fly

Войти Регистрация

Вход в аккаунт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Создайте аккаунт

Пля, отмеченные звёздочкой (*) являются обязательными.
Имя *
Логин *
Пароль *
повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *
Captcha *
Октябрь 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1 2 3 4 5 6 7
8 9 10 11 12 13 14
15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28
29 30 31 1 2 3 4

Спасибо

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 5.00 (1 Голос)

Рейтинг:  0 / 5

Звезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активнаЗвезда не активна
 

Местные жители прозвали его «замком». На окружающем фоне занимавшее целый квартал здание действительно впечатляло. Аптека, парикмахерская, ювелирная лавка и другие магазины на первом этаже, выше находились меблированные комнаты — то, что позже назвали бы апарт-отелем. Однако на самом деле за представительным фасадом скрывалась настоящая машина для убийств, с потайными ходами, секретными комнатами, целой лабораторией в подвале, где человеческая жизнь в угоду алчности одного не стоила ровным счетом ничего. Дело доктора Холмса, «дьявола из Чикаго», ставшего первым серийным убийцей Америки, выглядит готовым сюжетом для современного концептуального фильма ужасов, вот только написан он действительно кровью.

В августе 1886 года из поезда, прибывшего на железнодорожный вокзал Чикаго, вышел респектабельный господин в котелке и с тростью. У 25-летнего доктора Генри Говарда Холмса были большие планы на этот город, рождавшийся после Великого пожара 1871-го заново. Несмотря на возраст, молодой человек уже успел сменить несколько мест жительства и профессий. Совсем недавно у него было даже другое имя, но богатая история афер, а возможно, и куда более тяжелых преступлений, заставила его стать беглецом.

На самом деле доктора Холмса звали Герман Вебстер Маджетт, он действительно был дипломированным врачом и фармацевтом, но остальные вехи его биографии впоследствии настолько обросли городскими легендами, что сейчас установить, что было на самом деле, а что является вымыслом бульварных газет, чрезвычайно сложно.

По всей видимости, у Маджетта-Холмса было классическое трудное детство, в той или иной степени повлиявшее на сформировавшийся в итоге характер. Он рос в небольшой деревушке в Нью-Гэмпшире в семье фермера, сочетавшего аскетическую протестантскую религиозность с пристрастием к бутылке. Несмотря на тяжелую руку отца и издевательства сверстников, Маджетт неплохо учился, что позволило ему поступить и успешно окончить престижный медицинский факультет университета Мичигана в Энн-Арборе. Преступные склонности, даже талант к аферам проявились уже на этом этапе: врачебное дело интересовало парня куда в меньшей степени, чем страсть к мошенничеству. Он разработал дерзкую, но, как ни странно, работавшую схему сравнительно бесчестного отъема денег. Маджетт еще в студенческие годы похищал из факультетских лабораторий подопытные трупы. К этому времени их «жизнь» уже была застрахована, после чего будущему доктору оставалось лишь подстроить «несчастный случай», предъявить тело в качестве доказательства и получить от страховых компаний соответствующую выплату.

Пытаясь избежать разоблачения, он неоднократно менял место жительства — переехал из Мичигана сначала в штат Нью-Йорк, а потом в Пенсильванию, — но нигде не задерживался надолго: кроме относительно безобидных махинаций со страховками, его начали подозревать в исчезновении и смерти детей, но эти обвинения в конечном итоге так никогда доказаны и не были. Летом 1886-го, спустя два года после получения диплома, он решил сменить имя и осесть в Чикаго. Город активно строился после опустошившего его Великого пожара, что открывало большое поле для потенциально незаконной деятельности.

Поначалу казалось, что новоявленный Холмс остепенился и бросил игры с законом. Он устроился фармацевтом в аптеку семьи Холтонов в зажиточном (в то время) чикагском районе Энглвуд, на пересечении Уоллас-авеню и 63-й улицы — главной местной магистрали. Впоследствии пресса, в основном таблоиды, широко распространили версию, что Холмс вошел в доверие к Холтонам, дождался естественного ухода смертельно больного мистера Холтона, а затем каким-то образом уговорил его вдову переписать аптеку на себя, после чего та бесследно исчезла. Однако, скорее всего, в данном случае сработала последующая репутация «дьявола из Чикаго»: по крайней мере, городские краеведы обнаружили на одном из кладбищ могилы обоих супругов, и, судя по датам на могильных камнях, Холтоны намного пережили Холмса.

Тем не менее доктору в его первые чикагские годы определенно сопутствовал успех. Из обычного фармацевта он быстро вырос в управляющего аптекой, а в 1887 году купил земельный участок напротив своего места работы, где развернул строительство доходного дома, которому суждено было войти в историю города под хлестким прозвищем Murder Castle — «Замок убийств».

На замок в общепринятом понимании этого слова здание было похоже мало, но в принципе на фоне разоренного огнем Чикаго и окружающего малоэтажного Энглвуда оно действительно выглядело монументально. Это была масштабная, длиной в целый квартал (49×15 метров), трехэтажная постройка, нижний уровень которой занимали общественные помещения (новая аптека, парикмахерская, несколько магазинов), а на верхних этажах находились сдаваемые в аренду комнаты. Считается, что «замок» был гостиницей, построенной к Всемирной выставке 1893 года в расчете на туристов. На самом деле ее возведение началось задолго до открытия выставки, и комнаты Холмс в основном сдавал в долгосрочную аренду. Скорее это был обычный доходный дом с очень необычным вторым этажом.

Холмс возводил «замок» пять долгих лет, и на это были свои веские причины. За это время доктор сменил десятки подрядчиков. С одной стороны, с каждым из них он расставался, не оплачивая выполненные работы и выдвигая надуманные претензии к качеству строительства. С другой — Холмс постоянно менял планировку объекта. Первый этаж с магазинами и третий с личными апартаментами хозяина выглядели более-менее традиционно, но средний (второй) этаж представлял собой настоящий лабиринт из залов, комнат, комнатушек, коридоров, ведущих в никуда, лестниц, заканчивающихся ловушками.

В общей сложности в «замке» было около 60 разнообразных помещений, но дьявол в данном случае действительно крылся в деталях. Здесь были звуконепроницаемые комнаты без окон, но с дверью, открывающейся лишь снаружи. Были комнаты, куда по специальным трубам из подвальных помещений подавался ядовитый газ. Была комната-сейф со стальными стенами и комната «висельников». Все они были оборудованы специальной сигнальной системой, позволявшей Холмсу узнавать о передвижениях постояльцев. Через все здание проходила шахта, заканчивавшаяся в подвале, где доктор устроил свою лабораторию.

В подвале находились печи-крематории, специальные ямы с известью и ванны с кислотой, стояла цистерна с тем самым газом и столы, на которых Холмс, по утверждению журналистов-современников, разделывал своих жертв. Существуют сведения, что он даже умудрялся продавать их скелеты медицинским факультетам университетов в качестве наглядных пособий.

Кто же стал жертвой «чикагского дьявола» и созданной им в «замке» машины убийств? Вопрос совсем не так прост, учитывая 120 прошедших лет и массу легенд, слухов и домыслов, выстроенных вокруг этого дела. С одной стороны, достоверно подтверждена лишь смерть одной семьи из четырех человек, причем убийства произошли уже после отъезда Холмса из Чикаго. На противоположном полюсе мнений находятся утверждения, что доктор причастен к десяткам (а то и сотням) загадочных исчезновений, произошедших в 1893-м, в год Всемирной выставки, когда в Чикаго приехало множество туристов. Сам Холмс впоследствии признался в причастности к гибели 27 человек, однако за это признание ему, уже приговоренному к смерти, заплатил газетный концерн Хёрста. Непонятно, сколько в таком купленном заявлении было правды, а сколько последнего в жизни хвастовства.

В подвалах «замка» действительно нашли останки сразу нескольких людей. В одной тайной комнате, спрятанной в глубине здания, следователи обнаружили следы крови, в другой — царапины от рук замурованной жертвы, отчаянно пытавшейся выбраться наружу. Сейчас с помощью анализа ДНК можно было бы установить точное количество погибших в доме на 63-й улице, но в конце XIX века разобраться в принадлежности обезображенных и частично истлевших останков было просто невозможно.

С той или иной степенью достоверности можно утверждать, что в чикагский период своей деятельности доктор причастен к смерти Джулии Коннер и ее дочери, а также Минни Уильямс и ее сестры. Холмс был мошенником и убийцей, но он также был и многоженцем. Впервые он женился (и стал отцом) еще в университете, впоследствии он заключил еще два или три брака, каждый с корыстными целями. И Джулия Коннер, и Минни Уильямс были его любовницами. Свидетели позже говорили, что обе женщины (одна с дочерью, другая с сестрой) приезжали в «замок», некоторое время там жили, переписывали на хозяина здания свое имущество, после чего бесследно пропали. Тела их так и не были найдены, но с очень большой вероятностью в исчезновении этих женщин был виновен доктор Холмс.

Он был серийным убийцей, но не маньяком. За его преступлениями стояла не страсть или психическое расстройство, а лишь трезвый расчет. Даже «замок» он строил для извлечения выгоды. К 1891 году два этажа здания были готовы, работали магазины, а в комнатах жили люди. Одновременно шло сооружение третьего этажа, который был готов к 1893-му, а уже в августе этого года Холмс попытался поджечь новостройку. Расследование установило, что предварительно он оформил на здание множество страховых полисов.

План провалился. Холмсом заинтересовались не только уже неоднократно обманутые им страховщики, но и полиция, расследовавшая исчезновения мисс Коннер и мисс Уильямс. Американская экономика вновь вошла в период рецессии, и доктор решил, что пора в очередной раз исчезнуть из поля зрения правоохранительных органов и своих прежних знакомых. Впереди у него был еще целый год скитаний по различным штатам, но в ноябре 1894-го его все же арестовали частные детективы из агентства Пинкертона.

В ходе обысков, проведенных в «замке», полицейские обнаружили запутанную планировку второго этажа, следы страданий, борьбы и смерти в его секретных комнатах, человеческие останки в подвале. Бульварные газеты по всей стране смаковали подробности дела «доктора пыток». Сам Холмс то утверждал, что полностью невиновен, то заявлял, что одержим Сатаной, а в конце концов и вовсе, получив $7500 от изданий Уильяма Рэндольфа Хёрста, признался в десятках убийств, причем в том числе и людей, оказавшихся впоследствии живыми и здоровыми. Из него сделали монстра, «дьявола», создали репутацию, усугубленную тем, что правду завравшийся на судебных заседаниях доктор унес с собой в могилу.

Его повесили в мае 1896 года в филадельфийской тюрьме. Он умирал мучительно долго и завещал похоронить себя в гробу, замурованном в цемент. В 1895-м на верхнем этаже его «замка» случился пожар. Позже здание восстановили, но в 1930-е годы его окончательно снесли, построив на этой площадке почтовое отделение. Дом на перекрестке Саут-Уоллас-авеню и 63-й улицы в Энглвуде окончательно стал городской легендой, в которой за столетие с лишним накопилось больше вымысла, чем истины.

@Viachka92


Комментарии могут оставлять, только зарегистрированные пользователи.