fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Декабрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
26 27 28 29 30 1 2
3 4 5 6 7 8 9
10 11 12 13 14 15 16
17 18 19 20 21 22 23
24 25 26 27 28 29 30
31 1 2 3 4 5 6

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.17 (6 Голосов)

"Как-то раз в большом и сгоревшем практически дотла городе мы искали место для остановки, нам позволили это в виде исключения: просто мы больше не могли идти дальше, а охранники оказались разумнее или же просто ленивее прежних.
          Скоро мы набрели на пустой амбар. После тщательного "обыска" нас впустили туда. Измученные, все сразу же рухнули на пол. А потом раздался сигнал к обеду - предполагалось, что еду мы приготовим сами.
          Мы выбрали тех, кто умел готовить, разделывать туши и доить коров. Я с парочкой других пленных выбрали доить коров и через весь город отправились на ферму.
          По дороге мы слышали шум, крики и музыку, как на базаре. Помимо беженцев (которые держались вместе), в городе, похоже, оставалась часть местного населения. И этот город просто сбрендил, люди устраивали настоящие оргии.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.75 (4 Голосов)

"Трепещущие сполохи горевшего за моей спиной американского танка освещали сцену, которая в другое время могла сойти за пастораль: зимний хвойно-лиственный лес, широко раскинувшийся на увенчанном гребнем пологом склоне всего менее чем в 100 метрах от нас. Не стихавшая метель быстро увеличивала глубину снега,приглушая звуки и создавая иллюзию безмятежности.
           За языками пламени горящей машины едва угадывался лес, скрытый темнотой или, скорее, не темнотой, а тем неясным полумраком, что возникает из отраженного лунного света и подшучивает над нами, заставляя вздрагивать при виде каждой тени и скрывая от нас истинные опасности.
           Было еще рано, около 7.00 утра. Вражеский танк мы взорвали всего минуту назад, бросив в открытый люк последнюю гранату с длинной ручкой. Я находился в авангарде З-го батальона нашего 12-го полка горнопехотной дивизии СС "Норд", прорывавшегося из плотного кольца окружения.
          С батальоном выходили остатки 11-й роты, от которой осталось всего семь человек, сумевших пробиться из Вингена-на-Модере. Я выбрал эту роту, чтобы находиться в голове нашего скрытного просачивания из вражеского кольца. Остальные силы батальона, насчитывавшие всего 11О человек, двигались примерно в 300 метрах позади нас.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.63 (4 Голосов)

Из воспоминаний начальника штаба 343-го отдельного пулеметного батальона 151-го УкрепРайона Керченского полуострова Евлампия Паникратовского 

Артиллерийская канонада гремела до 7.30 — два с половиной часа. В ходе нее я с тревогой и горечью поглядывал на приборную доску. Красные сигналы на ней прибавлялись и прибавлялись. Один за другим прекращали свое существование наши доты и дзоты, гибли артиллерийские и минометные батареи, стоящие на открытых огневых позициях. В душу заползала недобрая мысль: выстоит ли, выдержит ли наш УР? 

В самом конце артподготовки, словно в завершение ее, двумя тяжелыми снарядами был разбит наш КП. Из строя вышли узел связи и пост наблюдения. Убиты два моих помощника, три связиста, два наблюдателя. Пять бойцов ранено. Невредимыми остались пятеро: я, врач, один наблюдатель, два связиста. Потери не только невосполнимые — страшные. Батальон остался без связи со штабом УРа, с предпольем, с соседними батальонами, со своими огневыми точками. Радио для дубляжа и на случай выхода из строя проводной связи у нас не было. А вот о связи «живой», через посыльных, заранее мы как-то не подумали. И в этом, видимо, была моя ошибка. Начальник штаба обязан был предусмотреть! Не предусмотрел. Не догадался. Тут сказалась, как сейчас думаю, моя неопытность. Призван-то я был из запаса. К тому же почти сразу оказался на таком высоком посту. И никто не подсказал. Но все это — слабое утешение. 

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.75 (2 Голосов)

На Соловки мы прибыли в сентябре. Нас распределили по ротам, взводам и сменам. Около месяца мы жили в тамошнем кремле. Прошли курс строевой подготовки, участвовали в хозяйственных работах: заготовке дров на зиму, разгрузке пароходов и барж с продовольствием. Затем началась учёба по специальности. Мы изучали электро- и радиотехнику, радиоаппаратуру, морское дело, устройство корабля, устав корабельной службы и т.д. 

Наша рота радистов располагалась не в кремле, а жили мы в землянках, где раньше были заключённые–«слоновцы» (Соловецкий лагерь особого назначения). Землянки представляли собой низкие сооружения с трёхъярусными койками. Всего в землянке было 50 человек по 25 в каждой смене. 

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.90 (5 Голосов)

бункер

"И вот наконец германская граница, Восточная Пруссия, так сказать, колыбель германского милитаризма! На нашей земле (а Литву мы тогда считали, несмотря ни на что, своей) немца больше нет!
           За два года до этого, сидя в окопах под горящим Ржевом и видя перед собой поле, усеянное телами наших солдат, трудно было представить, поверить, что я когда-нибудь буду разглядывать в бинокль не противоположный берег Волги, занятый врагом, а само логово врага. Честное слово, это будоражило воображение и заставляло сердце биться чаще.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.83 (3 Голосов)

"Осенью 1941 года, в самое тяжелое в обороне Ленинграда время, в войсках Ленинградского фронта родилось снайперское движение. Подхваченное вовремя политработниками и командованием частей и соединений, это движение к началу 1942 года приняло поистине грандиозный размах.
           На каждый наш выстрел противник отвечал ураганным огнем. А у нас в то время каждый снаряд, каждый патрон находились на особом учете: боеприпасов не хватало.
           И все же, если в первые месяцы войны немцы ходили на позициях в полный рост, чувствовали себя хозяевами завоеванной земли, то с появлением наших снайперов положение резко изменилось - немцы были вынуждены не только бегать в обороне, все ниже и ниже пригибаясь к земле, но и буквально ползать по ней.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.93 (7 Голосов)

"А как попадали в штрафные роты и батальоны? Вот я сейчас расскажу один случай. У нас в батальоне был замполит по фамилии Гордон. Когда проводил с нами политзанятия, всегда говорил: "Вот я, когда попадем на фронт, стану обязательно Героем Советского Союза!" Уж очень ему хотелось воевать!
           И нас он настраивал на героический лад. Лучше бы его, такого боевого, начальство в тылу и держало - для укрепления боевого духа войск, которые направлялись к фронту. Говорил он умно, складно, красиво. И у нас настроение поднималось - поскорее кинуться на врага.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.80 (5 Голосов)

"18 августа, наш эшелон, идущий пятым по счету, вынужден был разгружаться в нескольких десятках километров от Гомеля. Город уже был занят немцами, которые быстро продвигались вперед. Командир дивизии приказал мне командовать разгрузкой. 

С утра до вечера над нами висели немецкие бомбардировщики и штурмовики, осыпая нас бомбами и пулеметным огнем. Несколько коротких ночных часов отдыха и сна - и опять переброски на новые рубежи обороны. Уже многие из окружавших меня погибли. 

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (5 Голосов)

из воспоминаний мл.лейтенанта 9-й Запорожской танковой бригады 1-го гвардейского мехкорпуса Ю.М.Поляновского.

"Когда Харьков взяли, нас перебросили на Полтавское направление. Там, под селом Коротыч, я первый раз попал в передрягу. Наша задача состояла в том, чтобы перерезать шоссейную дорогу Харьков — Полтава. Для этого надо было пересечь железную дорогу, которая шла по высокой насыпи параллельно шоссе, примерно на десять километров севернее. Эту насыпь обойти было невозможно, и наш батальон скопился у единственного переезда. Как только танк пытался проскочить через переезд — шлеп, машина готова. Мой танк оказался очередной жертвой. Меня предупредили, что после переезда по дороге идти нельзя — заминировано, и я, проскочив переезд, взял левее.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.40 (5 Голосов)

Все были убеждены, что советские военно-воздушные силы выведены из строя. А вместе с авиацией советское командование лишилось и воздушной разведки. Наши бомбардировщики прервали основные телефонные линии, разрушили сеть связи.

Командиры дивизий Красной Армии, соединения которых двигались на запад, чтобы восстановить фронт обороны, не могли знать или даже заподозрить, что мы уже близки к тому, чтобы у них в тылу замкнуть клещи. Они это замечали лишь тогда, когда прекращался подвоз с тыла или когда водители из частей снабжения докладывали, что им с трудом удалось прорваться через расположение германских войск.