fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Октябрь 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
30 1 2 3 4 5 6
7 8 9 10 11 12 13
14 15 16 17 18 19 20
21 22 23 24 25 26 27
28 29 30 31 1 2 3

Спасибо

Микоян, Киров и Сталин

Микоян, Киров и Сталин

Протокол допроса убийцы Кирова Николаева, где он достаточно ясно излагает свои мотивы, которые им самим указаны как сугубо политические.

Протокол допроса Арестованного Николаева Леонида Васильевича

ВОПРОС: Сегодня, 1 декабря, в коридоре Смольного Вы стреляли из револьвера в секретаря ЦК ВКП(б) т. КИРОВА, скажите, кто вместе с Вами является участником в организации этого покушения.

ОТВЕТ: Категорически утверждаю, что никаких участников в совершенном мною покушении на т. КИРОВА у меня не было. Все это я подготовлял один, и в мои намерения никогда я никого не посвящал.

ВОПРОС: С какого времени Вы подготовлялись на это покушение.

ОТВЕТ: Фактически мысль об убийстве т. КИРОВА у меня возникла в начале ноября мес. 1934 г., с этого времени я и готовился к этому покушению.

ВОПРОС: Какие причины заставили Вас совершить это покушение.

ОТВЕТ: Причина одна — оторванность от партии, от которой меня оттолкнули события в Ленинградском институте истории партии, во-вторых, мое безработное положение и отсутствие материальной, а самое главное — моральной помощи со стороны партийных организаций.
Все мое положение оказалось с момента моего исключения из партии (8 месяцев тому назад), которое опорочило меня в глазах партийных организаций.
О своем тяжелом материальном и моральном положении я многократно писал в разные партийные инстанции (Смольнинскому райкому, Парткому института истории партии, Обкому и в ЦК ВКП(б), в Ленинградскую Комиссию Партконтроля, а также и Партконтролю при ЦК ВКП(б)), но ниоткуда я реальной помощи не получил.

ВОПРОС: О чем конкретно Вы писали во всех этих заявлениях.

ОТВЕТ: Везде я писал, что оказался в безвыходном положении и что у меня наступил критический момент, толкающий меня на совершение политического убийства.

ВОПРОС: Какая основная цель покушения, которое Вы совершили сегодня на т. КИРОВА.

ОТВЕТ: Покушение на убийство т. КИРОВА имело основную цель — стать политическим сигналом перед партией, что на протяжении последних 8—10 лет на моем пути жизни и работы накопился багаж несправедливых отношений к живому человеку со стороны отдельных государственных лиц. Все это до поры до времени я переживал, пока я был втянут в непосредственную общественно полезную работу, но когда оказался опороченным и оттолкнутым от партии, тогда решил сигнализировать обо всем перед партией.
Эта историческая миссия мною выполнена. Я должен показать всей партии, до чего довели НИКОЛАЕВА за зажим самокритики.

ВОПРОС: При Вас во время личного обыска обнаружен составленный Вашей рукой план совершения покушения, скажите, с кем Вы вырабатывали этот план.

ОТВЕТ: Кто мне мог бы помочь составить такой план. Никто мне в его составлении не помогал. Составил я его лично сам под влиянием событий вокруг меня в Институте истории партии. Кроме того, я составлял этот план под влиянием несправедливого отношения ко мне, когда работал в обкоме ВКП(б) и в обл. КК.
Категорически утверждаю, что этот план выработал и составил я лично, никто мне в этом не помогал и никто о нем не знал.

ВОПРОС: Ваш брат Петр знал об этом плане.

ОТВЕТ: Если бы он об этом знал, он сразу бы меня выдал.

ВОПРОС: В Вашей записной книжке имеется вписанный Вашей рукой адрес и телефон германского консульства в Ленинграде. Кто Вам дал этот адрес и телефон.

ОТВЕТ: Адрес и телефон германского консульства в Ленинграде я выписал из телефонной книжки за 1933 г.

ВОПРОС: С какой целью.

ОТВЕТ: Эту запись я сделал умышленно на тот случай, чтобы впоследствии показать партии, что у меня были якобы переживания и чтобы пойти по более легкому пути разоблачения и сигнализации. Я носился с мыслью как-нибудь навлечь на себя подозрение о моей связи с иностранцами и что бы в силу этого меня арестовали, и тогда я имел бы возможность разоблачить все безобразия, о которых я знал.

ВОПРОС: С кем из иностранцев Вы имели какую-либо связь и беседовали о подготовлявшемся Вами покушении.

ОТВЕТ: Никогда ни с кем из иностранцев я связи не имел и не говорил. Уж если бы я передал мой план иностранцам, тогда было бы плохо, товарищи. Весь план разработал лично я сам и сам его выполнил до конца.

ВОПРОС: Скажите более ясно, какую Вы преследовали цель совершения покушения на КИРОВА.

ОТВЕТ: Я рассматривал и рассматриваю это покушение как политический акт. Этим убийством я хотел добиться, чтобы партия обратила внимание на живого человека и на бездушно бюрократическое отношение к нему.
Прошу записать, что я не враг рабочего класса и, если бы не мои последние переживания в Институте, я бы все пережитые мною трудности перенес и не дошел бы до совершения покушения.

ВОПРОС: Как связать одно с другим, что Вы «не враг рабочего класса» и в то же время своим поступком встали в лагерь врагов рабочего класса.

ОТВЕТ: Да, я должен сказать, что действительно я поступил, совершая покушение на т. КИРОВА, душевно как враг рабочего класса, но делал это под влиянием психического расстройства и сугубого отпечатка на мне событий в институте, поставивших меня в безвыходное положение.
Записано правильно с моих слов и полностью мне прочитано.

Справка

Признавая, что вышеизложенное правильно записано, допрашиваемый НИКОЛАЕВ Леонид Васильевич, категорически отказался подписать настоящий протокол показаний, пытавшись при этом порвать его (протокол).
При зачтении протокола допроса и при отказе НИКОЛАЕВЫМ подписать этот протокол присутствовали:

ЗАМ. НАЧ. УНКВД по Лен. обл. ФОМИН
ЗАМ. НАЧ. ОО ЛВО ЯНИШЕВСКИЙ
ЗАМ. НАЧ. СПО УНКВД СТРОМИН

ДОПРАШИВАЛИ:

НАЧ. УНКВД по Лен. обл. МЕДВЕДЬ
ЗАМ. НАЧ. УНКВД по Лен. обл. ФОМИН
НАЧ. ЭКО УНКВД МОЛОЧНИКОВ
ЗАМ. НАЧ. ОО ЛВО ЯНИШЕВСКИЙ
ЗАМ. НАЧ. СПО УНКВД СТРОМИН


Верно: [подпись]
Печати/штампы: треугольная печать «КОМЕНДАТУРА Управление Нар. Ком. В.Д. по Ленинградской обл.»; прямоугольный штамп «Центральный архив ФСБ РФ».

ЦА ФСБ РФ. Архивное уголовное дело № Н-11144 по обвинению Николаева Л.В. и других в убийстве С.М. Кирова. Т. 12. Л. 220—223. Заверенная копия

спасибо

Николаев

2 декабря 1934 г.
5 час. 40 мин.
Копия: т. Прокофьеву

Дополнительно сообщаю: в числе документов, обнаруженных на кварти­ре Николаева, имеется «Завещание» и ряд записей Николаева. В числе за­писок имеются такие:

«Свое политзавещание я написал месяц тому назад. Оно целиком оправдыва­ется, больше исхода нет — звонил Свешникову — Киров не принимает» (2/XI).
«Если не 15 октября и не 5 ноября я не мог сделать этого ... то теперь готов. Иду на расстрел. Пустяки — только сказать легко» (9 ноября).
«Сегодня, как и 5 ноября, опоздал. Не вышло. У нас больно здорово его окружили (на вокзале с Красной стрелой 14 ноября)».
«Я сознаю, насколько серьезное положение. Я знаю, что если я нанесу удар, получу 10, 100 и более ударов. Удар должен быть нанесен без промаху. Тяжело бронь пробить через 20 телохранителей. Надо взять перевес, и все же успех будет неожиданный...».
«Осталось считать дни, недалек последний час...». «Чем я остался верен партии и отечеству (знак вопроса), тем, что я не порвал с партией, а встал на к/p путь. Мне предлагали большие суммы денег за мои документы, но я ни на что не пошел. Последние свои письма — завещание я бы мог перевес­ти на трех языках, но от этого отказался».
«Сегодня Чудов выехал на новой машине и уехал в ОГПУ, затем мне помешали, и я убрал след ... 1000 поколений пройдет, но идея коммунизма не будет воплощена в жизни...».
«С какой силой я защищал все новое, с такой же нападаю...».

В отобранной у Николаева записной книжке в числе многочисленных адресов имеется такая запись: «Герм. Тел. 169-82 ул. Герцена, 43 (это дейс­твительный адрес Герм. консульства) и Латв. 5-50-63. Это телефон Латвийс­кого консульства.

НАЧ. УПР. НКВД МЕДВЕДЬ

Справка: «Подлинник хранится в УАО КГБ при СМ СССР, Фонд сек­ретного делопроизводства № 3, Опись 1, порядок 711, стр. 21».

РГАНИ. Ф. 6. Оп. 13. Д. 71. Л. 2. Фотокопия

PS. Медведя расстреляли в 1937 году. При Хрущеве реабилитировали. По одной из версий убийства Кирова, косвенно способствовал Николаеву и помогал заметать следы его связей с заговорщиками стремившимися отстранить группу Сталина от власти.
Николаева расстреляли в 1934 году. Ни при Хрущеве, ни после развала СССР он не был реабилитирован.

В общем, рекомендую.
Достаточно наглядно для понимания того, почему дело убийства Кирова рассматривалось в СССР как сугубо политическое и до самого конца 30х годов оставалось важным элементом внутрипартийной борьбы, в результате которой выстрелы Николаева утянули за собой еще немало людей (в основном троцкистов), а также ближний круг Николаева.

спасибо

 

Выдержки из протоколов допроса Николаева в декабре 1934 года, где он дает показания о попытках установить связь с британским, германским и латвийским консульствами, а также просит денег и пытается выйти на связь с Троцким.

Протокол допроса Л.В. Николаева. 5 декабря 1934 г.

5 декабря 1934 г.

ВОПРОС: В Вашей записной книжке записан номер телефона Латвийского консульства. Объясните происхождение этой записи?

ОТВЕТ: Я решил связаться с Латвийским консульством в целях проведения контрреволюционной работы. Это было за несколько дней до проведения опытной газовой атаки в городе. В справочном бюро я получил номер телефона и адрес консульства. Направился прямо в консульство, находящееся на ул. Герцена. Меня принял консул в своем кабинете, это 3-й этаж здания. Консул, как я понял, проживал тут же, заключил я это из того, что отдельные комнаты консульства имели явный вид жилого помещения.
Во время разговора с консулом в кабинете присутствовал его секретарь, хорошо говоривший на русском языке.

ВОПРОС: Какой Вы имели разговор с консулом?

ОТВЕТ: Из предосторожности я не хотел сразу сказать консулу действительную цель моего прихода. Я начал с того, что сказал, что в Риге проживают мои родственники, от которых я должен получить наследство. Консул интересовался, какой характер носит это наследство: недвижимая собственность или деньги. Я ответил, что деньги. Я указал консулу, что веду переписку с родственниками из Риги, что моя мать проживает в Сибири; оставил у консула впечатление, что являюсь латышом, говорил на ломаном русском языке; между прочим, на всякий случаи я захватил с собой латышский паспорт дедушки. При первой встрече с консулом я рассчитывал получить от него материальную помощь. На этом разговор с консулом был прерван, так как в кабинете присутствовал его секретарь, которого я опасался, решил прийти к консулу для продолжения разговора в другой раз.

ВОПРОС: О чем именно Вы хотели говорить с консулом в следующей встрече?

ОТВЕТ: Я хотел отрекомендоваться красным профессором, сказать, что имею ценные материалы для переотправки за границу, и просить от консула денег.

ВОПРОС: Состоялась ли вторая встреча с консулом?

ОТВЕТ: Нет, она не состоялась. Дело было так. В один из ближайших дней я позвонил консулу по телефону и просил принять; он ответил «сейчас не могу, приходите завтра» и назначил время приема посетителей. Когда я пришел к зданию консульства — у подъезда стояла машина за № 10168 с красной линией на номере, как я понял, принадлежит военному ведомству. У меня возникло подозрение, что готовится мой арест; поэтому я поднялся только до помещения консульства и решил в консульство не входить; больше я в консульство не ходил, решил связаться с Германским консульством.

ВОПРОС: Какой именно материал Вы хотели передать консулу?

ОТВЕТ: Я хотел передать консулу материал и статью о внутреннем положении страны критического, антисоветского характера.

ВОПРОС: Сообщите приметы, по которым можно установить консула?

ОТВЕТ: Консул высокого роста, весь седой, волосы зачесаны назад.

Записано с моих слов правильно и мне прочитано. Л. НИКОЛАЕВ

ДОПРОСИЛ: ЗАМ. НАР. КОМ. ВНУТР. ДЕЛ — АГРАНОВ
ЗАМ. НАЧ. ЭКО. ГУГБ НКВД — ДМИТРИЕВ

Верно: [подпись]

Штамп: прямоугольный штамп «Центральный архив ФСБ РФ».

* * *

Из протокола третьего допроса Л.В. Николаева о его связях с консульствами иностранных государств в Ленинграде. 6 декабря 1934 г.

6 декабря 1934 г.

ВОПРОС: Когда Вы обратились в Германское консульство?

ОТВЕТ: Это было спустя несколько дней после моего посещения латвийского консульства. В телефонной книжке я установил номер телефона Германского консульства и позвонил туда. С консулом мне удалось переговорить лишь после неоднократных звонков.

ВОПРОС: Какой Вы имели разговор с консулом?

ОТВЕТ: Я отрекомендовался консулу украинским писателем, назвал при этом вымышленную фамилию, просил консула связать меня с иностранными журналистами, заявил, что в результате путешествия по Союзу имею разный обозрительный материал, намекнул, что этот материал хочу продать иностранным журналистам для использования в иностранной прессе.

На все это консул ответил предложением обратиться в Германскую миссию в Москве.

Эта попытка связаться с германским консульством таким образом закончилась безуспешно.

Верно: Г. Климов

Справка: «Архивно-следственное дело № ОС-100807, т. 1, л.д. 47».

* * *

Из протокола четвертого допроса Л.В. Николаева о его связях с консульствами иностранных государств. 6 декабря 1934 г.

6 декабря 1934 г.

ВОПРОС: Когда Вы обратились в английское консульство для установления связи?

ОТВЕТ: Наряду с попыткой установить связь с германским консульством я пытался завязать связь с английским. Я стал вести наблюдение за прибытием и отбытием консула в здание консульства. Предполагал также обратиться к кому-либо из сотрудников консульства у здания с просьбой связать меня с консулом. Но из этого плана ничего не вышло по той причине, что мне не удалось встретиться с сотрудниками консульства. Между прочим, в целях обеспечения установления связи с английским консульством, я одно время занимался изучением английского языка (по словарю).

Верно: Г. Климов

Справка: «Архивно-следственное дело № ОС-100807, т. 1, л.д. 49».

Протокол допроса Л.В. Николаева. 6 декабря 1934 г.

6 декабря 1934 г.

ВОПРОС: Вам предъявляются для опознания 18 фотографических карточек. Какая из них является фотографией латвийского консула, с которым Вы устанавливали связь.

ОТВЕТ: Опознаю латвийского консула на фотографии, на которой изображен мужчина пожилых лет, с продолговатым лицом, волосами, зачесанными назад; волосы у него должны быть седыми. На обороте фотографии прошу разрешить мне расписаться.
Записано с моих слов правильно. Протокол мне прочитан.

Л. НИКОЛАЕВ

ЗАМ. НАРКОМА НКВД СССР — АГРАНОВ

ДОПРОСИЛИ:
НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР — МИРОНОВ
П/НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР — ДМИТРИЕВ

Верно: [подпись]

Штамп: прямоугольный штамп «Центральный архив ФСБ РФ».

Корроборация: «H3-5».

* * *

Из протокола допроса Л.В. Николаева о связи с консульствами иностранных государств. 14 декабря 1934 г.

14 декабря 1934 г.

ВОПРОС: В протоколах допроса от 5-го декабря и 6-го декабря Вы показали, что делали попытку установить связи, в целях контрреволюционной работы, с консулами Латвийского консульства, а затем Германского и Английского консульств. Делали ли Вы это с ведома к/p организации зиновьевцев?

ОТВЕТ: Да, в консульства для установления связей я обращался с ведома к/p организации зиновьевцев в лице Шатского и Котолынова. По этому вопросу я говорил с Шатским в августе месяце этого года, затем с Котолыновым — в сентябре месяце.
Шатский указал, что связаться с заграницей было бы неплохо через аппарат Коминтерна; в ответ на это я выдвинул другое предложение — о целесообразности установить связь с консульствами, которые находятся в Ленинграде. Мое предложение было поддержано Шатским и Котолыновым. Мы решили заинтересовать консульства предложением материалов о внутреннем положении Советского Союза, в ответ на что рассчитывали, что консульства дадут нам возможность использовать их аппарат для связи с заграницей.

ВОПРОС: Говорил ли Вам Шатский, в каких целях необходимо установить связь с заграницей?

ОТВЕТ: Шатский эту мысль не развивал, я же догадывался, что речь идет об установлении связей членов организации с какими-то элементами за границей.

ВОПРОС: В своих показаниях Вы говорите, что связь с консульствами не была установлена. По каким причинам не была установлена эта связь?

ОТВЕТ: Подробно о причинах того, что связь мною с консульствами не была установлена, я показывал в протоколах допроса от 5-го и 6-го декабря: с Латвийским консульством потому, что я испугался присутствия машины возле подъезда консула, которая, как я считал, принадлежит военному ведомству; с Германским консульством — потому, что консул, с которым я говорил по телефону, направил меня в Москву, в Генеральное консульство; с Английским — потому, что мне не удалось повидаться с консулом.

ВОПРОС: Обсуждали ли Вы с Шатским и Котолыновым, какие именно материалы следует передать консульствам в обмен на использование их аппарата для связей с заграницей?

ОТВЕТ: Да, обсуждали. Мы предполагали передать в консульства материалы, в антисоветском духе рисующие внутреннее положение страны.

ВОПРОС: Как отнеслись Шатский и Котолынов к Вашему сообщению о том, что связи с консульствами установить не удалось?

ОТВЕТ: Они считали, что связь с заграницей нужно будет установить каким-либо другим путем. В последующем мне не приходилось возвращаться больше в разговорах с ними к этому вопросу.

Верно: Г. Климов

Справка: «Архивно-следственное дело № ОС-100807, т. 2, л.д. 51—52».

* * *

Протокол допроса Л.В. Николаева. 20 декабря 1934 г.

20 декабря 1934 г.

ВОПРОС: Что Вы можете дополнительно показать о Ваших связях с консульствами гор. Ленинграда?

ОТВЕТ: Я решил рассказать всю правду о моих связях с консульствами гор. Ленинграда.

Мои отношения с Латвийским консулом зашли гораздо дальше, чем я показал на следствии.
У меня с консулом было несколько встреч, на которых я ему рассказал, что вхожу в подпольную антисоветскую организацию, сообщил, что из себя представляет наша организация, отдельные ее участники, о взаимоотношениях с ВКП(б).
Консул проявил большой интерес к моему сообщению, засыпал меня рядом вопросов, выясняя, что за лица входят в организацию, интересовался установлением того, что общего между организацией и б. ленинградской оппозицией.
Я просил консула связать нашу группу с ТРОЦКИМ, отметил, что в руках консула возможность оказать нам такую помощь, что мы ему будем очень признательны.

Я указал, что мы всегда готовы помочь консулу правильным освещением того, что делается внутри Советского Союза, тут я имел в виду тот разговор с ШАТСКИМ и КОТОЛЫНОВЫМ о необходимости заинтересовать консула материалами антисоветского характера о внутреннем положении Советского Союза, о чем  писал в показаниях от 14-го декабря 1934 г.
Далее, я просил консула оказать нам материальную помощь, указав, что полученные от него деньги мы вернем ему, как только изменятся наши финансовые дела.

На следующей встрече — третьей или четвертой, в здании консульства консул сообщил мне, что он согласен удовлетворить мои просьбы и вручил мне пять тысяч рублей. При этом сказал, что установить связь с ТРОЦКИМ он может, если я ему вручу какое-либо письмо от группы к ТРОЦКОМУ.
О своем разговоре с консулом я сообщил КОТОЛЫНОВУ, передав ему полученные деньги в размере четырех тысяч пятисот рублей, а пятьсот рублей оставил себе.

Передача письма консулу все откладывалась, так как КОТОЛЫНОВ задерживал по неизвестным для меня причинам вручение его мне. Однажды я направился к консулу в один из обусловленных дней. Когда я пришел к зданию консульства, у подъезда стояла машина за № 10168 с красной линией на номере, которая, как я понял, принадлежит военному ведомству.

У меня возникло опасение, что меня арестуют, поэтому я быстро ушел.
Затем началась усиленная работа по слежке за КИРОВЫМ, которая отнимала у меня много времени.
Записано с моих слов правильно. Протокол мною прочитан.

Л. НИКОЛАЕВ

ДОПРОСИЛИ:
НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР — МИРОНОВ
ПОМ. НАЧ. ЭКО ГУГБ НКВД СССР — ДМИТРИЕВ

Верно: [подпись]

Штамп: прямоугольный штамп «Центральный архив ФСБ РФ».

Корроборация: «БП.7».

* * *

Из протокола допроса Л.В. Николаева о его связи с латвийским консульством. 23 декабря 1934 г.

23 декабря 1934 г.

ВОПРОС: Давал ли Вам указания Котолынов — как вести разговор с Латвийским консулом и какие поставить перед ним вопросы?

ОТВЕТ: Вся моя беседа с Латвийским консулом была заранее подготовлена мною с Котолыновым, ибо прежде чем отправиться в консульство, я с ним наметил план разговора.
Связь с консулом должна была дать нам возможность связаться с Троцким, получить деньги от консула для нужд нашей подпольной работы; в обмен на это мы заранее согласились давать консулу материалы антисоветского характера о внутреннем положении Советского Союза. Чтобы консул действительно поверил мне, мы сочли необходимым открыться консулу, ввиду чего я и сказал консулу, что вхожу в подпольную антисоветскую организацию, сообщил, что из себя представляет наша организация.

Полученные от консула деньги были мной переданы Котолынову в октябре месяце, когда я приходил к нему в Ин-т.
Котолынов был рад успеху моих сношений с консулом. Принимая деньги, он сказал: «Скупые черти — больше не могли дать». Вообще нужно сказать, что у нас у обоих не было особой уверенности в успехе попытки получения денег: мы предполагали, что консул может отказать.

ВОПРОС: В каких кредитных знаках Вами были получены 5000 рублей от консула?

ОТВЕТ: Деньги были получены в червонцах, в купюрах, от 1-го до 5-ти червонцев. Вся сумма составляла сравнительно небольшую пачку, которую я положил в портфель, имевшийся со мною.

ВОПРОС: Было ли у Вас согласие Котолынова на то, чтобы оставить у себя 500 рублей из полученных 5000 рублей?

ОТВЕТ: Да, Котолынов на оставление у меня 500 рублей дал мне свое согласие.

Верно: Г. Климов
Справка: «Архивно-следственное дело № ОС-100807, т. 7-а, л.д. 12—13».

спасибо

Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.