fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Июль 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.80 (5 Голосов)

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

КПП «Чарли»

Берлинский кризис 1958-1962 годов вошел в историю, как один из опаснейших эпизодов «холодной» войны.

27 октября 1961 года на границе американского и советского секторов в Берлине возник самый серьезный конфликт, известный в западной историографии как «инцидент у пропускного пункта Чарли»: американские войска начали операцию по уничтожению пограничных заграждений, разделивших Берлин. К контрольно-пропускному пункту двинулась колонна американской военной техники. Впереди шли три джипа, за ними — бульдозеры, замыкали колонну 10 танков. После того, как джипы беспрепятственно проехали КПП, из близлежащих улиц вышли советские танки. Бульдозеры оказались заблокированы на западной территории.

Всю ночь советские и американские танки стояли с наведенными друг на друга орудиями на расстоянии считанных метров.

 


Стороны вели закрытые переговоры. К утру по команде из Москвы советские войска вернулись в прилегающие улицы. Через полчаса американские танки и бульдозеры также отступили. Ни одна из сторон не решилась на перевод конфликта в «горячую стадию»

Примерно так освещается апогей Берлинского кризиса 1961 года в нашей и зарубежной периодике. Об этом написано огромное количество материала от популистских статей до серьезных научных работ. Но авторы единодушны в одном: в конечном итоге в тот момент вопрос войны и мира зависел лишь от крепости нервов танковых экипажей и их командиров. И ни имен, ни фамилий, лишь в исследовании Лавренова С. и Попова И.вскользь упоминается:

..На Фридрихштрассе прибыла 7-я танковая рота капитана Войтченко1 3-го батальона 68-го гвардейского танкового полка...
...И вот мы на Фридрихштрассе, – вспоминал участник событий старшина роты В. Сычев.2 – Перед нами стоят американские танки М-48. Слева от танков в окнах и на чердаке пограничного дома за мешками с песком расположились вооруженные полицейские, справа — улюлюкающая и свистящая толпа фашиствующих молодчиков...



До сих пор об инциденте 27 октября 1961 года было известно следующее. 68-й гв. танковый полк (командир полка гв. полковник Сергеев) в то время дислоцировался в восточноберлинском районе Биздорф и был поднят по тревоге в 16 часов. В 22 часа батальоны двинулись к границе. Третий танковый батальон вышел в район Фридрихштрассе и занял отведенное ему место в развалинах Драматического театра. Здесь батальон находился вплоть до 16 января 1962 года, после чего был отведен в место постоянной дислокации.

27 октября ничто не предвещало потрясений, личный состав третьего танкового батальона занимался в парке плановым переводом боевой техники в режим зимней эксплуатации. Оставалось обслужить всего лишь два танка, когда случилось нечто непонятное. Приехал командир дивизии и лично отдал устный приказ на выход боевых машин из парка. Пикантность ситуации была в том, что приказ был отдан, минуя командира полка, который узнал об этом, когда роты третьего батальона уже ушли. Маршрут движения никто не знал — ротным колоннам было приказано следовать за «Волгой» комдива.



Наконец прибыли на Фридрихштрассе, где уже кипела работа — американские бульдозеры пытались разрушить заграждения в Восточном секторе. Появление советских танков вызвало у американцев шок, они побросали бульдозеры и в спешке умчались на джипах в свой сектор. Буквально через несколько минут после бегства появились американские танки М48. Именно этот момент и стал кульминацией в знаменитом танковом противостоянии «ствол в ствол» на Фридрихштрассе у КПП «Чарли». Связь работала с перебоями, поэтому в танках на радиостанции были наклеены листочки с записанными на них четырьмя командами. По этим командам (включая сигнал от посыльного) экипажи были обязаны немедленно открыть огонь. А ведь еще совсем недавно обнимались на Эльбе...



Фактически установление ГДР пограничного режима в Берлине в отношении немцев США не затрагивало. Тем не менее, Кеннеди в своей речи 25 июля 1961 года объявил о направлении в Европу 6 дивизий армии США, резком увеличении военного бюджета и приведении части стратегической авиации в боевую готовность. Министерство обороны США разработало детальные варианты боевых действий в Германии, включая применение против ГДР ядерного оружия. Именно воинственная речь Кеннеди сняла последние сомнения Хрущева, и на совещании высшего органа Варшавского договора – Политического Консультативного комитета (ПКК) в Москве в начале августа 1961 года были санкционированы планы ГДР по установлению в Берлине пограничного режима в ночь с 12 на 13 августа 1961 года.


Момент истины наступил 27 октября 1961 года, когда Вашингтону доходчиво объяснили, что шутки кончились. С началом американской провокации западноберлинский аэродром «Темпельхоф» был блокирован советской авиацией, которая никому не позволяла взлетать и садиться. В этот раз на поддержку извне американские войска в Западном Берлине рассчитывать не могли.
Через сутки танки немного отошли назад, через двое уже находились на безопасном расстоянии. В таком положении танки 3 тб простояли два с половиной месяца. Жены танкистов лишь на третьи сутки узнали, где находятся их мужья.

После 29 октября напряженность пошла на спад, но танки обеих противоборствующих сторон еще долгое время находились в районе конфликта.

 



Стороны вели закрытые переговоры. К утру по команде из Москвы советские войска вернулись в прилегающие улицы. Через полчаса американские танки и бульдозеры также отступили. Ни одна из сторон не решилась на перевод конфликта в «горячую стадию»

Примерно так освещается апогей Берлинского кризиса 1961 года в нашей и зарубежной периодике. Об этом написано огромное количество материала от популистских статей до серьезных научных работ. Но авторы единодушны в одном: в конечном итоге в тот момент вопрос войны и мира зависел лишь от крепости нервов танковых экипажей и их командиров. И ни имен, ни фамилий, лишь в исследовании Лавренова С. и Попова И.вскользь упоминается:

..На Фридрихштрассе прибыла 7-я танковая рота капитана Войтченко1 3-го батальона 68-го гвардейского танкового полка...
...И вот мы на Фридрихштрассе, – вспоминал участник событий старшина роты В. Сычев.2 – Перед нами стоят американские танки М-48. Слева от танков в окнах и на чердаке пограничного дома за мешками с песком расположились вооруженные полицейские, справа — улюлюкающая и свистящая толпа фашиствующих молодчиков...



До сих пор об инциденте 27 октября 1961 года было известно следующее. 68-й гв. танковый полк (командир полка гв. полковник Сергеев) в то время дислоцировался в восточноберлинском районе Биздорф и был поднят по тревоге в 16 часов. В 22 часа батальоны двинулись к границе. Третий танковый батальон вышел в район Фридрихштрассе и занял отведенное ему место в развалинах Драматического театра. Здесь батальон находился вплоть до 16 января 1962 года, после чего был отведен в место постоянной дислокации.

27 октября ничто не предвещало потрясений, личный состав третьего танкового батальона занимался в парке плановым переводом боевой техники в режим зимней эксплуатации. Оставалось обслужить всего лишь два танка, когда случилось нечто непонятное. Приехал командир дивизии и лично отдал устный приказ на выход боевых машин из парка. Пикантность ситуации была в том, что приказ был отдан, минуя командира полка, который узнал об этом, когда роты третьего батальона уже ушли. Маршрут движения никто не знал — ротным колоннам было приказано следовать за «Волгой» комдива.



Наконец прибыли на Фридрихштрассе, где уже кипела работа — американские бульдозеры пытались разрушить заграждения в Восточном секторе. Появление советских танков вызвало у американцев шок, они побросали бульдозеры и в спешке умчались на джипах в свой сектор. Буквально через несколько минут после бегства появились американские танки М48. Именно этот момент и стал кульминацией в знаменитом танковом противостоянии «ствол в ствол» на Фридрихштрассе у КПП «Чарли». Связь работала с перебоями, поэтому в танках на радиостанции были наклеены листочки с записанными на них четырьмя командами. По этим командам (включая сигнал от посыльного) экипажи были обязаны немедленно открыть огонь. А ведь еще совсем недавно обнимались на Эльбе...



Фактически установление ГДР пограничного режима в Берлине в отношении немцев США не затрагивало. Тем не менее, Кеннеди в своей речи 25 июля 1961 года объявил о направлении в Европу 6 дивизий армии США, резком увеличении военного бюджета и приведении части стратегической авиации в боевую готовность. Министерство обороны США разработало детальные варианты боевых действий в Германии, включая применение против ГДР ядерного оружия. Именно воинственная речь Кеннеди сняла последние сомнения Хрущева, и на совещании высшего органа Варшавского договора – Политического Консультативного комитета (ПКК) в Москве в начале августа 1961 года были санкционированы планы ГДР по установлению в Берлине пограничного режима в ночь с 12 на 13 августа 1961 года.



Момент истины наступил 27 октября 1961 года, когда Вашингтону доходчиво объяснили, что шутки кончились. С началом американской провокации западноберлинский аэродром «Темпельхоф» был блокирован советской авиацией, которая никому не позволяла взлетать и садиться. В этот раз на поддержку извне американские войска в Западном Берлине рассчитывать не могли.
Через сутки танки немного отошли назад, через двое уже находились на безопасном расстоянии. В таком положении танки 3 тб простояли два с половиной месяца. Жены танкистов лишь на третьи сутки узнали, где находятся их мужья.

После 29 октября напряженность пошла на спад, но танки обеих противоборствующих сторон еще долгое время находились в районе конфликта.

спасибо


Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.