терроризировали всю Оханскую обывательщину.

      Вскоре после красного террора по предложению Пермской Губернской Чека, мне пришлось выехать в уезд для ликвидации влияния епископа Андроника, которое через местных священников передавалось в народные массы.
      Мы объехали Таборы, Нытву, Шерью, Воробьи, Мокино, Григорьевское, Покровское и Никольское, провели волостные собрания, организовали коммунистические ячейки, арестовали в Воробьях попа, ревностно проводившего в жизнь предписание епископа Андроника о защите церковных земель и прочих благ и отправили в Оханск для следствия.
       В Покровске арестовали волостного военного комиссара Усанина за превышение власти (порку), послали с материалом в Пермскую Чека. Усанин оказался авантюристом и при отступлении красных был расстрелян за то, что, приняв красноармейский полк за белых, начал перед ними выдавать всех коммунистов."

"В момент отправки мобилизованных в Пермь в самую горячую и нервную работу в Оханске, чрезвычайная комиссия получила сведения о восстании в Сепыче, причем местными кулаками было убито 52 человека коммунистов и советских работников.
       Нами был выслан отряд в сто человек под руководством т.Вожакова, встретившегося там с карательным отрядом Пермской Губернской ЧеКа под командой т. Воробцова.
      Весь следственный материал и арестованные были отправлены т. Воробцовым в Пермскую ЧК, а от Вожакова в Оханском Совете был заслушан лишь устный доклад о ходе ликвидации, из которого видно было, насколько бесчеловечно расправляется контрреволюционная гидра, зарывая в могилу живыми коммунистов.

Групповая фотография коллег по Черноморскому ПП ОГПУ в подарок Болотову Степану Архиповичу. 1927 г.

За революционную работу т.Винокурова расплатилась ни в чем не повинная старшая сестра его, которую оторвали от малолетних детей и с грудным ребенком бросили в тюрьму, где она была выпорота и после отступления белых уведена пешком в Сибирь.
        Из-за меня просидела в тюрьме все время господства Колчака на Урале и получила несколько десятков ударов плетьми младшая сестра Александра, был расстрелян старший брат Николай Архипович Болотов, задержавшийся при отступлении в Воткинске и там же попавший в руки белых.
       У родителей в деревне Тупики было разорено хозяйство, и постоянными обысками с угрозой расстрела старики были совершенно забиты и запуганы. Могила у убитых в Шлыках т.т. Лузина и Луневых была сравнена с землей и памятник совершенно разрушен. Могила Волкова в с. Большая Соснова по приказанию белых властей была перенесена в другое место на кладбище.
       Перед отступлением белыми было расстреляно 42 человека, в том числе бывшие члены исполкома Некрасов и Старцев, а несколько сот человек уведено в Сибирь и замучено под пытками конвоя в пути."

спасибо


Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.