fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Август 2017
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
31 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31 1 2 3
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...
1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (3 Голосов)

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

       "В 1941 году меня призвали на фронт и отправили в подмосковный город Раменск учиться десантно-парашютному делу. Нас готовили для заброски в тыл врага. В конце июня 42-го года наш 18-й воздушно-десантный гвардейский полк прошел от Москвы навстречу гитлеровским войскам пешком 500 км. Шли ночами, питались только сухим пайком. У каждого по 20 кг за спиной.
        По ту сторону Дона мы встретились с немцами и приняли первый бой. На донской переправе много ребят потеряли - кто был убит, кто утонул, кто числится пропавшим без вести.
        Повсюду были слышны крики. Кричали кто "мама", кто "спасайте", а кому спасать? Тут бы самому выбраться. Немцы спускали свои самолеты до предельно низкой высоты, так, что были даже видны глаза немецкого летчика, и расстреливали нас.
       14 августа 1942 года я уничтожил 2 немецких танка по ту сторону Дона. За это меня наградили орденом Отечественной войны I степени. После был госпиталь, а затем Сталинград. Через год гнали немцев от Калинина, Ржева, Торжка.


1MLLHL1KkXQ.jpg

        Забавляли бойцов немецкие листовки, которые немцы разбрасывали над нашими позициями. В них были призывы к советским солдатам, вспоминаю одну из них: на одной стороне изображен улыбающийся советский солдат с дымящейся едой в походном котелке под ним надпись: "Суп не сталинский, суп густой и полон котелок!"
        Подбирать и читать немецкие листовки нам запрещалось, но многие бойцы скручивали из них "цигарки" и курили, бумаги то не было. Пропаганда фашистская всем надоела.
        Еще помню листовки с изображением генерала Власова и с его обращением к советским бойцам: "Я участник революции, верил в КПСС и только в 1942 году понял, что партия - злейший враг народа. Что вы видите? 100 граммов сухарей в сутки и вошь заедает. Переходите к нам, любая листовка является пропуском"
       Подписывал такие воззвания и начальник штаба РОА генерал-майор Малышкин. Бойцы с юмором относились к таким приглашениям перейти на сторону немцев. Говорили: "Зачем нас приглашать, мы и сами в Берлин придем.".

После третьего ранения я был демобилизован по инвалидности. Потом стал работать председателем сельского совета.

5ulMA_wEy80.jpg

Владимир Михайлович Семенов, ветеран 119-й гвардейской дивизии (17-й сд). Польский поручик. Советский капитан. Российский майор. Проживает в Красноярске.

       "Особенно осталось в памяти взятие города Калинина 9 декабря 1941 года. Наши впервые открыли огонь снарядами "Катюша". Немцы, увидев этот страшный огонь, бежали так, что мы за ними не поспевали. Несмотря на мороз, земля под ногами горела. Ужас, что было! Мой котелок и мешок был прострелян шестью пулями, так что вещмешок спас мне жизнь.
        А 18 марта 1942 года нашей 119-й стрелковой дивизии за освобождение городов Калинин, Ржева и других населённых пунктов Калининской области вручили знамя 17-й гвардейского стрелковой дивизии. Я был награждён медалью "За боевые заслуги", принят в Коммунистическую партию и мне присвоили звание старшего сержанта.
        16 июня 1942 года при выходе из окружения я был ранен разрывной пулей в голову: пуля попала в ветку, а в меня осколок. Вновь повезло!

6Kl604MtNiQ.jpg

        При наступлении немцев на Москву собрали нас на сборном пункте и выстроили в две шеренги. На команду "Коммунисты, два шага вперёд!" я тоже вышел.
      Вооружив двумя гранатами, Ф-1 и противотанковой, нас повели через лес и болото к Ржевскому шоссе. Шли всю ночь по колено в воде, к утру прибыли к Ржевскому шоссе и стали дожидаться колонны немецких танков. Боевую задачу - забросать немцев гранатами и остановить продвижение на Москву - мы выполнили.
      После очередного ранения направили меня в Ульяновское танковое училище, которое я окончил на "отлично". В сентябре 1944 года прибыл в приграничный с Польшей город Бук, где меня назначили командиром взвода танков ИС-2 тяжелого танкового полка 2-й польской армии.
      24 апреля 1945 года наш полк, прорвав оборону противника на рубеже реки Ницца, форсировал брод и продолжал наступать по тылам противника. Вышли на рубеж дороги Бреслау - Берлин. Во время боя 25 апреля мой танк был подбит, а сам я оказался в госпитале.
       За четыре уничтоженных мною в этом бою немецких танка посол Польской республики вручил мне 28 ноября 1997 года награду "Воину Войска Польского", медаль "За Одер, Ниццу и Балтику".

340GvxKZ-xg.jpg

Петр Григорьевич Семенов, командир взвода 293-й разведроты 721-ого стрелкового полка 205-ой дивизии 26-ой армии. На фронт призван в 1941 году из Кежемского района.

        "Наступил 1944 год. Наш фронт готовился к наступлению. По приказу командования, нам предстояло делать глубокие рейды в тыл врага: разведать и нанести на карту расположение немецких войск и попутно прихватить "языка".
         Вооружены были мы, командиры взводов, кроме личного оружия, автоматами, а все остальные - винтовками, парой "лимонок" и финскими ножами, да на взвод по ручному пулемету - "дегтярю".
         Последним для меня оказался рейд в марте 1944 года. Боевая задача нами была выполнена, но закончились продукты. Голодные, обессиленные мы решили возвращаться к своим по старой лыжне, вместо того, чтобы скрыться от немцев, используя новый маршрут.
         На опушке озера напоролись на вражескую засаду. Полностью погиб головной дозор, а мы с середины озера, под пулеметным и автоматным огнем, по приказу командира бросились в лес, где были вынуждены занять круговую оборону.
         Радисты кодированным текстом быстро связались со штабом дивизии, откуда нам ответили: "Держитесь. На помощь немедленно выйдет лыжная бригада".

18188350593_57ed44d6df_o.jpg

         Раненный командир роты отдал нам приказ: "Вести прицельный огонь!" - надо было экономить боеприпасы до прихода подмоги. Немцы, услышав такой приказ нашего командира, кричали нам: "Русь, сдавайся, патронов не хватит!". На это наши бойцы отвечали не употребляемыми в печати словами. Ни один разведчик не дрогнул.
        Сошлись в лесу очень близко, но до рукопашной дело не дошло. Пулеметным и ружейным огнем, а также гранатами, мы прижали фашистов к земле и вынудили их отступить. Ближе к ночи немцы, забрав своих убитых и раненных, ушли.
        Были убитые и раненные с нашей стороны, в том числе был тяжело ранен и я - разрывной пулей снайпера в предплечье правой руки. На следующий день к вечеру к нам на выручку пришла обещанная лыжная бригада.
         В итоге, всех раненых вывезли, а погибших в этом бою похоронили в снежной кучи, дав клятву вернуться сюда после войны, предать тела земле со всеми воинскими почестями и высечь имена товарищей золотыми буквами на гранитном обелиске."

216-47fvd78.jpg

Сергей Михайлович Степанов в 1937 году был призван на военную службу на Дальний Восток. Затем ушел добровольцем на финскую войну. На фронтах Великой Отечественной войны с 1941 года. Награжден орденом Отечественной войны II степени, медалями "За отвагу", "За победу над Германией", медалью Жукова и Польским Крестом.

         "Едва вернувшись из Карельских лесов с финской войны, я опять оказался под Петрозаводском, на Волховском фронте. На этот раз в должности политрука разведроты 191-го лыжного батальона.
          Самым опасным для нас, разведчиков, была встреча с "кукушками". Это финские снайперы, сидящие на деревьях. Приходилось встречать снайперов-женщин.
          В феврале 1942 года во время разведки наша группа наткнулась на таких снайперов - кукушек. Один наш боец был убит, девять разведчиков ранено. Среди них был и я.
          Мне пуля попала в голову, но я был на ногах, собрал раненых и вывел их на свои позиции. В полевом госпитале оперировали, здесь же и лечили. И опять в родную отдельную разведроту на должность комиссара.

15822861_1093636307432827_4470796415099687859_n.jpg

        Как известно, судьба непредсказуема, а военная тем более. В октябре 1942 года был упразднен институт военных комиссаров. В июне 1943 года я был направлен в город Барнаул на курсы офицерского состава артиллерии.
        После их окончания он вновь на фронте, на этот раз на 1-ом Украинском. И неожиданно для себя попадал в город Люблин. Здесь формировалась истребительная противотанковая бригада войска Польского.
        Я был назначен командиром взвода управления бригады. А подчиненные - польские солдаты. Они оказались толковыми, смелыми солдатами. Со многими я дружил.
         Так в составе Войска Польского встретил я 9 мая 1945 года. Это было под Дрезденом. Отсюда и пошли обратно, в Польшу. Затем была Эстония, откуда в 1946 году я был демобилизован и уехал домой, в Тасеево."

27483787705_8ec4effc14_o.jpg

Панов Василий Никифорович, сержант, парашютист-десантник, Кежемский район.

спасибо


Комментарии   

# High-Jack 2017-02-06 09:15
Возникает небольшой вопрос по теме. Тут довольно часто упоминается стрельба разрывными пулями. Насколько я себе представлял номенклатуру боеприпасов к стрелковому вооружению тех лет, такой тип боеприпаса вообще то существовал в природе? Само собой я имею ввиду винтовки, пистолет-пулеме ты, и пулеметы (ручные/станков ые). К тяжелым (крупнокалиберн ым) пулеметам такой тип боеприпаса точно был.
ЗЫ: Особо вызывает вопрос стрельба такими боеприпасами снайперов. Основная ценность которых именно точность огня, а не поражение "абы куда".
ЗЫЫ: Пуля "дум-дум" про которую я думаю мы еще вспомним истинно разрывной не является (нет взрывчатого вещества в теле пули), хотя и наносила очень серьезные ранения своей изменяемой формой и элементами.
# High-Jack 2017-02-06 13:00
Вот кстати об экспансивных пулях если вдруг кому интересно будет...
https://topwar.ru/38643-puli-dum-dum-cvety-smerti.html
Осколков такая пуля не даёт как я понимаю...

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.